Его искали, а он нашелся (СИ)

Теперь зато отдадут его тварям.
Ну, не сразу.
- Па аднаму, суки, па аднаму падхадытэ, я вам всэм гавна дам кушатъ, дам гавна пытъ, дам гавна на сдачу! - Все силы Тверди, пусть следующим ударом звуковые модули разрушит, ну голова уже болит, честное слово. - Я вас усэх запомныл, усех зарэжу, забадаю вас, шакалы гнилые, мамай клянус!
Да, воистину, человек управлять этим гигантским шедевром механического искусства не сумел бы, но то нормальный человек. А называть Барая, этого выкидыша приграничных горных аулов, непонятно зачем из своих вонючих е*еней выползшего, нормальным было затруднительно даже в относительно адекватном состоянии.
Вообще-то, юного, хамоватого, неуживчивого, но все-таки талантливого до несправедливости человека в его, Тодбума, бригаду подогнали воблы сушеные из Очей, по ведомству которых это чучело проходило. Судя по всему, он являлся важным свидетелем и поначалу даже подозреваемым в каком-то резонансном деле на границе или даже за ней. В общем, эти их игры с мелкими княжествами, королевствами, вольными городами и прочими республиками, только на словах и являющимися суверенными, а на деле четко под жопой Империи сидящими. Знакомая картина, только что парня этого обвинить все же не смогли, а выбросить за борт, как отработанный материал пожалели - не из жалости к жизни загубленной, мы ж не в анекдоте и не любовном романчике, чтобы в Очах нашлось место состраданию, а благодаря умениям этого дикаря неотесанного.
Жутко покалеченный, лишенный обеих ног по колено и одной руки по локоть, с изъеденным лицом и частично снятым скальпом да кожей, одноглазый и почти глухой, вынужденный говорить через механический зачарованный модулятор голоса, - это был не работник, а насмешка, и Тодбум выпнул бы "посоветованного" специалиста в выгребную яму, где таким обрубкам и место, кабы тот не раскрыл высокоуровневому Бригадиру часть своего Статуса. Пусть классы были ну вот совсем смешными, никак не окупающими травмы и ненадежность, но вот уровень, а также список титулов внушал уважение, - легкое очень, - даже многомудрому гному.
Посмотрев на это говно человечье через свой любимый сенсорный монокль, Тодбум констатировал немалый потенциал, а также тот факт, что либо этот кретин прыгнул поплавать в алхимический горн, где из него высосало часть плоти и определяющих ту плоть эссенций, либо он нырнул в пролом ко Мгле, что даже хуже - значит, еще больший кретин, чем казался. Но принял, конечно. И благодаря настойчивой просьбе Очей не разбрасываться потенциально сильными рекрутами, и просто потому, что не знал тогда про характер этого четыреждыбл*дского горца!
- Ааааа, сюка пазорная, мать твая была самкай хамяка, а от отца ваняла бузиной! - Бородой первого из первых, какой же этот звук громкий, да еще и шипяще-скрежещущий, из-за двойной перезаписи звука. - Твая тупая рожа страшнээ маей жопы, а твая жопа страшнее рожи маего бригадира!
За последнюю фразу Тодбум пообещал, если выживет, начистить ублюдку рожу, прежде чем проставиться ему персональным победным пиром, как уже успевшему спасти кучу жизней. И даже не спасут его физические увечья, потому что достал, вот просто до печенок и еще больше достал, сволота такая. Но своя сволота, по-звериному изворотливая и просто абсолютно отмороженная, что, конечно, бесит и требует регулярно угрожать физическим насилием, а то и применять его. Но в такие моменты эта отмороженость играет на пользу всей бригаде и ее Бригадиру, потому что хер это говно испугаешь, если оно своего отражения не боится.
В кабину Молота чокнутый Барай влезть не мог, просто не сумел бы втиснуться, ведь места там даже для половинчика впритык. Но человека сего и осталась то половина в лучшем случае, причем самая говенная, а потому он просто снял с себя все протезы, кроме голосового, сумел как-то подделать ключ доступа и не сломать ни механику голема, ни самого себя об защиту. Да, большую часть систем противодействия контролю с голема сняли, ведь без изначального пилота его и сдвинуть-то было тяжко, не говоря уж о том, чтобы работать над его починкой. Но все равно, даже с такими поблажками, умение подчинить Молот Империи хотя бы частично, не будучи к нему привязанным... это сильно.
