Жена по праву (СИ)

— Так точно будет легче сконцентрироваться, — проговорила я, облегчённо выдохнув.
Адальхарт тоже очень мило улыбнулся.
Какая у него красивая улыбка, когда он не испепеляет взглядом. Ах!
— Закрой глаза, чтобы уж наверняка сосредоточиться, — тихо пророкотал он. — Призови в себе мою тьму. В свете твоего пламени она может быть не видна, но она в тебе, почувствуй, Лера…
Роберт говорил размеренно и терпеливо. И я чувствовала. Но не тьму, а то, что лорд прекрасный наставник, и, вероятно, мог бы быть отличным заботливым отцом.
Ох, Лера, о чём ты снова думаешь?!
— Сосредоточься, Лера, — проговорил Роберт, понизив голос.
Его бархатный голос вёл меня, и под чуткими наставлениями "супруга", я разглядела притаившуюся внутри меня магию. Будто маленький котёнок, она робко жалась комком, пряталась от сосуда с бурлящим котлом огня внутри меня.
Вспомнила, как Адальхарт волновался, что его тьма вызовет во мне конфликт и был уверен, что поглотит мой свет, но разве этот “котёнок” тьмы мог причинить вред?
“Кс-кс, давай нарисуем узоры?” — предложила я крошечному малышу.
Котёнок высунул носик из укрытия и игриво поглядел на меня большими янтарными глазами. На носике было рыженькое пятнышко в виде сердечка, и я улыбнулась от умиления.
В ладонях появилась невидимая упругая сила, и угольный карандаш объяло послушным податливым теплом. Прикажи карандашу разлететься на молекулы — и он тотчас это сделает.
Чувствуя уверенность, я мысленно представила образы узоров с портрета, и перенесла чёрную краску карандаша себе на запястья. Витиеватый узор лёг на кожу, окатив щекоткой. Я перевела взгляд на Роберта и на его руки.
Адальхарт закатал рубашку, протянув мне сильные загорелые предплечья.
— Ты нашла её, Лера? — тихо проговорил Роберт. — Какая она, твоя тьма?
Я молчала, сосредоточенно оплетая меткой запястья “супруга”. Если заговорю — собьюсь! Мне и так сложно не волноваться от прикосновения к его телу, пусть и касания эти невесомые, магические.
— У меня котёнок, — проговорила я, наконец, отложив карандаш.
— Что? — скривил брови Адальхарт.
— Моя тьма — это чёрненький котёночек с рыжим носиком. А что?
— Надеюсь, это будет пантера, — нахмурил брови Роберт. — Иначе Анхор перекусит твоему котёночку хребет.
— Какой ты злой!
"Муж" с усмешкой откинулся на спинку дивана, заведя мне руку за спину.
— На самом деле, я думал, у тебя будет собака, как у меня.
— Анхор магический? — покосилась я на дверь, за которой остался лохматый медведь-террорист.
— Фамильяр магии тьмы. Моя тьма решила быть собакой. Твоя котёнком, забавно, — изумлённо покачивая головой, проговорил Роберт.
— А он… он воплотится, мой котенок?
— Обязательно, когда магия окрепнет. Ты удивила меня, Лера. Я вообще не думал, что ты сумеешь призвать силы. Мне говорили, ты слаба в магии.
— Как видишь, не слаба!
— Вижу. Может и впрямь сама сдашь выпускные экзамены, — бросил шпильку невыносимый “супруг”.
Стрельнув в него глазами, я гордо промолчала и поднялась с дивана.
— Пора собираться к родителям, полагаю, — сказала я, желая поскорее покинуть кабинет Роберта. — Мне надо искупаться…
Я должна скорее добраться до зеркальца и проведать, как там Валери! А затем искать её сообщников, узнать, где портальный артефакт и разрушить заклинание. По-ско-ре-е! Невыносимо быть чужой женой!
— Подожди, — встал вслед за мной Роберт.
Я сердито развернулась.
— Нужно закрепить метки, иначе в ванной ты их смоешь, — проговорил “муж”, беря меня за руки. — Будет немного больно, Лера, потерпи.
Роберт обхватил невидимой магической хваткой меченые запястья и буквально углубил узор под кожу.
— Ай! — шикнула я.
— Уже всё, — выпустил меня “супруг”.
Потирая поочерёдно запястья, я продолжала щуриться от ощущения пожара на коже.
— Интересно, настоящие тоже больно впечатываются?
