Мир Печатей. Аристократ по обмену (СИ)
— Да эта ять коня завалит. Как он жив вообще после такой дозы?
— Годы тренировок, я думаю, — я подошёл к столу и посмотрел на мирно спящее тело.
— Интересно, а голова наутро болит?
— Думаю, он улетает во тьму, не успев прийти в себя, — ответила мне орка.
Я покачал головой и осмотрел кабинет. Может быть, найду ещё что-нибудь интересно?
Я вспомнил, что в шкафчике был запас Крови аристократа со снотворным. Не знаю, что меня дёрнуло и зачем мне отравленное вино. Но я подумал — а почему бы и нет? Мало ли, где и с кем придётся пить на досуге. Я распахнул стеклянные дверцы, отыскал нужный графин и перенёс себе в Тайник. Система тут же поставила предмет на учёт. Я хотел уже повернуть назад, но в глаза кинулся знакомый мешочек. Это было то самое золото, которое я выдал парочке накануне. Недолго думая, я вернул его на законное место в моем Тайнике. Да, воровать нехорошо, подарочки не отдарочки и прочая лирика. Но в свете предстоящей перемены места жительства, деньги мне были нужнее. А Ноктис… Облапошат ещё какого-нибудь аристократа. А мне выживать надо!
С этой мыслью я прошёлся ещё раз по полкам. В дальнем углу на самой верхней я нашёл ещё один мешок с непонятной надписью. Пожал плечами и тоже спрятал в Тайник. И после уже решил глянуть описание.
Сон-трава. Активированная. Гинезированная. При взаимодействии с воздухом образует усыпляющий газ. Краткосрочный эффект усыпления.
Вот и отлично. Не знаю, кого буду усыплять. Но мало ли. Достанет Мелория своими нотациями, я её раз — и усыпил. Маман спит, а я сваливаю без истерик. Ну чем не красота?
Я покачал головой, стараясь избавиться от идиотских мыслей. И закрыл шкаф. Всё равно ничего интересного, кроме запаса газированной яти, я там не нашёл.
Повернулся и наткнулся на взгляд орка.
— Что?
— Ну… Я это… А можно мне бутылку этой яти? — тихо-тихо поинтересовался орк.
— Ты ж не пьёшь!
— Я нет, что вы.
— Орма?
— Да ну нет, и она нет. Я это… Родственникам на пробу…
Я вернулся и вытащил шипучую гадость. И протянул орку. Но тот снова замялся.
— Ну что на этот раз?
— Так это… У меня в Тайнике это… Ваше…
Вот голова. Постоянно забываю, что у зелёных Тайник не пафосный. Надо будет изучить, как его расширить. И сделать друзьям подарок.
Я спрятал к себе бутылку и махнул в сторону выхода.
Орма сама раскрыла тайный лаз. Я пропустил орков вперёд и задумался. Помнится, я презентовал Даре ещё сапфир, стоимостью как половина поместья. Думаю, самое время вернуть его законному владельцу. Ну, ладно. Пусть не совсем законному. Но мне он нужнее. Наверное.
Нет, я бы, может быть, и оставил его Даре. В память о том, что связывало её и Аарона. Если бы не оказалось, что всё это — подлые манипуляции Печатями и сознанием. А подлость я не любил. Так что, думаю, настала пора мне таки увидеть спальню Отрекшейся. Ту самую, по которой так тосковал Аарон.
В том, что сапфир там, я не сомневался.
— Мастер? — Гару увидел моё замешательство.
— Вы возвращаетесь в карету. И ждёте меня где-то поблизости в течение двух часов. Если я не возвращаюсь за это время, сматываетесь. Вынюхиваете, куда меня занесло. И спасаете мою голову. Понятно?
Орки переглянулись.
— А у меня ещё тут одно незаконченное дело.
— На третьем этаже в дальнем крыле? — фыркнула Орма.
Я усмехнулся и вызвал в голове план. Да, Орма была права. Спальня Дары располагалась именно там.
— Это не то, о чем ты думаешь!
— А я вообще не думаю. Это не моя забота! — Орма вызывающе вздёрнула подбородок и упрямо уставилась на меня.
Я улыбнулся:
— Мне нужно забрать то, что у меня украли.
— Украли? Да ладно! Небось, подарил, окрылённый страстью!
Орка скрестила руки на груди и уставилась в стену.
— А если я скажу, что мне нужен палач, чтобы избавиться от этой принудительной окрылённости?
— Что? Неужто Печать? — выдохнула та. — Вот же белобрысая скотина, а!
Я понадеялся, что это она все же не про меня.
