Драгоценность черного дракона (СИ)

Отколовшиеся белые крошки медленно таяли где-то внизу, а Йаррэ вспоминала. Что она знает об альконах? Почти ничего, на самом деле. За эти несколько часов она и то узнала больше. Все альконы, которых она видела — мужчины. Где их женщины? Их нет? Но дух города упоминал, хоть и вскользь… На лицо упала капля, затем другая — и вот уже хмурые тучи разразились первым дождем. Наступала Тарень — пора листопада и первых заморозков. Небо плакало, в раскатах грома ничего не слышно. Среди молний и ливня легко спрятаться. И можно сжаться в комок и плакать… рыдать навзрыд, чувствуя, как немного отпускает душу леденящая пелена безмолвия, опустившаяся в тюрьме.
- Дай мне силы выжить! Дай мне силы отомстить! Дай мне силы принять! — беззвучно шепчут побелевшие губы.
Её колотит — но от холода ли? От страха? От всего пережитого? Она ещё помнит — нельзя спать здесь, на полу. Холодно и мокро — а простудишься, кто станет лечить? Надо найти комнату… место… Ноги сами несут куда-то — по белым пустым коридорам, мимо роскошно-мрачных залов, туда, вглубь дворца, где можно найти спальни. Далеко не стала заходить — в первом же алькове сбросила липнувшую к телу одежду и рухнула на постель, уже не видя, как тело укутывает темная дымка, а над ней вновь появляется призрак.
Только в этот раз он наливается силой, сиянием изнутри, словно обретя плотность, и продолжает легонько касаться кончиками пальцев распростертого тела, что-то тихо шепча.
- Сколько же работы, Великая Мать, ну Кин, ну засранец… нашел, кого мне подкинуть… нет, чтобы девочкам…
Работы и правда был непочатый край, а такие ночи — тяжелые, грозовые, напоенные родной силой, случаются не так уж часто. Нужно было этим воспользоваться.
* * *
Просыпалась Йаррэ тяжело, муторно. Голова была после вчерашнего срыва, словно раздутый шар, в котором медленно-медленно ворочаются мысли. Но было удивительно тепло, и, когда ночная хмарь постепенно рассосалась, стало понятно, что все не так уж и плохо, как казалось — во всяком случае, больше броситься вниз головой не хотелось, а вот бороться — да. Один бок отчего-то особенно припекало. Йаррэ все-таки мучительно осторожно повернула голову — и столкнулась с пылающим алым взглядом гончей, свернувшей клубком рядом, на постели. Чешуйки как будто куда-то втянулись, обнажая пышущую жаром шерсть — действительно, та отлично грела. Дыхание сбилось, сердце застучало отчаянно где-то в горле, когда перед глазами мелькнули длинные передние резцы — и тут гончая смачно лизнула её в нос, заставляя чихнуть.
- Фу! Невоспитанная собака!
«Это кто ещё из нас невоспитанный? Разве положено юной самочке спать в гостевой спальне совсем без шерсти?!»
В эту секунду Йаррэ могла бы поклясться, что пасть темной твари раздвинулась в насмешливой ухмылке-оскале.
- Ты… говорящая? Правда? Или мне чудится? Или ты тоже какой-то дух? — голос предательски дрогнул. Трудно поверить, что здоровенная ядовитая тварь на тебя не кинется.
«Глупый щенок хозяев. Мы — Стражи. Конечно, мы разумны».
Неожиданно голову повело — и она, как наяву, увидела большое уютное гнездо с пищащими щенятами, маленькими розово-черными тельцами с мягкой чешуей и тонкими хвостиками. Вокруг них вились взрослые гончие, а у края гнезда сидел алькон — такой же, как те, которых она видела — высокий, беловолосый, только на губах этого играла едва заметная теплая улыбка. На руках мужчина держал маленький комочек, который прокусил ему палец.
«Запечатление… хозяин…»
И снова море чужой печали. Стражи и преданные друзья. Симбиоз… если его можно было так назвать. Вот оно что! Альконы вывели себе охранников и друзей из диких стай, которые расплодились в окрестностях городов и бежавшего на их земли от полного истребления особого вида метаморфов. И те отплатили им абсолютной беззаветной верностью.
Счастье… вот оно каково.
Тихо-тихо шуршит чешуйчатый хвост по полу. Пока не передумала, быстро подносит палец к выглядывающему клыку:
- Кусай давай, — говорит убежденно.
