Поехали! Часть первая
-Понял. Снова сосчитал пещерки. Вот она! Подпрыгнув, зацепился руками за край, подтянулся, упершись ногами в стену, и одной рукой зашарил внутри. Нащупал округлость и попытался подтащить поближе. Пальцы скользили по ней.
-Герман! – услышал он крик Антона, - они уже близко! Герман подтянулся изо всех сил и забросил ногу на карниз, вцепившись пальцами в стену пещерки. Просунул руку дальше и, подхватив скользкий цилиндр, вытащил его из углубления, которое шло вниз. Прижав предмет к груди, оттолкнулся и спрыгнул и в это время в то место, где только что находился он, ударилась пуля и отскочила в сторону. Герман увидел приближающуюся тройку верховых. У каждого был пистолет. Они начали стрелять. Пригибаясь, уходя от пуль, Герман сделал скачок вверх и бросил цилиндр в руки Антону. Тот еле поймал его. И теперь стреляли в Антона. Герман вскочил на коня и бросился к ним навстречу, пригибаясь от пуль. Незнакомцы не ожидали такого поворота и прекратили стрелять, пытаясь уйти от столкновения.
За это время, Антон уже достиг верхушки края и почувствовал, как сильная рука дернула его к себе. Это подполз Толян, который, лежа на краю, наблюдал всю картину боя. И они поползли подальше от края. Встав на одно колено, Толян нажал на палочку карандаш и бросил немного вперед, а цилиндр спрятал за пазуху римского колета. Там же лежали и письма Антона и Лены, а также адрес шофера Клары Алексея, которому он должен передать письма к ее дочери и приказ по фирме о своем отпуске.
Раздался гул, и появилась огненная вертикальная щель в воздухе. Ребята зачарованно следили за ней, все еще не веря в случившееся. Она замерла, переливаясь всеми цветами радуги.
-Давай! – крикнул Антон, - Шагай в нее!
Толян оглянулся, перекрестился и прыгнул в портал. Он померцал и стал сворачиваться, превращаясь в светящийся маленький мячик. Раздался звук лопнувшего мыльного пузыря и все исчезло. И вместе с ним Толян.
-Ух, ты! – подумал Антон, - Вот это да! - и, спохватившись, поднялся и бросился бежать.
Он бежал очень быстро, понимая, что у него мало времени. Внизу слышались выстрелы, ржали кони. Помня приказ Германа, он, не оборачиваясь, припустил под откос. Споткнувшись, упал и покатился, раня руки, лицо и голову. Приземлившись, тяжело встал и, покачиваясь, потрусил за выступ. Там уже выглядывал Ариэль и махал ему рукой, мол, быстрее.
Подбежал к коню и тот помог залезть в седло, сам вскочил и, повернув влево, пустил коня галопом. За ним пришпорил своего Антон. Они ехали быстро полчаса. Остановились, и Ариэль подал Антону бурдюк с водой. Тот отпил и умылся, отмывая руки от крови. Ариэль подал ему чистую тряпицу и показал, где еще надо помыть и вытереть.
-Спасибо – сказал Антон. Тот кивнул. Он уже много слов понимал по-русски. Через полчаса они выдвинулись дальше, как и приказывал Герман. Антон все оглядывался, не покажется ли командир. Его не было. Ариэль тронул Антона за плечо и махнул вперед. Тот кивнул и, вздохнув, пришпорил коня. Они потрусили к следующей остановке, где должны были переночевать.
Солнце уже заходило за горизонт, когда показалось место ночевки, где должны ждать Германа. Если до утра не появится, то уходить самим.
-Только как же без командира? – подумал Антон, – И что с ним? Надо набраться терпения. Он профессионал. У него все получится.
Но искра сомнения все же заронилась в душе парня. Он вздохнул. Ариэль увидел его огорченное лицо и, поняв, сказал.
-Герман? О! – и поднял большой палец, мол, не волнуйся.
Задав коням корм, Антон оглядел ландшафт. С наступлением темноты красноватый оттенок придал этому тоскливому пейзажу пугающий вид. Этот путь с давних пор внушал страх. Тут водятся гиены и шакалы, а у них нет никакого оружия, кроме ножей и палок, притороченных к седлу. Развели костерок из прихваченных деревянных плошек и обложили его камнем, поставив сверху котелок с водой, для чая. Развернули свертки с едой. Поужинали молча. Вскоре упала темнота. В небе показались звезды. Ариэль показал жестом, чтобы Антон ложился отдыхать, а сам посторожит. Антон кивнул и пристроился на небольшом коврике, положив голову на руку. Он почти задремал, когда услышал топот копыт. Подскочил и поднял руку, привлекая внимание Ариэля. Тот насторожился, глядя на Антона и тоже прислушался.
