Дорогая Эмили (ЛП)
Открываю дверь, а моя младшая сестра Рене сидит на полу в коридоре, прислонившись к стене. Я должна перешагнуть через ее полосатые пижамные ножки, чтобы попасть в зал.
— Самое время проснуться, Карли. Лин собирается вернуться в кровать, а Джимми в ванной. Это самое позднее, когда кто-либо из нас вставал в Рождество, так что поторопись! — она заканчивает ругать меня, встает и обнимает. — Счастливого Рождества, Кар.
Лин и Джимми встречают нас в коридоре, когда Рене разворачивается и бежит вниз по лестнице. Джимми хватает ее и отталкивает себе за спину, как всегда, чтобы первым спуститься вниз. Типичные выходки рождественского утра семьи Слоан. Я улыбаюсь, следуя за своими братьями и сестрами в гостиную.
Мама и папа пьют кофе и смотрят, как крутится рождественская елка.
— Доброе утро, — улыбаясь, говорит мама. Ее глаза встречаются с моими, и улыбка становится мягче. — Счастливого Рождества.
У всех нас есть свои места вокруг дерева, и мы садимся на пол перед нашими грудами подарков. Все по очереди открываем их и ведем себя так, как будто это Рождество ничем не отличается от остальных. Несмотря ни на что, семья пытается поддерживать ощущение нормальной жизни, в этом году Рождество для меня другое, и я не уверена, что когда-нибудь это изменится.
— Кайл здесь! — Рене кричит вверх по лестнице. Открыв все наши подарки, моя мама приготовила огромный завтрак, который мы все съели. После душа я закрыла дверь и легла на кровать. Мне не хотелось расстраивать всех своим настроением, поэтому я подумала, что будет лучше остаться наверху, в одиночестве.
Мое сердце немного подскакивает в груди, когда я спускаюсь вниз. Кайл стоит в нашем фойе. Он смотрит на меня и улыбается. Я таю.
— Счастливого Рождества, Карли, — говорит он.
— Привет, Кайл. Счастливого Рождества.
Лин забирает его куртку в другую комнату, а Кайл вручает моей матери пакет, который выглядит так, как будто он из пекарни.
— Спасибо, что пригласили меня, миссис Слоун. Я не хотел приходить с пустыми руками.
Мама берет пакет и говорит:
— Конечно, Кайл. Мы очень рады, что ты смог присоединиться к нам на рождественский ужин. — Ее глаза блестят, и она отводит взгляд. Потому что более чем счастлива и благодарна. Она знает, сколько времени Кайл провел со мной, и уже любит его.
Мой отец присоединяется к нам в фойе и протягивает руку Кайлу.
— Счастливого Рождества, Кайл. Мы рады, что ты здесь.
Ух ты. Я ошеломлена тем, что мой отец только что сделал над собой усилие и приветствовал Кайла в нашем доме. Я улыбаюсь и думаю, что сегодня все может быть хорошо.
— Благодарю Вас, мистер Слоан. Готовы ли вы к игре? — он знает, что путь к сердцу моего отца лежит через баскетбол.
— Пре-игровое шоу идет прямо сейчас, так что давайте устроимся поудобнее, пока девочки готовят ужин.
Рене фыркает.
— Папа, ты мог бы помогать маме на кухне время от времени, знаешь ли!
— Ни единого шанса, Рене. — Мой отец хихикает. — Джимми, можешь принести Кайлу выпить?
Мой брат кричит из другой комнаты:
— Конечно, папа! Кайл, чего ты хочешь?
— Воды, пожалуйста. Спасибо, — отвечает Кайл и подмигивает мне.
Мы все привыкли к нашей рождественской рутине. Кайл прекрасно вписывается, пока они с Джимми и моим отцом постоянно кричат на телевизор и дают друг другу «пять», наблюдая за игрой НБА. Это хорошо, что они все болеют за одну команду.
Ужин окончен, и мы можем избежать неловких разговоров. Кайл счастливо пересказывает историю о своем лазающем по деревьям коте Мо, и вся моя семья смеется над ним за ужином.
Когда мои сестры и мать встают, чтобы начать убирать со стола, Кайл наклоняется и шепчет мне на ухо:
— Я бы хотел увидеть твою вращающуюся рождественскую елку, пожалуйста.
Я немного дрожу, когда его губы касаются моих волос.
— Хорошо, — отвечаю я.
Встаем и заходим в гостиную. Я сразу замечаю завернутый подарок, помещенный близко к моей «стороне» дерева.
— Кайл, что это? — спрашиваю, указывая на подарок.