 
В ответ — волна удивленного недоумения, смешанного с неверием.
- Давай, говорю, кусай, морда! — тихо фыркает под нос. Глаза противно щиплет… это она просто простудилась — не иначе. Ну с чего бы тут слезы разводить?
Второго предложения можно было и не делать — мощные челюсти осторожно сомкнулись на запястье, а шершавый язык так быстро зализал ранку, что она и понять не успела.
— Что? Как?
Алые глаза посмотрела на этот раз почти с обожанием.
«Хозяйка…»
- Так, только хвостатого друга ко мне не приводи! Извини, но не готова я пока к хвостатой ячейке общества, мне и самой-то ещё жить негде…
- Это хорошо, что Ттмара тебя приняла, тебе пригодится защита, — призрак появился, как и до того — абсолютно неожиданно и бесшумно, а, может, на самом деле просто где-то поджидал.
Только, кажется, он немного потускнел с прошлой встречи…
- С вами все в порядке?
Кажется, вопрос стал неожиданностью для всех. И, в первую очередь, для неё самой. Просто… ну не было привычки заботиться о других… давно. Не о ком было. А то, что было у них с Винтера… Это не забота. Это просто взаимное использование, только она этого ещё тогда не понимала. Так какое ей дело до этого чужака? Почему он вызывает такие странные, полузабытые чувства?
В темных мерцающих глазах вдруг промелькнуло что-то, от чего стало тяжело дышать. Стиснуло грудь — и она быстро-быстро заморгала, жалея, что не может его обнять. В результате объятия достались тварюшке, которая, впрочем, только фыркнула шумно, когда её сильно стиснули, да замахала активно хвостом, тихо урча от такого счастья в лице сумасшедшей хозяйки.
- Все хорошо. Пока все ещё хорошо, — наконец негромко ответил Гирьен, — но я запомню… спасибо. Вставай, и пойдем, я кое-что тебе покажу. У нас не так много времени, а дел хватает. Если ты проведешь здесь слишком много времени и выберешься живой… словом, думаю, тебе не нужны лишние вопросы со стороны дознавателей, — последние слова он почти прошипел.
Впрочем, призрак алькона все-таки подождал, пока она поест и приведет себя в порядок — и одарил напоследок каким-то щекочущим тело заклинанием, пробормотав, что простуда сейчас была бы некстати. Передвигались они дальше по дворцу довольно быстро — словно Гирьен умел сокращать как-то путь. Мелькнула пара коридоров, разом пропали окна, повеяло сухой прохладой — и вот они уже возле высоких массивных дверей со знакомо-вырезанным гербом.
Ярко-ярко сверкнул призрачный медальон на теле сопровождающего — и огромные двери беззвучно распахнулись. Наверное, раньше бы она уже прыгала от счастья, не в силах отвести глаз от расстилающихся вокруг сокровищ. Чего здесь только не было — и сундуки, набитые монетами, и россыпь драгоценных камней, и сверкающие драгоценные изделия из более не существующих магических металлов и прочих ингредиентов. Полный доспех из чешуи арранского черного дракона, ныне считающегося вымершим… Мечи, шпаги, даги, пояса с метательным оружием.
Про бриллианты, рубины, алмазы и говорить не приходилось — все было ясно и так. Здесь хватило бы сокровищ скупить половину мира, но призрак уже манил дальше — туда, где виднелись запечатанные двери, буквально искрящие от заклятий.
- Надеюсь, ты уже привыкла к потрясениям, — по его губам скользнула странная, слишком горькая ухмылка.
Эти двери распахнулись при прикосновении сопровождающего так же бесшумно, как и предыдущие. Помещение было гораздо меньше — здесь, по крайней мере, сразу был виден его конец, но то, что здесь хранилось…
Это уже не сокровища баснословной стоимости — это то, за что правитель любого государства убьет, не задумываясь. Артефакты власти, силы, подчинения, защиты. Уникальные по своей древности и происхождению. Даже она, почти ничего толком не знающая о магии, ощущала их силу… странно, но как что-то родное, близкое, почти родственное. Они пели. Роскошные короны на подушечках из бархата, оружие на специальных стойках, разложенные по отдельным полочкам кольца, браслеты, женские диадемы и кинжалы. Только все это стало как-то разом неинтересно.