Драгоценность черного дракона (СИ)

- Встань за мной, — отрывистый приказ.
И нет ничего правильнее, чем скользнуть за его спину, прикрывая глаза. Его фигура мягко светится призрачно-голубоватым пламенем, а от неё к нему отходит тонкий синий луч — словно соединяя, от сердца к сердцу. Сейчас некогда пугаться и терзаться вопросами. Он острый клинок, направленный на врага, она — его часть, его пара, его гардэ — рукоять. Пока она рядом — никто не сможет его победить, а боевое безумие не завладеет им. Она — его равновесие и точка опоры.
- Молчи, чтобы не случилось. И не смей от меня отходить.
Высверк магии. Яркий, трепещущий, ледяной. И призрачный огонь кидается на оскалившуюся фигуру, обнимая её, языки ласкают жесткую чешую, касаются искаженного лица — а потом она медленно вплетает в чужое заклятье свою силу — белоснежные ниточки, смешанные с фиолетовыми искрами.
Фигура в магическом огне дрожит, отчаянно рыча, а потом вдруг резко выставляет когти, взвиваясь вверх — за его спиной такие же призрачные, как это пламя, крылья. Кинъярэ срывается так быстро, что сначала она просто не замечает, что рядом уже никого нет. А, когда понимает, — кидается закрыть дверь. Пусть это для них почти не преграда, но, если выберутся отсюда случайно — беды не миновать.
Невидимые взгляду движения, высверки магии — это в тесном-то пространстве. А ведь там, за ними — спальня с наследником. Не дай тьма он пострадает сейчас… Да ещё от рук алькона. Кто-то очень сильно хочет подписать им смертный приговор. Им всем.
Отлетевшая щепка ударила в щеку, оцарапав, и это легкая боль словно заставила пробудиться, встряхнуться, выходя из ступора. Их связь была также сильна и прочна. Сияющая невидимая нить, что прочнее цепей.
- От сердца к сердцу, из пепла в пепел, по камню и дереву, по крови первородной, спаси утопающего, пощади умирающего, воскреси душу падшую, отгони врага нашего. Смертью заклинаю, Мать воспеваю, силу направляю… — она едва успела вжаться в стену за шкафом, чтобы не получить удар чужой энергетической плети.
Драгоценнейший не успевал — чтобы спасти своего подчиненного. Отчаявшись, он решит его убить. Похоже, уже решил. Но эта кровь не должна была пролиться — Йаррэ знала точно. Руки дрожали от усилий, от силы, что копилась внутри и проступала на кончиках когтей.
Она прикрыла глаза. Заставить себя выйти пусть и из-за такого хлипкого убежища — страшно. Думать о том — для чего, больше не было сил. Иногда бывают моменты, когда приходится преодолевать себя. Даже, когда смертельно страшно. Даже, когда перед глазами все плывет и ноги отказываются идти.
С потолка сыплются крошки. Дверь и окна дрожат от магических воздействий, а стены уже покрылись трещинами. Больше нельзя тянуть. Рыки. Вспышки чужой силы. Оскаленные клыки и длинные острые когти. Альконы — совершенные орудия убийства.
Сила скопилась на кончиках пальцев, требуя выхода.
Шаг. Вскинуть руки. Как же мучительно страшно. С рук срывается почти невесомое прозрачное облако, пылью рассыпаясь в сторону дерущихся. И в этот миг все затихает. Замирает. Исчезают все звуки. Колени подламываются — и она падает. Только не на пол — а в чужие объятья. Крепкие руки её Клинка придерживают мягко за плечи, а хвост снова подхватывает, обвивая талию и не давая упасть.
- Ты не должна была так рисковать, Риаррэ.
- Я должна была позволить вам его убить?
- А он тебе так дорог? Ты даже не знаешь, кто он, ириссэ, — алькон кивает в сторону лежащего навзничь противника, который уже сменил боевую ипостась на обычную.
- Мне не нужно его знать, что понять — убить его будет для вас очень больно, — она вскинула голову — и тут же столкнулась взглядом с дайрэ Амондо. Тот держал её на весу легко — словно не девушка, а пушинка. На виске билась синяя жилка, выдавая напряжение мужчины.
- Ты слишком хорошо стала меня понимать. И слишком быстро.
Её медленно опустили на пол.
- Стоять можешь?
