Родные души (СИ)
В очередной раз рефлексируя, лёжа на кровати, я пыталась себя настроить на этот шаг, как вдруг, через метку, отчётливо почувствовала присутствие Дина. Сначала я подумала, что меня уже начало крыть не только ночью, но потом поняла что эти ощущения реальные, он здесь, совсем рядом, прямо в нашем доме. Тут же подорвалась с кровати и невзирая на головокружение и подступающую тошноту, на заплетающимся ногах поплелась на первый этаж. Ноги совсем не держали и я чуть кубарем не слетела с лестницы, замерев столбом на последней ступеньке. По среди гостиной собрались все четыре моих мужа, Солашес тоже был здесь. Но главное Дин. Он пришёл. Похудевший, посеревший, осунувшийся, с залёгшими синяками под глазами, сейчас передо мной стояла лишь жалкая оболочка, от того шикарного, сильно, властного мужчины. Как только он меня увидел, тут же подошёл и упал на колени передо мной, уткнувшись лбом мне в живот и заплакал. А меня мощнейшей волной накрыли все его чувства. Не выдержав этого напора, я опустилась на пол рядом с ним, а в скоре меня затянуло в вязкую непроглядную темноту.
глава 24
Очнулась резко, как будто меня что-то вытолкнуло из той тягучей, вязкой темноты. Открыла глаза и тут же захлопнула их обратно, притворяясь спящей. У моей кровати, снова на коленях стоял Дин, его ладонь лежала на моём животе, а головой он уткнулся в мой бок. От его руки, внутри, по всему телу разливалось тепло и незначительное покалывание, как будто меня жалили крохотные искорки, брошенные в меня ветром из костра, а тело ощущалось каким-то невесомым. Видимо он сейчас напитывает своей магией, наших малышей.
— Простите меня мои маленькие. — донёсся до меня его шёпот и рука на моём животе чуть дрогнула. — Простите. Я столько ошибок совершил. Я так виноват. И никогда не смогу себя простить за это. И вернуться назад, чтобы всё исправить тоже увы не могу. Если бы мог… Если бы я только мог, я бы поступил совсем иначе и этого всего не было. Ведь я так люблю вашу маму. Я готов на всё, чтобы исправить свои ошибки. Сынок обещай, что не вырастешь таким как я. Никогда не причиняй боли своим любимым. Доченька, моя маленькая принцесса, я верю, что ты будешь самой счастливой и тебе никогда не придётся пережить то, что по моей вине пережила ваша мама. Простите мои любимые. Простите. Я не хотел, что бы всё так получилось.
Он шептал тихо, еле слышно, но надрывно. Столько боли и отчаянья было в его голосе. А главное раскаяние. Искреннее раскаяние. Я это чувствовала.
— Ты сделал то, ради чего тебя сюда притащили? — прервал его монолог, ледяной, полный злобы и ненависти голос Алана. — Тогда проваливай.
— Разреши мне побыть с ней ещё немного? — умоляюще просил Дин.
— Нет. — безапелляционно отрезал демон, не желая идти даже на малейшие уступки. — Ты не задержишься рядом с моей женой, дольше положенного, ни секунды. Убирайся и не попадайся мне на глаза. — натурально прорычал Ал.
В комнате повисла тишина, а я зацепилась всего за одну фразу — “…то, ради чего тебя сюда притащили.” Значит он не сам пришёл? Я думала Дин прилетел сюда сам, собирался бороться за меня. За нас. А его притащили силком только для того, чтобы он делился своей магией с малышами. И так обидно стало. А ведь только что говорил, что любит, что готов на всё. А я поверила. Дура. Непрошенные слёзы покатились по щекам и жалкий всхлип вырвался наружу. Кровать прогнулась под весом демона и меня тут же сгребли в нежные заботливые объятья.
— Ненужно любимая, не плачь. — шептал он мне в макушку, трепетно поглаживая по волосам. — Больше никогда он не причинит тебе боли. Я не позволю. Успокаивайся малышка. Всё теперь будет хорошо.
