Его искали, а он нашелся (СИ)
- Эти цепочки, конечно, искажены, опорочены, но это все равно цепь наложения и силовой узор. - Продолжал половинчик, демонстрируя немалую эрудицию. - Ты знаешь, старшой, я не маг, но увлекаюсь, так что могу говорить с уверенностью. Этот удар не мог оставить вот эту царапину, потому что если бы его спустили с цепи, то он бы пробил себе дорогу сквозь десяток таких же стен и потом наружу из катакомб. Такими рунными энерголезвиями стены крепостей вскрывают, будто флягу с вином откупоривают! Ими можно башню волшебную срезать под корень! Это точно было полноценное лезвие, а не сработавшее в никуда из-за потери контроля над чарами. Просто оно... ну... из него как бы выжрали всю его мощь. И зубы моего пятиюродного дядюшки даю, что это нечто выжрало не только эти чары, но и вообще все и всех, кто здесь только был.
Пока Вараа тихо пытался понять сказанное, - потому что он был не элитным авантюристом самоцветного ранга, чтобы в таких тонких материях разбираться, - сами авантюристы все быстренько уразумели, начав обсуждать варианты и выдвигать предположения. Что или кто мог это все провернуть у них под носом, каким способом проворачивал и куда делись те, кто неясно куда дел толпу злобных дьяволов?
- Может, очень много негационных алхимических бомб, которые в замкнутом пространстве крайне эффективны... но тогда не ясно, где тела. Но все же, допустим. Итого - три варианта. Алхимия, пожиратели волшебства или обладатели сходных классов при поддержке мощных бенефиков. Либо...
- Да туман это, Манус! - Перебила отрядного мага (его, как крайне хрупкого и уязвимого в ближнем бою, вывели вперед только после того, как половинчик не нашел опасности), выглядящего словно какой-то антиквар, а не боевой чародей, прекрасная Гудрон. - Мглой тут все залили и в нее же мусор выпи*довали на*уй. Мы же клочки тумана по дороге видели все, чего тут думать.
- А того, Гудрон, что нет в Вечном магов этой направленности такой силы! - Окрысился волшебник, хотя сама кушитка тоже не особо сдерживалась, но при этом оба они вообще не обращали на злые слова лишнего внимания. - И уж точно не ясно, почему не вышли с нами на связь, раз уж решили помочь!
- Мозги открой, старик! - По мнению Вараа, воительница хотела дать магу подзатыльник, но передумала, то ли опасаясь сломать ему хребет, то ли тоже опасаясь, но уже превращения в горстку пепла. - Мы в катакомбах, в городе полная пи*да всему и всем, а в этих тоннелях чего только не прячут! У этих еб*нутых умников под шумок вторжения что-то сбежало, а то и они сами его на извергов натравили! И пока мы тут х*и дрочим, там наверху за город бойня идет. А то, что утащило в туман этих жополизов, может и вернуться.
Секундное молчание.
- Признаю ошибку, простите. - Немного склоняет голову маг, выдерживая формальный тон, несмотря на совершенно неформальную обстановку. - Слишком напряженный день выдался. Твой, Гудрон, вариант самый жизнеспособный и нам действительно нужно отсюда убираться и попробовать выйти на помощь другой осаждаемой извергами группе наделенных. Могу лишь спросить, как у той, кто чаще нас всех воевала с порождениями Мглы... насколько сильным, по твоему мнению, было это нечто?
- Насколько сильным? - Переспрашивает Гудрон, снова подхватывая Вараа под руку и таща его за собой к выходу на поверхность. - Дох*я.
Когда речь заходит о сильнейших династиях Империи, в первую очередь вспоминают, конечно же, самих Вечных, которые этой Империей и правят. С их силой никто спорить не станет, как и с древностью, ведь род их уходит корнями столь глубоко, что четкой информации по тем временам не сыскать вне крупных архивных фондов. Но мало кто знает, что Вечные, несмотря на правящее положение в обществе, не самый древний Дом в славной Империи Веков, занимая почетное третье место. На второй позиции находится маленький и почти захиревший ныне род горных князей, ничем особым, кроме своей древности, не выделяющийся. Когда-то они слыли неплохими механиками, но с началом плодотворной политики сближения между имперцами и гномами их позиции начали не особо стремительно, зато неумолимо падать. Гордые князья не пожелали идти на сотрудничество с целой коалицией имперских механистов, что создали полюс противодействия гномьей монополии, оставшись за бортом сколь-либо большой политики.