— Не знаю, — глухо произнёс Роберт и после недолгого молчания добавил: — Иди, готовься, Сэм проводит тебя в твои покои.
“Супруг” открыл дверь, выпроваживая меня из кабинета.
 
— А…а я могу забрать из твоей ванной свои вещи?
Зеркальце!
Нависая надо мной, Адальхарт обжёг опасным взглядом, от которого хотелось провалиться под землю.
— У нас общая ванная, Лера, — сказал Роберт. — Супружеские спальни смежные. Сэм!
— Да, ваша светлость, — появился на пороге пожилой стройный слуга.
— Проводите леди Валери в её покои.
— Да, мой лорд. Прошу, леди Валери, — почтительно поклонились мне.
Наконец-то уйти от него подальше…
Проходя мимо пса Роберта, услышала тихое утробное рычание и подскочила, как будто наступила на мину.
— Анхор, хаос тебя раздери! — рыкнул Адальхарт. — Заткнись! Не пугай мою жену.
Может, псина так на моего котёнка реагирует? Нехороший пёсик! Нехороший!
Сэм, словно преданный солдат, очень вежливо и совершенно молча вёл меня за собой по коридору, залитому нежным утренним светом, который сочился из множества маленьких окон под высоким потолком.
— Вот и пришли. Прошу, леди Валери, — улыбнулся мне мужчина, отворяя белые створки дверей. — Если вам что-то понадобится, просто позовите Сэма.
— Спасибо, — кивнула я.
Неловко было общаться с прислугой. Тем более такой представительной. Сэм по внешнему виду запроста годился в профессора университета.
Оказавшись посреди просторной светлой спальни, я первым делом поискала ванную, и, увидев дверь, скорее бросилась искать зеркальце.
Сердце дрогнуло, когда увидела вчерашнюю золотую купель и вспомнила хоровод острых чувств, когда я, новобрачная, пряталась здесь от новоиспечённого мужа. От тирана, каким описывала мне его Валери.
Потерев жгущую метку на запястье, я подумала, что несмотря на все ужасы, мне удалось договориться с Робертом, выиграть время. И вообще, он оказался приятным мужчиной, учтивым с женщиной. Не стал применять физическую силу, хотя мог бы. Мог и без силы — просто соблазнить, немного ласки и всё… ведь он, конечно, чувствует, что я уже его…
Зеркальце!
Я наконец обнаружила серебристый кружок, аккуратно лежащий на полке — видимо, тут убирались и переложили его с бортика купели. И платье моё свадебное, облитое вином, куда-то унесли. Надеюсь, сожгли.
— Валери! — воскликнула я, открыв зеркальце.
В гладкой поверхности отражалась молодая девушка с румяными щеками. Принцесса Мирии. Не Лера Романова.
Зеркальце молчало, и сердце моё наливалось печалью. Я же не могу остаться здесь навечно, правда? Молодая здоровая принцесса не может умереть там, в моём больном теле, это просто нечестно! Это совершенно несправедливо! Кто и может умереть, так это я, а не она…
— Валери, пожалуйста… ты слышишь меня? — прошептала я моля.
Тишина.
Один день — этого мало. В реанимации могли забрать все вещи, тем более телефон.
Я пыталась утешить себя, как могла, но отчего-то на глаза наворачивались слёзы, а в горле разрастался ком, и я открыла воду, чтобы умыться.
Всё будет хорошо! Нельзя терять надежды! Я же боец! Я давно бы погибла, если бы унывала! Всё будет замечательно!
За стеной, в спальне Роберта, раздались мелкие семенящие шаги, и я закрыла воду.
— Представляешь, Ирма, лорд принёс ей завтрак в постель, са-а-ам! — донёсся девичий голос, а вместе с ним скребущие взмахи щётки по ковру.
— С ума сойти! Но простыни чистые, он не взял её, — произнесла другая девушка, зашелестев бельём, снимаемым с кровати. — А ведь всю ночь провёл с ней в спальне и завтрак принёс…
— Лорд влюбился. Всё-ё-ё, сердце дракона занято, — снова проговорила первая.
Похоже, это были горничные. И они обсуждают нашу брачную ночь! Но я не злилась на них, ведь когда принцессы выходят замуж, их личную жизнь обсуждают все, кому не лень, и ещё в летописи заносят.
— Ничего тебе не светит, Ирма! — первая девушка утешила вторую.
Что-о-о? Кажется, это не просто любопытные девчонки, а покусительницы на моего мужа!