-А…- начал еврей.
-Тс-с-с! – приложил палец к губам Антон. Быстро затушили костерок. Прислушались. И теперь уже и Ариэль услышал далекий стук копыт. Через десять минут стук усилился и раздался голос Германа.
-Эй! Вы где!
-Мы здесь! – подскочил на ноги Антон. Герман включил фонарик и осветил фигуру парня, прыгающего от радости под лучом и машущего руками. Опустив свет фонарика вниз, Герман подъехал и медленно сполз с лошади. Охнул и присел на землю. Антон и Ариэль подбежали к нему.
-Вы что, командир? Ранены? – спросил встревоженно Антон, хватая Германа под руку.
-Есть немного, - хрипло ответил Герман, - В ногу. Надо посмотреть. Помоги. Антон с Ариэлем подхватили Германа, и повели к расстеленному коврику. Посадили и, вручив фонарь Ариэлю, Антон начал осматривать ногу командира.
-Пуля застряла в мышце, кость не задета, - и, достав из сумки бурдючок с разбавленным уксусом, протер рану на ноге, смывая кровь. Герман выдохнул.
-Надо достать пулю, - сказал Антон, - Иначе будет загноение от пыли и жары.
-Делай, – ответил Герман. Ариэль вновь развел костерок, поставил котелок для кипятка. Антон приготовил нож и чистые тряпицы, что вложили в санитарную сумку девочки, предварительно рассказав, как и что надо делать при случае. Накалив нож, Антон аккуратно сделал надрез над раной. Герман застонал, сцепив зубы. Ариэль светил фонариком и вздыхал при каждом стоне Германа. Наконец Антон подцепил пулю и вытащил ее.
-Все-все! – радостно сказал он, - Сейчас засыплем антибиотиком и забинтуем. Все сделал быстро и тщательно. Герман часто дышал.
-Выпейте, командир! – протянул Герману две таблетки.
-Что это?
-Аспирин и анальгин. Вам сейчас надо. От боли и от жара. Вот еще чай с бутербродом. Вам надо поесть.
-Спасибо, ребята, вы мне очень помогли.
-Да, ладно, командир. Это все пустяки. Как же вы там все уладили? Он дожевал, прихлебнул из кружки крепкого чаю и рассказал.
-Я бросил своего коня навстречу той троице. Они не ожидали и растерялись на некоторое время, на что и рассчитывал. И пока уходили от столкновения, перестали стрелять. В это время я бросил нож и попал в шею крайнему. Он был готов. Остались еще двое. Я остановил своего коня у них в тылу, и мы развернулись одновременно. И тут я метнул еще один нож и попал в другого. Но только ранил. Он сполз с коня и упал на землю. Оставшийся, выстрелил в меня и ранил в ногу, а потом вторым выстрелом убил коня подо мной. Я упал, но удачно приземлился. Снова спрятался за уже умирающего животного и притворился убитым. Стрелявший, подбежал ко мне. И в это время я приподнялся, чтобы кинуть свой нож, а он выстрелил. Пуля прошла мимо, но мой бросок был точным. Итак, я имел двух убитых и одного раненого. Поднялся и понял, что идти могу, несмотря на рану. Подошел к раненому. Тот еле дышал. Приподняв ему голову.
-Кто вы? Он открыл глаза и с ненавистью уставился на меня. Я применил болевой прием. Тот застонал и захрипел.
-Вам все равно отсюда не выбраться, - сказал по-русски с легким акцентом.
-Сколько вас еще и где располагаетесь? И снова допросный прием. Он застонал, но мотнул головой, отказываясь отвечать. Я применил следующий. Тот закричал и умер от болевого шока. Я обыскал их, оттащил тела в одну из пещер и завалил камнем. Коней отпустил. Продать их не сможем, да нам и не надо. Забрал пистолеты и патроны. Но думаю, что они здесь не одни, и нам придется еще с этим столкнутся, как только они сложат два и два – этих невозврат и отсутствие одного нашего. Надо срочно думать, как возвращаться.
Герман замолчал и откинулся на спину, закрыв глаза. Антон проверил ему пульс. Он был учащен.
-Надо срочно домой, - и усмехнулся, - Вот и назвал уже убежище своим.