Постепенно истерика сошла на нет. И я задумалась, что теперь будет и как себя вести? Как обычно теперь уже не получится. Во-первых, я чувствовала себя виноватой за своё упрямство. Но это допустим проблема решаемая, достаточно признать свою ошибку и попросить прощения. Но есть ведь ещё и «во-вторых» — дракон. Как быть с ним? Я боялась его. Боялась своих чувств к нему. А как бы я ни отрицала, они были, хоть и весьма противоречивые. И в его присутствии, они обострялись, выплывали на поверхность. А Алан и Тоббарис, наверняка это всё видят и чувствуют и больше всего я боялась их реакции. Особенно реакции Алана, ведь в отличии от сдержанного, серьёзного, я бы даже сказала мудрого старшего брата, мой демон был, довольно вспыльчивым и импульсивным и чаще действовал на эмоциях. И я отлично осознавала, что нахождение дракона рядом со мной для него сейчас как красная тряпка для быка. А если он ещё и почувствует мои чувства к нему, те, которые я так старательно прячу, даже от самой себя… В общем мне страшно. Хочется забаррикадироваться, тут в комнате и не показываться никому на глаза, но ведь это не выход из положения. А ещё змей. Зачем он здесь? Этот вопрос я и задала Алану.
— Это он притащил дракона. — раздражённо выплюнул Ал — Нам пришлось обратиться к Солашесу за помощью. Сами выйти с этим ящером на связь мы не смогли. Он закрылся ото всех в своём замке и собирался там по-тихому сдохнуть. — эти слова больно резанули по сердцу. Сколько раз мне не давала покоя мысль о том, что Дин умрёт без меня, но слышать это от кого-то другого, оказалось больно. — Если бы не ты с малышами… пусть бы там и сгнил… — каждое его слово сочилось ненавистью и ядом, а мне от этого становилось тяжелей, ведь я понимала, что именно я стала между ними камнем преткновения, и теперь так будет постоянно.
— Я кушать хочу. — поспешила я перевести тему. Да и кушать я действительно захотела. Пока меня мучал токсикоз, я вообще есть практически не могла. А сейчас чувствую готова проглотить слона.
В столовую спускалась с опаской, боялась там столкнуться с Дином, но кроме Гунтара мы никого не встретили. Ни дракона, ни Солашеса, ни Тоббариса.
— О, Оля! — воскликнул крёстный, заметив нас — Как ты девочка наша? Ты нас изрядно напугала.
— Всё хорошо. Теперь всё хорошо. — ответила я с улыбкой. — А где все?
— Лер Тоббарис отправился в участок, а лер Солашес в саду. — дракона он, по-моему, намеренно проигнорировал.
После того как я с превеликим удовольствием смолотила почти всё что мне предложили, я решила сходить в сад к Солашесу, а то даже поздороваться с ним тогда не успела, да и поблагодарить его было бы не плохо Он уже второй раз спасает меня бестолковую. Алан, проводив меня и сдав с рук на руки змею (одну он меня, наверное, теперь вообще не оставит, чтобы не дай бог не пересеклась с драконом), ушёл в свою лабораторию.
Когда мы подошли, Солашес сидел в беседке, как всегда хмурый и отрешённый. Нас он встретил с таким выражением лица, будто у него в голове в этот момент крутился только один вопрос — «ну и что ещё вам от меня нужно людишки?» Как то, даже стушевалась под этим взглядом.
— Здравствуйте Солашес. — выдавила из себя, приветливо улыбнувшись. Сейчас быстренько поблагодарю и свалю в закат, не буду докучать ему своим присутствием.
Змей молча кивнул на моё приветствие и стал убирать с прохода в беседку свою огромную конечность, что бы я могла пройти. А я залипла на то, как медленно раскручиваются мощные кольца его хвоста в чёрной чешуе, как на солнце она бликует зеленью, жадно провожала его глазами, что не укрылось от взгляда Солашеса.
— Вы боитесь его? Вам не приятно? — спросил он скривив раздражённую гримасу, сделав совершенно неверные выводы.
— Напротив. Извините, что так бесцеремонно разглядывала. Просто ваш хвост вызывает во мне живой интерес, я бы даже сказала детское любопытство. Поверьте, я через силу себя сдерживаю, чтобы не начать его рассматривать его со всех сторон, потрогать, понюхать, попробовать на зубок. — поспешила я оправдаться. На что сначала змей недоверчиво на меня уставился, а от последней фразы сдержанно хрюкнул в кулак.
— Попробовать на зубок? — переспросил он, по-настоящему, живо и открыто улыбаясь, показывая ровный ряд зубов с двумя немного выделяющимися клыками, не такими, конечно, как у вампиров, чуть меньше, но они придавали его улыбке определённый шарм. Теперь я залипла на его улыбке, очень красивой хочу вам сказать улыбке. Которую я, кстати, вижу в первые.