 
Сам Тодбум смог бы, особенно с правильной подготовкой, использованием части своих амулетов, поддержкой собственного отряда механиков и божьей помощью. Из всего вышеперечисленного, Барай имел только выпитую залпом бутыль технической сивухи, что не убила его лишь благодаря заменившему половину кишок имплантату, но сделала и без того не особо хороший выговор горца просто невыносимым. Тодбум мог и так, очень даже мог, но с риском убить себя с тремя шансами против одного на выживание и успех. Шансы у Барая были даже ниже, он ведь уступал Бригадиру во всем, но ему повезло. Да, повезло, очень повезло. А еще он мог отбросить свои конечности, а Тодбум не мог.
- Я па твоему должен тут сдохнуть, сюка? - Скрежет фильтров и звуковых перепонок встроенных динамиков, казалось, работал как еще один источник поражающих факторов. - Я за такую зарплату нэ нанымалса памырать! Я нэ для таво выжил в прошлам бэдламэ, чтобы мэня сажрала пэзда на курьих ножках, на, сука, на тибе, сабака свиная, на, сын налогосборщыка, на, пыдар!
Да, это был не почтенный Ураз Изгнанник, но это все равно был Молот Империи, пусть даже используемый едва ли на треть от своего потенциала, бездарно растрачивающий ресурс и боезапас, впустую выпускающий боевые заряды. И выходило даже в чем-то эффективнее самого Бригадира, потому что Тодбум занимался командованием, направлял оборону, руководил оставленными в своих мастерских механистами, что прямо сейчас ставили в бой все новых и новых управляемых големов, а Барай просто убивал. Броня и зачарования Молота позволяли игнорировать большую часть флера, не давая ему дороги в разум, тогда как меньшую часть спокойно сдерживало схватившее человека безумие и его же тупизна - мозга нет, нечего подчинять.
Молот был даже немного ниже верного Дробителя, зато едва ли не вдвое шире в плечах, достигая почти квадратных пропорций, обладал корпусом из сплава такой цены, что снятую с него стружку можно было бы продавать едва ли не по весу в золоте. Да, там конечно не половина того веса чистым мифрилом представлена, но лишь ненамного меньше. Боевая эффективность и крепость такого "тела", созданного гномами для людей механизма, соответствовала его цене, не говоря уж о том, что помимо чистой крепости и сопротивляемости корпуса были еще многослойные и дублируемые по нескольку раз слои рунических скриптов, были личные генераторы магических полей, были встроенные и вплавленные в корпус артефакты, среди которых даже парочка слабых-слабых, но легендарного грейда.
В атаке Молот мог выпускать из глубоко вдавленной в туловище головы разнонаправленного типа астральные лучи, прожигающие на своем пути почти все, мог бить пускаемыми из ладони телекинетическими таранами, какими под стать стены крепостей сносить, мог использовать одинокую турель-свинцестрел на левом плече, стреляющую отнюдь не простым железом. А еще был молот, который совсем не зря подарил этой модели ее название - один из трех легендарных артефактов, ради использования которых когда-то и родился проект создания тех самых Молотов Империи.
Слишком тяжелое для кого угодно кроме каких-то великанов или ну очень рослых огров оружие требовало поистине стальных мышц для того, чтобы его просто поднять. Зато в руках поразительно быстрого, маневренного, почти неуязвимого голема эта стальная дура раскрывалась по полной, просто разрывая что барьеры, что призрачную плоть, что любую материю в клочья. Это стандартные големы пилотируемого типа предпочитают делать либо пушкарями-жезлоносцами, либо выпускать их против заведомо более слабого, но очень многочисленного противника. Сильный воин для голема, чаще всего, слишком уж стремительный, быстрый, неуловимый, но то для обычного голема.
Молот Империи, да под управлением Ураза, мог с врагами своими буквально танцевать, разбирая один на один что призванную легендарную планарную тварь, что созданного алишанцами трупомонстра, что орочье боевое чудище, тоже заслужившее свою легендарность, что даже распроклятого Некротитана из Великой Пустыни. Ну, если с того предварительно снять благословения, разогнать группу прикрытия и свиту сопровождения, а потом еще немного подпалить тому бока. Барай, сидя в, фактически, угнанном у прославленного Героя големе, тоже танцевал, правда не изящный поток движений опытного фехтовальщика, а пьяный брачный танец хромого гоблина. Но он это делал быстро, очень быстро и какие бы дурные у него не получались движения, какими бы неправильными не выходили удары, как бы по-тупому не использовал человек легендарный артефакт, но все это окупалось. Потому что если противник не успевает или не имеет возможности защититься, то уже неважно, насколько технически правильно ты его размажешь по камням мостовой.