А вот самым древним, причем с большим-большим отрывом считался род, по праву занимающий вторую позицию в рейтинге самых влиятельных домов Империи Веков и первую, если говорить о самых баснословно богатых. Род Эзлесс испокон веков поставлял Императорам лучших в государстве, - да и мире, пожалуй, тоже, - финансистов, торговцев, экономистов и придворных казначеев. Степень власти, влияния и возможностей семьи в лучшие их годы превосходила таковые у самих Вечных (которые в те самые годы обычно пребывали в легком упадке), отчего всяких разных намеков от вассалов или неблагонадежных семейств поступало неприлично много.
Пожелай они того, могли бы действительно попытаться сами надеть на чело своего представителя венец правления, но, вместо этого, тщательно соблюдали давным-давно подписанный и заверенный на крови договор. Эзлесс прекрасно осознавали свое положение, его выгоды и слабости - взять власть они могли бы попробовать, даже с немалыми шансами на успех, но с удержанием полученной от мятежа власти вышло бы куда хуже. Проблема даже не в отсутствии личного могущества, благо в умении обеспечить себя верными должниками и живущими на их золоте наемниками род себе равных не знал. Суть их слабости, как правителей, заключалась в их же силе, только уже в качестве казначеев.
Там, где Император ощущал себя единым со всей Империей, чувствовал каждый город, деревню, гарнизон, каждый домен каждого лендлорда, умея распознавать чувствуемое и влиять на него в определенных пределах, Эзлесс всю свою волю вложили в иное. Они ощущали финансовые потоки, течение золотых рек, что наполняют собою вены имперской торговли, отслеживали и на лету вскрывали любые финансовые махинации, мошеннические схемы или попытки укрыться от налогов. Это для всех казначеев характерно, проявляясь в каждом из них, кто достигает какого-либо значительного успеха на выбранной стезе. Поэтому процент мятежей, которые смещают династию правителей в пользу казначеев сравнительно немногочисленный, даже мало-, очень малочисленный.
Есть в мире много домов, что выбрали своим путем уход за казной и преумножение государственных денег, да и не только государственных и не только приумножение. Даже сейчас в составе семейства Эзлесс есть, по меньшей мере, трое специалистов, чье развитие усиливало навыки и умения, предназначенные для финансовой войны и разорения неодобряемых личностей, так что глупо думать, что таких же обученных и опытных бойцов златого фронта нет у кого-либо еще. В том же Алишане есть свои казначеи, правда, аж три конкурирующих семейства, но они успешно противодействуют экономической войне с Империей Веков, укорачивают амбиции Эзлесс и еще между собой грызутся.
Нет.
Лучшими из лучших древнейший из домов делали не "стандартные" преимущества любого высокоуровневого казначея, что опирается на свой собственный Род и Дом. Таких в каждом герцогстве хватает, в каждом княжестве, королевстве или даже в отдельных гильдиях. Главным козырем Эзлесс, за который их когда-то приблизил один из первых Императоров, за который им прощали любые залезания в казну, за который их открыто ненавидела половина мира, а вторая половина ненавидела тихо, лежал в несколько иной плоскости. Эзлесс всегда платят по своим долгам, это аксиома, с которой не спорят даже самые злые языки, но куда больше эти языки злятся из-за того, что Эзлесс всегда забирают то, что им были должны.
Если в обычной ситуации взявший займ нехороший человек может спокойно сбежать с деньгами или каким-то образом имитировать отсутствие этого долга, попросту подкупив судью или свидетелей, то кредитору остается либо смириться, либо выбивать долг силой... либо пойти на поклон к Эзлесс. Потому что если кто-то из них получит власть над чьим-либо долгом, получит право на этот долг, то долг будет выплачен в самое ближайшее время, дай только кому-то из старшей семьи с прямым наследованием крови заняться этим вопросом.