Дерзкий плейбой (ЛП)

Да, конечно. Кого ты обманываешь?
Единственная проблема в том, что с того момента, как мы столкнулись на тротуаре, я не могу выбросить Тейт из головы. Ее милый акцент. Тот факт, что она язвительно мне отвечает, как и я ей. В ней есть… нечто. Может, сообразительность? Отношение к работе? Мне просто нравится, как она бросает мне вызов, соревнуясь со мной за доминирующее слово в разговоре. Ничего больше.
Так какого черта я так нервничаю? Это ведь не свидание. Я Декер Коллинз. Мне не нужно совать член в какой-нибудь генофонд, чтобы потрахаться. Я могу трахнуть любую женщину в Чикаго, какую захочу. Я далек от отношений или свиданий. Моя жизнь не позволяет подобной роскоши. Вот почему договоренности, подобные тем, что были у меня с Джессикой, являются ключевыми. Тейт не производит впечатление женщины того типа, с которой можно было бы иногда перепихнуться в гостиничном номере. Такой женщине, как она, даже не нужен мужчина, но я уверен, что она все равно жаждет сказочного романа. Все женщины хотят подобного дерьма, даже если ведут себя иначе.
Слышу, как открывается входная дверь. Пришла Молли, моя экономка. В течение следующих нескольких минут я надеваю нечто более повседневное, чем костюм и галстук, которые ношу на работу. Выбираю пару темных джинсов и серый облегающий лонгслив с V-образнымй вырезом. Кладу бумажник в карман и направляюсь на кухню, чтобы поприветствовать Молли.
Она работает на меня уже много лет и отлично справляется с домашним хозяйством. Ее темные волосы собраны сзади в аккуратный тугой пучок. На висках уже появились седые пряди. Молли занята ужином, который мне не удастся сегодня съесть.
— Добрый вечер, мисс Молли. Как вкусно пахнет.
— Готовлю курицу с пармезаном, салат и сырный чесночный хлеб.
Эта женщина может приготовить все, что угодно. За ее итальянские блюда можно умереть. Никто не может превзойти ее на кухне.
— Идеально. Мне нужно уйти, но я вернусь не позже девяти.
— Не беспокойтесь. И не торопитесь. Я за всем присмотрю.
Молли действительно находка, не знаю, что бы я без нее делал. Она мне как родная. Снимаю ключи с крючка, иду в гараж и запрыгиваю в «Ауди».
Опоздав на десять минут, я обнаруживаю, что Тейт уже ждет меня в зале в «Violet Hour». Заведение известно своей динамичной атмосферой и самодельным бурбоном. Я был здесь всего пару раз и забыл об их правиле не пользоваться мобильным, поэтому переключаю телефон на вибрацию и убираю обратно в карман, увидев предупреждение. Хватаю стул и придвигаю его рядом с Тейт, чтобы спокойно поговорить подальше от суеты в баре.
Сообщаю официанту, что заказываю то же, что заказала себе Тейт. Которая своим черно-белым платьем буквально меня убивает. Мать вашу, она еще сексуальнее, чем в предыдущие наши встречи. На ее каблуках сексуальные черные кожаные ремешки, эротично обхватывающие лодыжки.
— Два «Полуночных стингера», — заказывает Тейт.
Официант убегает и через мгновение возвращается с напитками. То время, пока его не было, мне приходилось заставлять себя не пялиться на Тейт в ее чертовом платье.
Как только он снова уходит, я нарушаю молчание.
— Понравился город?
Тейт смотрит на меня несколько долгих секунд, будто строит козни, пытаясь понять мои мотивы для нашей встречи.
— Не определилась еще, но мне очень нравится вид из окна моего офиса.
Она всегда наблюдает, ее разум всегда работает, впитывает информацию. Когда она упоминает о виде из окна, я думаю лишь о том, как сильно наслаждаюсь видом передо мной.
— Он отличается от офиса в Далласе?
— Не особо, — она делает глоток, глядя на меня поверх края бокала, словно ангел, посланный, чтобы мучить меня. Отблеск свечи освещает ее волосы. — Напомни, откуда ты знаешь Уэстона?
Я улыбаюсь.
— Мы вместе учились в юридической школе. После того, как я бросил бейсбол, чтобы заняться юриспруденцией.
— Ты играл за Иллинойс. Я читала о тебе.
— Значит, сделала домашнюю работу? Надеюсь, прочла только хорошее.
Я впечатлен, что Тейт пошла на это. Могу представить, с каким дерьмом она столкнулась на сайтах сплетен, где меня называют плейбоем.
 
