Там ветра летят, касаясь звезд - V (СИ)

Грэг посмотрел на врачей.
- Не беспокойтесь. У ботов не существует обратной программы, – успокоила их земка, мгновенно сообразив, что беспокоит космона. – Тут единственная проблема, они не подстраиваются под стареющий организм, поэтому лицо, шея и верхняя часть груди у вашей жены останутся такими навсегда. Вечно юными и молодыми.
Моа ахнула, такого она и предположить не могла.
- Не такая уж я и молодая, – отмахнулась Моа. – Но всё равно… очень неожиданно и приятно.
А Грэг фыркнул и тихо засмеялся.
- Это награда за все твои страдания, радость моя. По-моему, о подобном мечтают и космонки, и рэрданы, и рэрди, независимо от возраста – оставаться красивыми до конца.
- И земки, – засмеялись в ответ врачи. – Видит Бог, наши пациенты заслужили этот неожиданный дар. Мы делаем подобные процедуры лишь по медицинским показателям, боты не работают в здоровом организме, они восстанавливают только повреждённые клетки и прилегающие к ним участки.
- А шрамы? – заинтересовался Арт.
- И шрамы, зарубцевавшаяся ткань – это тоже повреждение.
- Возможно, вы заинтересуетесь нашим предложением, – тщательно подбирая слова, сказал Николай и переглянулся с земкой. Арт кивнул, мол, говорите. – Нам хотелось бы использовать лицо Моарры в рекламных целях, для привлечения клиентов и демонстрации наших возможностей. Сразу говорю, мы будем показывать именно конечный результат и лишь участок повреждённой кожи. Понимаете, Моарра наша первая клиентка иноземного происхождения… – врач вопросительно посмотрел на принцев.
- Я вас понял, – чуть улыбнулся Арт и посмотрел на сына и невестку. По ним было сложно понять, как они отнеслись к предложению земов.
- Если вы согласитесь, то мы сразу же оформим договор. Просто надо торопиться. Через два часа мы наденем на Моарру защитную маску. И тогда вам придётся ещё раз прилететь к нам. А вашей жене ни к чему лишние перемещения.
- Я согласна, – вдруг сказала космонка. – И делаю это в знак благодарности за ваш труд. Я хочу подарить надежду десяткам, а может, и сотням тех, у кого её до сих пор не было. Чтобы и они получили новые лица, восстановили изуродованную кожу. А мой пример пусть воодушевит их.
Врачи развернулись к космонам. Они уже привыкли к тому, что у рэрдов и космонов последнее слово всегда остаётся за главой семьи.
- Как скажешь, дорогая, – пожал плечами Грэг, окончательно успокоившийся.
- Мы понимаем, что это недешёвая процедура, но, возможно, у нас получится уменьшить её стоимость.
- Деньги это всего лишь деньги, главное – результат и, соответственно, здоровье. Тем более, альтернативы нет. Вы оказались единственными, кто смог помочь моей жене. Я тоже хочу выразить благодарность и вручить вам сертификат, на который ваша фирма сможет приобрести необходимое оборудование. – Грэг не хуже фокусника извлёк откуда-то плотный конверт и вручил земке. – Он на предъявителя.
Сертификат тут же был вытащен и внимательно изучен.
- О-о-о! Это слишком дорогой подарок, ваша светлость.
- Глупости, ради того, чтобы вновь видеть красоту Моа, я готов заплатить и больше! – пошутил Грэг. – Где там ваш договор? И что от нас требуется?
- Вот, смотрите, за участие в рекламе Моарра деКондо получит разовое вознаграждение и постоянный процент за использование рекламы. Мы сделаем ряд снимков. Желательно, чтобы там она была не одна, а с кем-то из вас.
Принцы усмехнулись. Земы были ещё те хитрецы. Заполучить в рекламный ролик принцев королевской крови – лучшая реклама клинике. Кто такая Моарра? Её знают лишь в Центре, и то, не везде. Зато деКондо знает весь Лискар. Впрочем, земы ещё не поняли, что с космонами нужно быть очень осторожными, в коммерции те разбирались не хуже них, а вот в законах Империи – гораздо лучше.
