Добро пожаловать в Винтервилл (ЛП)

Получи, мистер Сладкоречивый.
Эверли моргнула, переводя взгляд с Холли на Джоша, словно пытаясь понять, что именно происходит.
Улыбка не сходила с его лица.
— Да. Мы встречались, здесь, восемь лет назад.
— Мне жаль, — Холли пожала плечами. — Через эти двери проходит много гостей. Я не могу их всех запомнить.
Его глаза опустились к ее губам. Она впилась зубами в нижнюю губу, и он сглотнул.
— Ты позволила мне остаться в твоем домике.
О, она позволила ему гораздо больше, чем это. Хуже того, она наслаждалась этим. По лицу Эверли пробежало осознание, и Холли почти незаметно покачала головой.
Не порти все сейчас.
— Правда? В том старом месте? — Холли рассмеялась, гримасничая. — Полагаю, Вам и правда это запомнилось. Что ж, мне жаль. И, надеюсь, что у Вас есть место получше, где можно остановиться сегодня вечером.
— Есть, — сказал Джош.
— Кстати говоря, нам пора возвращаться, — сказал мужчина рядом с ним. — Если Вы готовы, то есть?
Джош снова взглянул на Холли.
— Да, я готов. Пойдемте, — он кивнул дяде Ноэлю. — Увидимся завтра. Элизабет будет на связи, чтобы обсудить приготовления к встрече в театре.
— Конечно. У Вас есть мой прямой номер, — сказал дядя Ноэль. — Мне тоже пора идти.
Прошло всего мгновение, и все они ушли. Джош Гербер и его коллеги, а затем ее дяди и мама. Вестибюль опустел, остались только Холли, Эверли и Аляска.
— О Боже, — сказала Эверли, ее глаза расширились, когда она посмотрела на Холли. — Это он.
— Я знаю, — Холли покачала головой. — Это безумие, правда?
— Кто он? О ком вы говорите? — спросила Аляска.
— Джош. Тот парень, который остался в домике Холли в тот раз и помог нам с рождественским парадом, — подсказала Эверли. — Ты помогла ему с костюмом Санты, помнишь?
У Аляски открылся рот.
— Тот парень, которого ударил Норт?
— Боже, я забыла об этом, — Эверли помрачнела. — Он не будет рад этому.
Холли потерла лицо ладонью.
— Уф.
Она помнила все это так ясно. Норт застал Джоша с трусиками Холли и, не дожидаясь объяснений, предположил самое худшее, ударив кулаком по лицу мужчины. После этого она отвела его в свой домик, вымыла ему лицо, а потом он затащил ее к себе на колени и поцеловал так, словно от этого зависела его жизнь.
Да, он целовался лучше всех, кого она когда-либо встречала. И она ненавидела, что помнит об этом.
Особенно теперь, когда он купил город, который построила ее бабушка.
***
— Какая странная семья, — сказал Кевин, когда они забрались в блестящий черный «Эскалейд» Джоша. — Как они могли не знать, что их дети будут в городе?
— Я не всегда говорю родителям о своих планах, — Элизабет пожала плечами.
— Да, но они даже не обнялись и не выглядели довольными, что увидели их. Там что-то происходит. — Кевин нахмурился, покачав головой.
— Ну, пока это не связано с покупкой, они могут делать все, что им заблагорассудится, — Джош завел двигатель и пристегнул ремень безопасности.
Он не думал об остальных членах семьи. Он был слишком занят мыслями о Холли Винтер и о том, что она его не помнит. Потому что он помнил эти красивые губы и темные ниспадающие волосы. Не говоря уже о восхитительных изгибах, при воспоминании о которых у него болезненно ныло тело.
Неужели она действительно меня не помнит?
Это было неприятно.
Конечно, он не считал, что каждая девушка, которую он когда-либо целовал, должна его помнить. Но они провели вместе целый день и ночь. К моменту его ухода ее губы были припухшими от поцелуев, а тело теплым и податливым от его внимания.
И он сделал ее счастливой. Очень счастливой. Три раза, не то чтобы он считал.
Как, черт возьми, она этого не помнила?
Он выехал с парковки и поехал по главной площади города. Кевин посмотрел из окна на дерево и окружающие здания.
