Родные души (СИ)

— Никогда. — охотно согласился он со мной и снова нежно припадая к моим губам.
Я стояла перед громадным, рогатым монстром с крыльями и ошарашено хлопала глазами. Вот только что, передо мной стоял мой Алан, зеленоглазый, страстный, красавец, который в мгновение ока, "разросся" вот в этого громилу. И как он только в нём помещался?!
— Впечатляет. — заторможенно произнесла я, любуясь своим демоном.
Демон. Самый настоящий, взаправдашный демон. Два с лишним метра ростом, а если ещё и его витые рога пощитать, то всё три. Шикарного оттенка бронзовая кожа, литые мышцы, хвост, с острым костяным наростом, огромные острые, чёрные когти и абсолютно чёрные глаза, все полностью. Черты лица огрубели, заострились, но это был всё он, мой Алан.
— Такой огромный! — завороженно проговорила, проводя ладонью вверх, от его живота к груди, до куда достала. Утробно рыкнув, мою ладонь тут же поймали и прижали к бешено колотящемуся, горячему сердцу.
Обратно Алан, донёс нас до самого дома, не меняя ипостаси. Где нас уже ждал Тоббарис. А меня вновь, при виде его, затопило чувство вины. И как я ему теперь в глаза смотреть буду? Я боялась подойти к нему, поднять на него взгляд. Но стоило ему самому подойти и обнять меня, как всё это улетучилось, вытиснилось, чувством радости и спокойствия.
— Я рад за вас. — прошептал он, мне на ушко, нежно касаясь метки Алана, у основания шеи. А потом легко поцеловал в висок. — Я вас поздравляю. — уже громко и абсолютно искренне, обратился он к нам обоим.
А уже ночью, я сама пришла к нему.
Тихо как мышка, прошмыгнула в комнату Тоббариса и на цыпочках начала подкрадываться к его кровати.
— Оля? — да, слух оборотней не проведёшь.
Молча забралась под одеяло и прижалась к его горячему боку, сложив на его голой груди, руку и голову. Рис тут же прижал меня к себе теснее и снова уткнулся носом мне в макушку. У него прямо фетиш какой-то, нюхать мои волосы. Я чувствовала, как тяжело вздымается его грудь, слышала, как гулко бьётся мощное сердце. Мне это было необходимо. Сейчас мне был нужен всегда серьёзный, рассудительный, надёжный Тоббарис. Рядом с ним я чувствовала спокойствие и уверенность, уходили на задний план все мои переживания и тревоги. Шумно втянула носом, ставший за столь короткое время, таким родным, запах моего мужчины. Именно моего, по-другому, я уже его не воспринимала и на меньшее я уже не согласна. Так я и уснула, тесно прижимаясь к его широкой груди.
А утром, проснулась снова прижатая с двух сторон, к двум горячим, мужским телам. Проснулась от того, что чья-то бесстыдная конечность, гладила меня везде, до куда могла дотянуться. Стоило мне завозиться, к руке, блуждающей по моему телу, присоединились мягкие, жадные губы, обжигая поцелуями, мою шею и плечи. Низ моего живота моментально налился тяжестью. Я выгнулась на встречу поцелуям Алана, в этот момент, на моё бедро легла ещё одна горячая рука. Рис с утробным рыком завладел моими губами. А меня накрыло с головой их возбуждением, которое смешивалось с моим и усиливало все ощущения. Каждое прикосновение, каждый поцелуй, моментально отзывались, во всех моих нервных окончаниях, заставляя меня извиваться в их руках, поджимая пальцы ног. Я уже не понимала, где чьи руки и губы, я полностью растворилась в этих ощущениях и в этот момент меня совершенно не заботило, что я сразу с двумя, пусть и моими, мужчинами.
Они были совершенно разными, но идеально дополняли друг друга. Алан был страстен, горяч и импульсивен, Рис же напротив, сдержанным, чувственным, ласковым и нежным, с ним я качалась на волнах спокойствия и любви. Вместе они дарили мне невероятный, умопомрачительный, крыше сносный коктейль чувств и эмоций.
— Я так тебя люблю, моя Аналея! — прошептал Тоббарис, зацеловывая место своего укуса, на основании шеи.
— Я знаю. Я чувствую. — ответила я. И это было правда.
Метки позволяли мне чувствовать их как себя. Что позволило мне узнать моего, с виду, всегда спокойного, уравновешенного оборотня с другой стороны. Внутри у него бурлил и клокотал настоящий вулкан чувств и эмоций. Он у меня оказывается весьма страстная натура. От них обоих исходили волны безграничной любви, нежности и счастья. Я чувствовала, я знала, что я им бесконечно дорога, что они меня никогда не предадут и не обидят, сделают всё возможное и не возможное, чтобы я была счастлива. И я настолько отчётливо это всё ощущала, что перестала различать, где мои чувства, а где чужие. А может я и правда их уже люблю?
   