- Хочу заранее предупредить и внести этот пункт в договор, что использование снимков не по назначению, а также другими лицами повлечёт крупный штраф не только с тех лиц, но и с вас, плюс полный запрет на использование рекламы клиники с официальным уведомлением по центральным каналам, – улыбнулся Грэг, при этом глядя на земов холодными глазами. – Думаю, вашей клинике такой огласки не надо, и вы будете бдительно следить за соблюдением авторских прав. К тому же хочу особо отметить, Зоргену Ферехт подобное очень не понравится, и он легко найдёт способ вас обанкротить. Наша семья с ним в очень хороших отношениях. Не вижу смысла мухлевать со снимками, кроме проблем, вы ничего не получите. Подумайте над моими словами, прежде чем заключать с Моа договор.
 
- Подождите, пожалуйста, мы вас буквально минут на десять покинем, чтобы приготовить все документы, – улыбнулась земка. – Думаю, наше руководство пойдёт вам навстречу и согласится на внесение данного пункта в договор. – И они ушли.
- С ума сойти, Грэгги, а это ты откуда взял? – поразился Арт. – Мне бы такое и в голову не пришло!
- Кое-кто мне немало интересного и поучительного рассказывал о земах и их увёртках, поэтому я и предпочёл перестраховаться. Моа, а ты ничего не хочешь…
- Чтобы захотеть, мне сначала нужно увидеть договор, – улыбнулась Моа королевской, чуть снисходительной улыбкой. – А пока подождём.
- Тебе чем-то намазали лицо? – вдруг спросил Грэг, разглядывая Моа в упор.
- Да, это защитная плёнка. Какой ты наблюдательный! Меня даже мама так внимательно не разглядывала, – хихикнула она. – Арт, я хочу попросить разрешения назвать нашу дочь…
- Это твоё право. Не смею настаивать. Тем более у меня нет ни предпочтений, ни вариантов.
- Большое спасибо. А как звали твою маму?
- Флоу, Флоуретта.
- Красиво. А второе имя, до замужества?
- Фраэрто.
- Разве твоя мама не вторая королева? – удивилась Моа.
- Боги с тобой, – отмахнулся Арт. – В моём мире даже вторых королев не было. Я из всех детей единственный принц королевской крови.
- А твой отец?
- И отец принц, – ответил Арт, потом явно что-то вспомнил, отошёл и стал с кем-то разговаривать по комму.
Моа приникла к мужу и прошептала:
- Это большая редкость, что простая рэрдана смогла родить высокородного ребёнка.
- Арт их первый сын. Там какой-то мухлёж генетический был. Отец когда-то обмолвился, что его дед по матери всё мудрил и экспериментировал, всё мечтал о рождении внучки – серебряной королевы.
Моа не выдержала и расхохоталась.
- Иии, Грэгги, ты меня рассмешил! Знаешь, сколько таких желающих было? Твой прадед что, по образованию генетик?
- По словам отца – авантюрист и ещё тот нахал, и редкостная сволочь с большой кучей денег. Не знал, куда их потратить, лишь бы никому из детей не отдавать. Отец даже говорить о нём не хочет, его до сих пор трясёт при одном упоминании имени деда. Арт ведь и в военную академию попал из-за его фокусов. Хотя об этом он как раз и не жалеет.
- А ты почему в военные не пошёл?
- Какой из меня военный, – отмахнулся Грэг. – Я предпочитаю каждый день возвращаться домой и спать в своей постели, не люблю насилие и кровопролитие, пацифист, короче. Хотя я умею стрелять из любого оружия и вполне профессионально владею кортиком. Так что в случае чего смогу вас защитить или прикрыть тебе спину. Да и каттэи знаю неплохо. Меня с детства учили выживать и защищаться.
- Ого! А я думала, ты финансист. Арт учил?
- Нет, его друзья, которые меня воспитывали, когда он отсутствовал. А отсутствовал он практически всегда, я рассказывал, что вырос на чужих руках. Арт же долго не мог не только со мной общаться, даже смотреть. Я слишком сильно напоминал ему о маме. Однажды он напился и стал говорить… короче, получил от друга в морду, да так, что пришлось везти его в биоцентр. Лучший друг отца высказал ему, чтобы он не смел перекладывать вину за смерть Саурры на ребёнка, и велел не приезжать, пока отец не поймёт это сам.
- И когда он приехал? – тихо спросила Моа.
- Не скоро. Я был уже взрослым, давно сформировавшейся личностью. Мы тогда так и не смогли найти общий язык. Слишком хорошо я помнил его слова. Мы с ним только тут сблизились. Вот уж верно говорят, общая беда объединяет!