Йаррэ коротко кивнула, беспокойно шаря взглядом по помещению, которое сейчас больше напоминало полигон для военных испытаний.
- Тогда попытайся сделать так, чтобы было совершенно непонятно, что здесь могло произойти то, что произошло. Я схожу к телам.
 
- А?.. — она кивком указала на лежащего без сознания второго алькона.
- Дьергрэ скоро оправится от твоего воздействия. Как полагаешь, снять чужую сеть удалось?
Она и не знала ни о какой сети. Как же дышать тяжело — так и хочется свернуться клубочком где-нибудь в темном уголке, но — нельзя. Раз её Клинок просит — она должна ему помочь.
По невидимой связи пришла волна одобрения — и чужой силы, которая взбодрила, вливаясь в кровь.
- Думаю если что-то осталось — то совсем немного, — ответила уверенно. Вы сможете легко это снять чуть позже, кидаться он больше не будет.
И — странное дело — он поверил. Кивнул, как будто её слова имели вес.
- Тогда прибери здесь все. Скоро у нас будут гости, — недобрый оскал на бледном лице смотрелся устрашающе.
Миг — и Мастер растворился в потоках энергии, чувствуя себя на удивление вольготно, а Яра принялась прибираться, стараясь отогнать прочь неприятные мысли и слабость. Все-таки чужая сила — не своя.
Медленно ткались иллюзии, выравнивая скошенные углы, отколотые барельефы, разбитые стекла шкафов. Тонкой струйкой текла энергия, не мешая размышлениям.
Гардэ и Клинок. Предок только упоминал об этой связке у альконов. Найти своего Гардэ для Клинка — большая удача. Он прикроет спину, уравновесит силу, отведет безумие, не даст сорваться в пропасть собственной магии. Но найти того, кто пойдет на эту связь, того, кто тебе подходит — почти невозможно. О том, как эта связь образуется и какие обязательства накладывает — предок не сказал. Вильнул, как прожженый дипломат, в сторону.
Иллюзии медленно укрыли последнюю часть кабинета, вторая направленная волна силы уничтожила весь мусор — и пришлось заняться жертвой обстоятельств.
Когда дверь практически пинком распахнули — все уже было готово. Вторая дверь в покои наследника искусно скрыта и замаскирована. Первая — ведущая в коридор, прикрыта — но не закрыта на замок. Зачем смущать дорогих гостей?
Процессия и правда была впечатляющая — компанию из трех гончих и нескольких стражников возглавлял высокий темноволосый мужчина. Волосы забраны в хвост, холодные серые глаза смотрят презрительно и колко, сухощавая фигура и широкая мантия, не скрывающая военную выправку. На миг сердце кольнула иголка страха — но в своей магии она сейчас была уверена, как никогда. По венам снова бежал странный огонь, вызывающий желание то ли подерзить то ли пошалить. Но никак не пугаться.
А вот и Мастер пожаловал — Кинъярэ Амондо зашел последним. На лице — недовольство и скука, вот только она видела, как катались желваки на бледно-серых скулах, как неестественно ярко блестели глаза и чуть щерились клыки. А ещё она видела, как тяжело висят длинные рукава темно-синего одеяния, словно они были все в воде. Или в крови?!
При виде ухмыляющегося Аррона хотелось не расплыться томной лужицей, а врезать ему жестко под дых, опрокидывая на пол так, чтобы не встал.
Боль-усталость-бешенство-ненависть-странная почти теплая признательность — чужие чувства навалились разом, заставляя коротко вздохнуть, сжимая зубы. К счастью, переодеться она тоже успела — и даже не в иллюзии. Темные брюки, светло-серая рубашка и лиловый камзол с длинными разрезами по бокам. Вполне прилично. На груди вышит знакомый герб альконов — ворон с веточкой асфодели.
Поклон — четкий и выверенный. Не время метаться и бояться.
- Высокие дайры, чем могу быть полезна?
Ну и что же вы мне скажете?
Отвечает надменный темноволосый дайр, пока остальная компания рассредоточивается по кабинету.
- Таррэ, у нас есть ряд вопросов. Мы дадим вам кристалл истины — мужчина протянул ей продолговато синий камешек, блеснувший искрой в глубине, — а вы ответите на ваши вопросы. Вы не являетесь благонадежным гражданином иррейна, чтобы верить вам на слово, посему советую отвечать только правду.