— Ты действительно думаешь, что владельцы бизнеса позволят нам сравнять эту площадь с землей? — спросил он.
Площадь была единственной частью города, которая подходила для строительства новой лыжной деревни. Она была ровной и доступной, но достаточно близко ко всем склонам, чтобы подъемники начинались именно там.
 
— У них нет особого выбора, — сказал Джош, его голос был ровным. — Земля принадлежит нам. Мы просто должны уведомить их, — но он бы предпочел, чтобы они ушли добровольно. Именно в этом и заключался смысл завтрашней встречи. Убедить их в том, что перестройка города — это хорошо. Что она открывает возможности, а не приносит страдания. — Все здания переживают не лучшие времена. Это лишь вопрос времени, когда их придется снести.
— Как Вы думаете, внуки станут проблемой? — спросила Элизабет, нахмурив брови.
— Что Вы имеете в виду? — спросил Кевин.
— Разве Вы не видели, как Джозеф Винтер смотрел на этих двух девочек. Как будто он боялся их.
— Боится своих дочерей? — спросил Кевин. — С чего бы ему бояться?
— Не знаю, просто мне кажется, что происходит нечто большее, чем мы знаем. И я не хочу, чтобы мы снова оказались застигнуты врасплох, — в голосе Элизабет звучало беспокойство. — Я уже облажалась и не хочу повторения.
Джош посмотрел на Кевина. Тот пожал плечами.
— Мы присмотрим за этим, — сказал Джош, направляя «Эскалейд» на подъездную дорожку к дому, который сняла для них Уилла. Это был идеальный дом с низкой крышей на фоне заснеженных гор. Он находился по другую сторону городской черты, и Джошу было безразлично, если бы жители на него обиделись. Кроме того, здесь было много места и отличный Wi-Fi — то, что им всем пригодится.
Не то чтобы он собирался оставаться здесь надолго. Он постарается сохранить мир завтра, прежде чем отправиться домой. И не думать о девушке, которая должна была запомнить его имя.
Он припарковался перед домом и посмотрел на Кевина и Элизабет.
— Главное, на чем нужно сосредоточиться — это завтрашнее городское собрание, — сказал он им. — Нам нужно сказать этим людям, что здесь все изменится, и как-то удержать их на нашей стороне. Мы не хотим никакой негативной огласки.
— Легче сказать, чем сделать, — пробормотал Кевин.
— Знаю, — сказал Джош, его голос был низким. — Вот почему мы будем работать всю ночь.
***
Норт вошел в свою кухню-гостиную и открыл холодильник.
— Кто-нибудь хочет пива?
— Я буду одно, — отозвался Гейб. Норт взял две бутылки и открутил крышки, передав одну брату, когда вернулся в гостиную. Все пятеро снова собрались в доме Норта на ранчо.
— У нас есть вино, — сказала Эверли, улыбаясь ему. — Мы начали без тебя.
Аляска сидела у огня, поджав под себя ноги. Она пришла последней, ожидая окончания своей смены за стойкой регистрации, и сделала себе горячий шоколад, вместо того чтобы разделить вино с Холли и Эверли.
— Итак, Холли хочет тебе кое-что рассказать, — Эверли старалась не ухмыляться. Она находила ситуацию с Джошем уморительной, к большому смущению Холли.
— Правда? — Норт сделал глоток своего пива. — Что именно?
Холли тяжело сглотнула, ее щеки пылали.
— Я знаю, кто покупает город.
— Мы все знаем. Это «Гербер Энтерпрайзис», — Гейб бросил на нее странный взгляд.
Эверли закатила глаза.
— Она имеет в виду, что знает генерального директора. Джоша Гербера. Парня, с которым сегодня встречались наши родители.
Гейб моргнул.
— Откуда ты его знаешь?
Холли прочистила горло. На самом деле это было более неприятно, чем она предполагала. Если бы только она действительно не вспомнила его. Это было бы намного проще.
— Вообще-то вы все его знаете, — сказала она, глядя на свои руки. — Он останавливался здесь около восьми лет назад. Помните Рождество, когда моя мама улетела на Барбадос, чтобы быть с тем парнем, и оставила меня одну?
— Когда ты еще училась в колледже? — Норт нахмурился.