Он лукаво улыбается мне и говорит:
— Санта оставил кое-что для тебя в моем доме. — Затем он хватает меня за руку и тянет к дереву.
Мы сидим на полу рядом друг с другом, когда он наклоняется, поднимает подарок и кладет его мне на колени.
— Счастливого Рождества, Карли.
— Кайл, ты не должен был этого делать. У меня для тебя нет подарка. — Мне вдруг стало стыдно, что я даже не подумала ничего ему подарить. Черт, он был рядом со мной неделями, а я ничего не приготовила ему. Чувствую себя ужасно. Я смогла сделать все рождественские покупки для моей семьи, когда была дома на День Благодарения. Но с тех пор я ничего не покупала, и уж точно не нашла времени, чтобы что-нибудь купить Кайлу.
— Карли, просто открой, пожалуйста. — Он улыбается мне и подталкивает подарок.
— Боже, я чувствую себя ужасно, Кайл. Я не хочу открывать это, потому что у меня нет ничего для тебя. Это так унизительно. — Я качаю головой и отвожу взгляд.
— Карли. — Кайл настаивает.
Я медленно отрываю бумагу и задыхаюсь, когда вижу свой подарок. Это красивый дневник, обернутый в светло-коричневую кожу с вышитыми инициалами.
— Кайл… — я не могу произнести эти слова.
— Надеюсь, тебе понравится, — говорит он. — Я думал, ты хотела бы иметь дневник, ну знаешь, чтобы записать все, что не можешь сказать вслух.
Я не знаю, что ему сказать. Это такой продуманный подарок, как будто он знает меня уже много лет. У меня есть дюжина дневников, спрятанных в шкафу наверху, которые содержат мои личные мысли и размышления столько, сколько я себя помню. Но у меня никогда не было такого красивого, как этот.
— Кайл, мне очень нравится, — говорю я, когда слезы угрожают пролиться по моим щекам.
Я медленно поворачиваюсь к нему, наклоняюсь и обнимаю за шею. Он неуверенно обнимает меня, притягивая к себе.
— Пожалуйста, Карли, — шепчет он мне на ухо, заставляя меня дрожать. Я теряюсь в его руках, и мое сердце бешено бьется в груди. Немного паникую, когда понимаю, насколько мы близки, и отстраняюсь. Он легко освобождает меня из объятий и улыбается.
— Я так рад, — говорит он, сжимая мою руку.
— Мне очень бы хотелось иметь что-то для тебя, — говорю я, когда он быстро кладет палец мне на губы, чтобы успокоить меня.
— Карли, не нужно больше ничего говорить. Твоим подарком мне был невероятный рождественский ужин. Я благодарен, что у меня есть место, где я могу быть сегодня. — Он убирает палец с моих губ, улыбаясь.
Так что я больше ничего не говорю. Наклоняюсь к блоку управления под нашим деревом и включаю его.
Наклоняюсь к Кайлу и кладу голову ему на плечо, когда он снова берет мою руку в свою. «Jingle Bells» играет, пока мы наблюдаем, как мерцают огни, и рождественская елка медленно вращается.
Глава 28
Табита
Филадельфия, Пенсильвания
Прошлое
21 год
Когда мы приезжаем в клуб, вся группа уже там. Тристан и Дакс машут нам, а Гаррет ухмыляется. С тех пор, как наши отношения с Алексом стали «официальными» почти год назад, Дакс принял нас. Тристану было все равно. Но Гаррет все еще ведет себя как придурок.
Мы с Алексом почти не сказали ни слова, когда шли в клуб. Наше молчание было ощутимым. Мне до смерти надоело спорить с ним из-за его необоснованной ревности. Сет никогда не переходил границы. Он просто мой друг, и Алекс должен научиться принимать это.
— Алекс! Ты готов найти группу для разогрева?
Он улыбается, отпускает мою руку и хлопает.
— Да! Давайте начнем вечеринку!
Его настроение сразу меняется, и он как ребенок в кондитерской. Обычно Алекс так горяч и холоден со своей музыкой, но этот последний альбом действительно очень преуспел и начал завоевывать более широкую аудиторию. Чуть менее чем за год «Эпический провал» набрал такой импульс, что они заключили договор с известной звукозаписывающей фирмой. Группа неплохо справилась с обрушившейся на них славой. Все, кроме Гаррета. Он таскается со всеми поклонницами, которых только может найти. Иногда по нескольку за раз. Его поведение вызывает у меня отвращение и, честно говоря, меня беспокоит, что же будет дальше. Искушение будет повсюду, и я молюсь, чтобы Алекс не увяз в нем.