Путь тьмы (СИ)

Син проглотил вязкую слюну, осторожно выдохнул и решительно сжал кулаки.
— Не ради меня, Ник. — твердо заявил Син. — Не ради Эльфхейма. На кону стоит весь Альйон! Помоги нам, или мир будет уничтожен!
— Как ты меня нашел? — хрипло спросил Никаниэль. Он так давно не разговаривал вслух, что горло и язык отвыкли произносить звуки. Нежить же слушалась одного веления его мысли.
— Тебя это сейчас волнует⁈ — воскликнул бастард, но наткнувшись на ледяной взгляд золотых глаз осекся. — Да никак. — пробубнил он. — Мы отступали после схватки с демонами. Думали где взять новых союзников. И я вспомнил, что тогда в семейном мавз… — Син осекся. — В общем, я вспомнил про тебя. Вызвал Малеммила, и он предположил где бы ты мог быть.
Ну да. Малем. Конечно же. В какие-то моменты Нику даже казалось, что бывший друг знает его лучше, чем он сам. К тому же Малеммил уже бывал в Лесу Погибели и даже провел в нем почти два года, хоть и не мог помнить об этом, будучи мертвым. Агент Эльфхейма достаточно хорошо изучил цель своего задания, чтобы вычислить его местоположение, даже когда Ник сам не знал куда идти.
— А что на счет остальных лидеров? — поинтересовался Никаниэль. — Их ты убедил сотрудничать с некромантом с помощью своей магии разума?
— Нет. — твердо ответил Син’Галад. — Они не хуже меня понимают в какой ситуации мы оказались и готовы заключить союз хоть самим Мерфалом, если он нам поможет избавиться от демонов. К тому же в последнее время я стараюсь пореже влиять на чужие решения.
— А вы что скажете? — спросил Ник, глядя Сину за спину.
Бастард обернулся и увидел Тродияраша с Малемом, приглашенных призрачным дворецким. Судя по побледневшему лицу, Син’Галад понял, что эти двое застали последнюю часть разговора.
  
Глава 61
 
Тродияраш с нескрываемым презрением разглядывал бывшего друга и соратника. Когда-то он прозвал Ника Промиклотар, что на криамо означает «Отважный», однако теперь, узнав о деяниях Никаниэля, похоже, пожалел об этом. Одна из его рук по привычке дернулась, чтобы подняться в варварском приветствии, но в итоге так и не сдвинулась с места, оставшись покоиться на рукояти массивного кинжала.
Малеммил же с момента последней встречи заметно постарел. И пусть он все еще не выглядел на свои восемь веков, но и на сотню с небольшим уже явно не тянул. Видимо таким образом на нем сказалась смерть Юлланай.
И здесь Ник понимал его, как никто другой.
— Ты забыл дорогу чести, Промиклотар. — произнес варвар, скрестив на груди верхнюю пару рук. — Твои предки плачут, глядя на то, чем ты стал. Это не путь воина, не путь мага и не путь жреца. Ты воплощаешь зло! — Шазшаз нахмурился, чуть помолчал и продолжил. — Ничто уже не в состоянии исправить твои прежние поступки. Но в это темное время даже такой как ты может подарить кому-то свет.
Никаниэль несколько секунд задумчиво разглядывал четырехрукого гиганта, а потом перевел взгляд на Малема.
Тот не произнес ни слова. Он переступил с ноги на ногу, поднял глаза на Ника, снова опустил и снова поднял. Открыл было рот, но тут же его захлопнул и растерянно поджал губы. От некогда уверенного в себе смельчака и балагура не осталось и следа. В его душе явно боролись несколько чувств и стремлений, но ни одно не могло взять верх.
В ледяной пустоши души Никаниэля проклюнулся робкий росток сочувствия. Но сумеет ли он выжить?
— Что скажешь, Ник? — с надеждой в голосе спросил Син’Галад. Пусть его секрет стал известен, но сейчас другие вещи беспокоили эльфа гораздо больше. — Без преувеличений от тебя зависит судьба всего Альйона.
— Плевать я хотел на Альйон, его судьбу и всех его обитателей. — резко выдал Никаниэль, заставив тени в углах комнаты угрожающе сгуститься. — Мне нет никакого дела ни до одного из живых! Теперь нет… — Ник замолчал, а Син заметно помрачнел. — Однако… — Никаниэль до боли стиснул в кулаке рукоять Эленшоффстилла. — Я пойду с вами. Она бы этого хотела… — добавил принц едва слышимым шепотом.
На лице Син’Галада отразилось сперва неверие, потом сомнение, но и то и другое вскоре вытеснила нескрываемая радость. Все уже знали о могуществе эльфийского некроманта. О нем ходили слухи один страшнее другого, но даже самые сумасбродные выдумки и близко не приближались к границам его реальных сил.
 