— Да я ей за такое все патлы, да я, да я…
— Потом. Сейчас ты идёшь с братом в карету и ждёшь меня там!
— А как же патлы? — искренне расстроилась орка.
— Можешь подстеречь её по дороге на очередной бал.
Орка задумалась с серьёзным видом. Потом кивнула.
— Я согласна. Я узнаю, куда она поедет в ближайшее время!
Я мысленно застонал. Не хватало мне ещё это разгребать. Но я решил, как обычно, решать проблемы по мере их поступления.
Кое-как расставшись с орками, я закрыл дверь в подземелье. Несколько мгновений постоял, прислонившись лбом к стене. Подышал для восстановления равновесия. И двинулся в коридор.
Здесь было темно и тихо. В этот час слуги либо спали, либо напивались у себя в комнатах. А если учесть, что у Ноктис и слуг-то всего ничего. Один дворецкий, кухарка и пара лакеев. И та сейчас разбиралась с библиотекой.
Я замер, сообразив, что ещё немного — они весь дом поднимут на уши. Конечно, если знают, как попасть в закрытый кабинет. Но судя по тому, что они ломились в ту дверь, как попасть — они как раз знают. А вот о том, что их там ждёт — только собираются узнать. Лично мне не хотелось бы всё ещё быть здесь, когда те двое несчастных рванут по коридорам с воплями о восставших мертвецах. Поэтому я поторопился в дальнее крыло.
Отыскать спальню Дары было несложно. Я также задал координаты, и система указывала мне путь стрелкой.
Вы пришли.
Я уже и сам понял, когда стрелка поменяла цвет.
Я какое-то время стоял в тени ниши, прислушиваясь к окружающему миру. Но пока всё было тихо. Поэтому я пересёк коридор и чуть приоткрыл дверь. И тенью скользнул внутрь.
Глава 24
Любовный треугольник. Ромб. Пентаграмма
Я осторожно приоткрыл дверь. Ровно настолько, чтобы через щель рассмотреть стол с наполовину прогоревшей свечой и дремлющую служанку за ним. В лучших традициях аристократов, спальни тут имели прихожую для слуг. Видимо.
Я порадовался тому, что петли этой двери смазаны на совесть — не скрипят и не скрежещут. Достал из тайника сонную траву. Активированную и как её там. И просто бросил в комнату. Несколько мгновений не происходило ничего. Затем послышалось тихое потрескивание. И по полу пополз дымок. Я наблюдал за тем, как он доходит до стола, поднимается вверх, сгущается около головы служанки и исчезает. Я выждал для верности какое-то время и раскрыл дверь шире. На этот раз она скрипнула. Я замер. Но служанка — дородная матрона далеко за возраст средних лет — даже не шелохнулась. Значит, трава оказалась забористой.
Я подошёл к окну, чтобы в случае чего слиться со шторой, и снова прислушался. Служанка пару раз всхрапнула и затихла. Свеча подрагивала, отчего по комнатке кружились тени. В остальном же все было тихо и спокойно.
Кроме стола, стула и пары пуфиков в комнате не было больше ничего. Пятна на стенах чётко повторяли контуры картин. Которые либо Фиоре забрал с собой при переезде. Либо Ноктис продали за долги. А, может быть, и то, и другое.
Дверь в хозяйскую спальню сливалась со стеной, обитой выцветшим гобеленом. Я приложил к двери ухо, но ничего не расслышал. Глухая, абсолютная тишина. Либо глушилка. Либо слишком толстая дверь
Активен знак Замка. Активировать ключ?
Система, видимо, была в курсе, что у меня есть ключ от спальни Дары. В отличие от меня.
Я согласился. Послышался лёгкий щелчок. И дверь бесшумно раскрылась внутрь. Так же — на небольшую щель. Которой, впрочем, хватало, чтобы слышать всё, что происходит в комнате. И даже кое-то рассмотреть.
В спальне было светлее. Намного светлее, чем тут, в прихожей. Как минимум десяток свечей, расставленных по углам, освещали комнату. На кровати с бархатным алым балдахином возлежала Дара. Всё такая же восхитительная. И всё такая же двуличная. Сейчас, после всех моих приключений, она казалась мне не менее прекрасной. Я искренне восхищался её красотой. И настолько же искренне хотел оказаться как можно дальше. Она почему-то стойко ассоциировалась с какой-нибудь королевской коброй. Ты смотришь на неё, понимаешь, что она совершенна, но ни за что на свете не хотел бы оказаться рядом. Так и с Дарой. В полупрозрачном халате, со стройным телом и бледной кожей, с этими волосами, волнами спадающими на плечи — она была само воплощение красоты. И коварства.