Его искали, а он нашелся (СИ)

В последний миг решаюсь проверить еще и ее сны - из-за флера, вернее его остатков, они могут стать слишком опасными, хоть вероятность и невелика. Несколько неловко, ведь я знаю, что из-за все тех же мельчайших обрывков Похоти, какие еще не выведены ее энергетикой, сны у нее должны быть красочными, что невольно заставляет почувствовать себя вуайеристом. Успокоив себя тем, что Тиа сама бы мне выписала моральных пинков, проигнорируй я возможность уменьшить риски, осторожно проверяю сон. Стараюсь не подсматривать сюжет, а только высматриваю следы неестественности, но обрывки сюжета сна, да, пошловатого, но обычного, и принадлежащего именно ее собственным фантазиям, только выведенным на волю и доведенным до абсурда, улавливаются все равно.
Улавливаю...
...сейчас нормально? Болей в голове и спине не появилось?
...я буду вести твой транс, так что постарайся не терять себя слишком сильно...
...следи за кулоном, не отвлекайся, дыши глубоко, неспешно. Движения кулона просты и предсказуемы, но, вместе с тем случайны...
...ведь ты все еще спишь, а во сне все бывает странно...
...я ступаю по земле, Тин, я ступаю по тебе, по твоим рукам, твоему лицу, твоим чреслам, твоим мыслям, своим желаниям, вверх, вниз, вверх, вверх, Тин, не отвлекайся...
...о ее стопах и ее красоте, дивной и верной, всегда твоей, в любой миг твоей, как ты стал ее, как земля, как трава, по которой я ступаю, так твои мысли стелются подо мною, а ты помнишь...
...как нельзя винить дождь за то, что он падает вниз, а не вверх, так и я не собираюсь винить человека в любви к эльфийским ногам, ступням, телам, в слабости перед нашей красотой...
...сейчас я уберу свою ступню, а ты, в благодарность за мою ласку, забудешь об этом прикосновении, но будешь помнить о нем в глубине памяти, хорошо?
...концентратором сегодняшней медитации я позволю избрать мои ступни...
...надеюсь, мне не стоит уточнять, что я бы не хотела увидеть тебя на очередном ритуале всего в пятнах семени...
...правильно построив гипнотическую индукцию, нужным образом убедив тебя, я смогла сделать так, чтобы ты сам удерживал на себе все мои внушения...
Мать.
Твою.
Эльфийскую.
Я возвращаюсь обратно в свою постель, заскакиваю на кровать, бодренько укрываюсь с головой и засыпаю уже через несколько секунд, счастливо и беззаботно, как маленький ребенок. Но прежде чем уснуть, за эти несколько секунд, я успел взять свой наполненный до отказа мысленный список задач из разряда "сделать еще вчера", едва не разорвал его на клочки и таки запихнул туда еще два пункта, поместив их, конечно, не на первую строчку, но настолько к ней близко, насколько это вообще возможно.
Все-таки согласиться с намеками Тиа на получение нормального, хоть даже ускоренного до предела и оттого фрагментарного, магического образования в стиле классической школы эльфийских листьев-ликвидаторов.
И никогда.
Никогда, бл*дь, не доводить Тиа до состояния бешенства своими приколами.
А вот потом я уснул.
  
Глава двадцать третья
 
Первые пару недель после прибытия в Аренам пришлось провести в контролируемой полу-коме, причем мне даже особо плохо не было. То есть, было отнюдь не хорошо, но именно кризиса, когда неясно доживу ли я до рассвета, не наблюдалось. Мне даже удавалось следить за системой зеркальной маскировки через собственный сон, хоть и без возможности вмешаться сколь-либо серьезно. Ровно четыре раза я пробуждался на короткие пару часов, чтобы либо поправить сеть, либо немного дополнить ее, заменив утраченные детали новыми. Это тоже не прибавляло хорошего самочувствия, но до угрозы ухудшения я так ни разу и не довел.
Мое состояние было одновременно и проще, и сложнее, чем после Библиотеки, поскольку сроки моего выпадения из обоймы получались просто рекордными. Да, я почти гарантированно приду в себя и восстановлю боеспособность в полной мере (про восстановление себя, пожалуй, предрекать не стану), но времени это займет ну очень немало. Сильнее всего сказались нагрузки от стремительной прокачки, которые меня и спасли во множестве отношений - меня буквально слишком резко раздуло, сделало сосуд моего тела чрезмерно тесным, еще не успевшим приспособиться к возросшим возможностям. И потом сразу в бой, без оглядки, без пощады к своему здоровью и, если уж честно, без надежды этот бой пережить.
 