Глава 8
 
Я долго не решалась выйти из своей комнаты, в которой я банально спряталась, от двоих мужчин, с которыми, буквально только что, беззастенчиво придавалась страсти. Я готова была провалиться сквозь землю. Ой не так меня мама воспитывала! Ой не так! Сразу с двумя, да к тому же знакомы мы, без году неделя. Умом-то я понимала, что кто-кто, а уж они-то меня точно не осудят, да и вообще в этом мире за это, никто никого не осудит. Здесь это нормально, в порядке вещей и мне самой теперь к этому как-то нужно привыкать. Но как вытравить, из моей головы то, что туда вбивалось с самого рождения? Но вечно тут отсиживаться не вариант. Да и какой вообще смысл теперь робеть. Так что засовываем все эти душевные терзания и загоны, куда подальше, натягиваем на лицо маску невозмутимости, вдох-выдох и идём завтракать.
Когда я спустилась, в столовой мои мужчины были не одни.
— Оля знакомься, наш новый управляющий — лер Гунтар Фауэн. А это наша будущая жена — лери Ольга Скравец. Именно с ней вам предстоит работать большую часть времени. — представил нас друг другу Рис.
— Приятно познакомиться, Лер Гунтар. — протянула я, приветливо улыбнувшись.
— Взаимно. — коротко кивнул он в ответ.
Передо мной стоял высокий, худощавый мужчина, лет пятидесяти, в строгом тёмно-сером костюме. Тёмные, слегка тронутые сединой, короткостриженные волосы, аккуратно уложены на правый бок. На фоне немного впалых щёк очень выделялся, довольно крупный нос с горбинкой. Губы плотно сжаты в тонкую линию, тёмные, кустистые брови, немного сведены, из-за чего между ними пролегла глубокая складка. Лицо его не выражало никаких эмоций. Открытые, голубые глаза, казались потухшими и безжизненными. В целом, он вообще, был похож на робота. Прямой как жердь, совершенно безэмоциональный, он даже разговаривает короткими, сухими фразами, как я успела за метить. Создавалось впечатление, что у человека нет смысла в жизни, что он потерял на что-то надежду, просто продолжает жить на одних рефлексах. Появилось дикое желание, хоть как-то расшевелить его, вызвать у него на лице хоть какую-то эмоцию. Желательно положительную.
После завтрака, Тоббарис ушёл на работу, а Алан с головой погрузился в обустройство своей мастерской, для неё, он занял просторное помещение, на цокольном этаже. Я же решила посвятить свободное время изучению тонкостей местного быта с помощью нашего управляющего.
Учителем он оказался хорошим и терпеливым, хоть и не особо разговорчивым, говорил всегда коротко и по делу, вывести его на какой-то разговор у меня не получилось. Ну и ладно, не велика потеря. Он в принципе, был профессионалом своего дела и с лёгкостью справлялся со своей работой. С ним же я прошлась по местным магазинчикам. Я купила себе кулинарную книгу, как и хотела и дома под чутким руководством лера Гунтара, взялась за готовку для своих мужчин.
Что меня порадовало, так это то, что невзирая на близкое к средневековью развитие, в плане быта, здесь всё было предусмотрено. Собственно, от средневековья, тут была только мода. Тут было всё близкое к нашей бытовой технике, а в чём-то даже лучше. Прибор по функционалу похожий на наш пылесос, аналоги стиральной, посудомоечной машины, микроволновки, электрочайника. Больше всего мне понравился аналог холодильника, только он не охлаждал или замораживал продукты, а вводил их в стазис, что позволяло им храниться, гораздо дольше. И всё это конечно же работало на магии. Всё это придумывали и изобретали артефакторы, такие как Алан. У каждого прибора был свой магический накопитель, который периодически приходилось заряжать. Было бы неплохо если бы у них был аналог нашего электричества, только, чтобы по проводам текла магия. А может стоит подкинуть такую идею Алану. А ещё я попрошу, что бы он изобрёл для меня фен, а то как-то не удобно каждый раз просить, кого-то, что бы просушили мне волосы, после душа. И ещё мясорубку, а то такого у них нет и что такое мясной фарш они и не знают. Порадую их потом котлетами.