— Все может быть, — отвечает она, когда мы оба делаем еще по глотку бурбона. — Почему начал играть в бейсбол?
— Мне нравилось. Я жил ради игры, но это было утомительно и приходилось много пахать.
— Если бы ты мог вернуться в прошлое и сделать все иначе… остался бы в бейсболе?
Это не тот вопрос, который я ожидал, и он на секунду застает меня врасплох.
— Нет. Иногда, конечно, задаюсь вопросом «а что, если…?», но все сложилось хорошо. Я недолго играл в мяч, поэтому все нормально.
Я смирился с выбором, который сделал давным-давно. И ни за что на свете не променял бы ту жизнь, которая у меня есть сегодня.
— Скучаешь по признанию, которое получал во время игр?
Кончик языка Тейт высовывается, когда она лучезарно улыбается мне и постукивает ногтями по своему бокалу, желая добавки.
— Нет. Мне не нравилось внимание. — я сигналю, чтобы нам налили еще.
— Пытаешься меня споить? Я думала, это деловая встреча. — Тейт обхватывает пальчиками с красным маникюром свой стакан с бурбоном.
Разговор с ней проходит естественно. Она отлично умеет вести беседу и хорошо слушает. Однако нужно сменить тему. Девушка всегда ныряет прямо в неудобное. Игнорируя ее комментарий, я говорю:
— Хватит обо мне. Расскажи о себе. Ты выросла в Техасе?
— Да. У меня два старших брата, которые никогда не возражали, чтобы я сопровождала их в поездках на рыбалку и охоту.
— Ты рыбачишь и охотишься?
— Я с юга. Могу пить, как рыба, и плавать, как рыба. — Тейт смеется, на этот раз настоящим, искренним смехом.
— Держу пари, ты опозорила всех мужчин в Далласе.
Она подносит свой стакан к губам.
— Делаю все, что в моих силах.
— Надираешь задницу и записываешь имена?
— Типа того. Держу их в узде и щелкаю кнутом, когда мне нужно. — в глазах Тейт горит озорной блеск, но, может, это пламя свечи.
— Ты реально настолько крута, как говорит Уэстон? Или он несет чушь?
Уголки ее губ приподнимаются в усмешке.
— О, полагаю, скоро узнаешь.
Я не могу не улыбнуться. Черт, эта женщина идеальна.
Тейт оглядывает бар.
— Ты приводишь сюда всех своих коллег?
Поглаживаю подбородок. Мы оба играем с огнем.
— Я здесь в третий раз. Так что, ответ на твой вопрос — нет.
— Это делает меня особенной?
Она действительно особенная. Чертова соблазнительница.
Тейт восхитительно ухмыляется.
— Ты такая… Еще не понял, какая именно. — допив бурбон, ставлю пустой стакан на стол.
Тейт допивает свой. Ее пальцы задерживаются на столе, выставляя напоказ красные ноготки. Я представляю, как они царапают мне спину после того, как я сниму с нее это платье.
Вытряхиваю из себя эти мысли. Следует держать дистанцию, но я, кажется, не могу оторваться от Тейт. Приглушенный свет, близость наших стульев, аромат корицы и ванили — все это смешивается воедино, и я придвигаюсь ближе. Наверное, бурбон спустился прямо в член, раз мозг больше не в состоянии функционировать.
Тейт облизывает свои соблазнительные красные губы. Губы, которые я хочу поцеловать, но понимаю, что нельзя. Ее великолепный медово-карий взгляд встречается с моим, полным флирта. Я наклоняюсь, решив узнать, так ли сладок на вкус ее рот, как я себе представляю. Вот он, момент истины. Пути назад нет, но я полон решимости почувствовать ее губы на своих.
Ее ресницы трепещут, и Тейт не останавливает меня. Я наклоняюсь еще ближе, наши губы всего в нескольких дюймах друг от друга, достаточно близко, чтобы я почувствовал ее дыхание на своем подбородке.
 
К черту все.
Это единственное, что может помешать сделке, и одно из самых глупых решений, которые я принимаю.
Вдруг мой телефон вибрирует в кармане.
Я отстраняюсь и смотрю на часы; вижу, что уже больше девяти. Я потерял счет времени. Что нетрудно с великолепной Тейт Рейнольдс, сидящей рядом со мной. Ее глаза не отрываются от моих, вероятно, она задается вопросом, какого хрена я делаю. Тейт испускает легкий взволнованный вздох, но ее бесстрастное лицо остается невозмутимым.