Финальный замес, совмещенный с финальной же наградой за мои деяния, лишь усугубил ситуацию, создав шаткое равновесие, которое теперь лучше не нарушать. Оно обязательно придет в норму, но до того времени мне категорически противопоказано всерьез напрягать и без того потрепанную сущность попаданческую. Всевозможные "мелочи", вроде контроля или даже постепенного развития сети зеркал, автоматического заворачивания во внебытийность и рефлекторного контроля информационной сферы, я могу проворачивать и так, но стоит выйти из пределов "легкой разминки", как тут же рискую лопнуть воздушным шариком и быть таковым.
Эти недели, самые первые и самые тяжелые, отложились в голове ощущениями непрерывной ломоты во всем теле и энергетике, которая вроде бы и не слишком болезненна, но ее не заткнуть, не унять, не обезболить никакими средствами. Хуже всего было то, что даже в забвение не провалиться - нет ни повода, ни медицинской необходимости, ни возможности. Каждая секундочка отложилась в памяти даже слишком хорошо, как и мельтешение пытающихся мне помочь соратников. Они ведь тоже были в полном откате, могли сделать даже меньше, чем я сам, если не считать кровососку - она-то свежей всех свежих, взяв на себя большую часть всех возможных забот. Дарящая и вовсе сидела безвылазно в самом темном углу подземной базы, высовываясь лишь на считанные минуты и очень неохотно, пряча себя в тени моей защитной сети. Уж для нее-то первая же засветка станет проблемой почти смертельной - на любой след адской природы, неважно где именно он будет прозрен, реагируют без промедления и пренебрежения.
Тиа, Ганс, Гестия, Лосий и даже Тария - все они вымотались так, что спали по восемнадцать-двадцать часов в сутки, проводя как можно больше времени в целительном сне, лишь бы избежать перманентных эффектов откатов. Так-то, я большую часть зелий так создавал, чтобы после них подобная кататоническая сонливость приходила, избегая иных, более опасных эффектов. Однако, избежать их все равно не вышло и потому команда даже в мою коматозную дрему фонила раздражением и форменным несчастьем, страдая от сыпей, аллергий, расстройств желудка и прочих прелестей интоксикации, похоже, всеми существующими группами эссенций, какие только могу назвать. Ну, кроме Ыгры, но та тоже страдала, потому что у нее отобрали ее палку-ломалку, спрятав чужой легендарный артефакт в защитном круге, но поди ты ей необходимость этого объясни.
К тому моменту, когда я уже мог сравнительно свободно пребывать в сознании и двигаться своим шагом, пусть даже недолго и желательно без любых использований резерва, а соратники перестали блевать радугой по три раза на день, давясь декоктами как моей работы, так и закупленными комариком запасами, сил не имелось даже на проявление радости. Ну, у меня не имелось, тогда как оставленная хозяйничать в Аренаме тварь выворачивалась наизнанку, но находила, без вреда для остальных дел, свободное время, чтобы покатать сидящего во вполне комфортной версии инвалидного кресла меня. И да, это реально было инвалидное кресло, с колесиками, причем сделанными из обработанного чарами камня, а не дерева. Тварь обещала найти левитирующий аналог на мысленном управлении, но я предпочел не оставлять следов поиска столь необычной вещи, пусть она даже клялась кровью, что сможет провернуть все без подозрений.
Послать же катящую мой "трон" тварь подальше не поднималась рука (учитывая слабость во всем теле, то это даже вполне буквально сказано), потому что она, как-никак, заслужила поощрение тем, что не просто выполнила мои указания, не просто укоренилась в городе и поставила его себе под сапог, но еще и выходила нас всех в самое тяжелое время. Ее самые доверенные пешки, вообще не покидающие базы, как и она сама вились над каждым убежавшим из Вечного победителем по жизни, обеспечивая комфорт и благоприятные условия для выздоравливания. Тех Конанов депилированных я ей, конечно, не простил, но раз уж сам пожелал об этом конфузе забыть побыстрее, то и напоминать нечего. Других промашек за ней не имелось... или она пока что не попадалась и отчего-то в последнее верится намного больше, чем в первое.