Тот, кто сумел выдернуть душу из-под крыла бога, кто обрел древнюю магию, кто воистину повелевал жизнью и смертью — без сомнений, Ник оставался единственным, кто еще мог хоть как-то повлиять на безрадостные перспективы битвы с бесконечной ордой тварей хаоса.
Отправив визитеров наружу, Никаниэль, сосредоточившись, приказал войскам собираться. За века существования Лес Погибели скопил в себе немало душ и тел как воинов, так и магов. Кто-то приходил сюда за славой, кто-то забредал по незнанию. Но в итоге, даже половина дремавшей под рыхлым дерном нежити была в состоянии захлестнуть волной мертвецов близлежащие территории.
Если бы кто-то мог ими управлять.
Ник мог.
Облачившись в кожаную броню с зияющей дырой напротив сердца, Никаниэль впервые за долгое время вышел на свежий воздух. Парламентеры нервно озирались, косясь на цитадель мрака, и явно мечтали как можно скорее покинуть столь негостеприимное место.
Скользнув глазами по одеянию брата, Син досадливо поморщился, но оставил ситуацию без комментариев.
— Мы можем идти? — напряженно спросил он.
— Секунду. — сказал Ник и взмахнул рукой.
Земля неподалеку сразу же вспучилась, и из-под нее вылезло с десяток скелетов. Но вовсе не почетную свиту вызвал себе некромант. Собравшись в кучу, костяки принялись разбирать друг друга, присоединяя ребра, черепа, ключицы и прочие части тел на новые места, и уже вскоре перед з а мком стояла полноценная карета.
Еще один взмах руки — и прямо из воздуха соткалась четверка призрачных лошадей, сочившихся мраком. Словно настоящие, они били копытом в ожидании приказа тащить экипаж, а их замогильное ржание заставило вздрогнуть даже варвара.
— Прошу. — криво усмехнулся Никаниэль, приглашая проделать путь из леса в комфорте.
Повинуясь его воле, дверца кареты распахнулась, явив обтянутые кожей сидения. А вот чья это кожа — оставалось вопросом.
— Спасибо. — мрачно выдавил из себя Син. — Я лучше пешком. Малеммил, составь уважаемому магу компанию. — приказал он и в сопровождении Тродияраша, глубоко вздохнув, двинулся сквозь лес.
Темная крепость, скулила брошенным щенком, не желая отпускать своего господина, но Ник успокоил ее, пообещав вернуться. И уже скоро он, покинув Лес Погибели, выехал на открытую территорию, где сразу же состоялся совет лидеров.
Впрочем продлился он не долго.
Бросая на Никаниэля не слишком дружелюбные взгляды, Мейсис, а так же предводители орков, варваров и гномов, поинтересовались как скоро присоединившийся к ним некромант сумеет набрать себе нежить и где планирует ее разместить. На что Ник лишь неоднозначно хмыкнул, а командирам пришлось спешно покинуть шатер, чтобы узнать причину раздававшихся в лагере криков.
И, как один, они застыли, не веря своим глазам.
Из Леса Погибели неудержимой рекой лились мертвецы.
Личи и призраки, умертвии и рыцари смерти, банши, зомби, скелеты, гули, д у хи и фантомы. Вооруженные или с голыми руками, сохранившие остатки плоти или давно ее утратившие — все они несметным числом явились на зов могущественного повелителя смерти, чтобы верно служить ему в битве за Альйон.
Отойдя от шока, лидеры принялись разгребать воцарившийся при нашествии нежити хаос, с помощью офицеров успокаивая подчиненных. Далось им это весьма непросто. Ведь не каждый сможет держать себя в руках, когда мимо него, сотрясая землю, шествует закованная в проржавевшие латы тварь размером с огра, а следом за ней летит бестелесное воплощение с а мого страшного ночного кошмара.
Не обращая внимания на общую суету, граничащую с паникой, Никаниэль приказал мертвецам выстроиться огромным клином. Именно ему предстояло прорубать дорогу к Пантиоку. Сам же Ник планировал ехать в безопасности прямо за острием, при необходимости пополняя ряды или лично разбираясь с возникшими проблемами.