Мир Печатей. Аристократ по обмену (СИ)

— Так это правда? — спустя какое-то время нарушил молчание Герхард.
— Что?
— Существование Печати!
— Насколько я понял, мы с вами находимся в системе, которая существует благодаря этим Печатям. Так что да, лорд Фиоренус, это правда. Печати существуют!
Я постарался сказать это максимально торжественно.
— Я не о том! Я говорю про Печать для перемещения между системами! Вы её создали?
— Нет, — я ответил с максимальной искренностью на лице.
Герхард сначала озадачился, а потом как-то разом сник. И даже постарел на глазах. Ничего не говоря, он развернулся и побрёл в сторону дальних спален. Видимо, потерял интерес к моей персоне. Поэтому я не придумал ничего лучше, чем бросить в спину:
— Печать создал старый лорд. Насколько мне известно. А молодой её успешно выкрал.
Герхард замер.
— И, судя по тому, что я здесь, — успешно применил. По крайней мере, для меня успешно.
Лорд стоял, не двигаясь. И только размеренное поднимание плеч говорило о том, что он в принципе дышит, а не впал в оцепенение. Я тоже сидел, не шевелясь. И гадая, верно ли я всё рассчитал. Или только что совершил прокол десятилетия. Лорд медленно развернулся. Сделал несколько шагов. И упал на колени, закрыв лицо руками. Я вжался в кресло. И услышал всхлипы.
— Десять лет! Десять лет я сидел тут один! И не надеялся ни на что! А теперь… Оказывается… Возможно! Все возможно!
Всхлипы сменились судорожным бормотанием.
— О да! Я уверен, теперь всё возможно! И всё изменится! Я вернусь! Или скроюсь! Только не так! Хватит. С меня довольно лордства!
Фиоренус вскочил и заметался по комнате. С каждым его шагом и новым словом, я вжимался в кресло все сильнее. И начал переживать за рассудок лорда.
— Откуда? Как сюда попал? С какой базы? А?
Он кинулся ко мне и вцепился в подлокотники моего кресла.
— С-с как-кой базы? — не понял я.
— Откуда тебя сбросили? Кто реплицировал сознание? Каким образом с Печатью синхронизировали? Кто вёл разработку?
Поток вопросов взорвал мой мозг.
— Так! Стоп! Давай по порядку, мистер лорд. Иначе и мой разум тоже того, кукукнется!
Лорд сделал глубокий вдох и медленный выдох.
И повторил все те же вопросы, только медленнее.
— Эм… Как бы тебе сказать… Все эти базы, сознания, это не про меня, понимаешь?
Лорд озадачился и отрицательно покачал головой.
— Ладно, давай зайдём с другого конца. Ты же не отсюда, да? Не с этой планеты? Или что тут у нас?
Фиоренус кивнул.
— Я второй разведчик, которого десантировали сюда для исследования планеты.
— А первый где? — не удержался я.
— Съели, — будничным тоном ответил Герхард. Я почувствовал, как к горлу подкатывает ком.
— В см-мысле съели? Кто?
— Ему не повезло. Он десантировался на территории Великой Пустыни. И наткнулся на отряд первородных жителей.
Мне поплохело. Кажется, Скартан что-то про это рассказывал. Именно так он узнал, как можно передать интерфейс от человека к человеку.
— Какая нелепая смерть… — пробормотал я.
— Почему смерть? — искренне удивился Фиоренус. — Да, оболочка была повреждена, задание провалено. Его сознание вернули, понизили до рядового и отправили чистить корабли на задворки системы. Но он остался вполне себе жив. Только кошмары, говорят, мучают.
Да уж. Всего лишь кошмары. Я принялся слушать дальше. И лорд не заставил себя ждать.
— Следом десантировали меня.
— А десантировали на шаттле, да?
— Ну да, на пилотируемом шаттле с тройным запасом топлива. Но без возможности вернуться на базу. А что?
— Да так. Я его, кажется, нашёл, — в задумчивости отозвался я.
— Кого?
— Шаттл.
— В поместье этих чокнутых Ноктис?
— Ну… да.
— Так я его и не терял, — усмехнулся Герхард. Кажется, разум постепенно к нему возвращался.
А вот я искренне удивился. Почему тогда не вернуться на этом шаттле назад? Последний вопрос я озвучил, стараясь скрыть своё недоумение.
— Вернуться? Куда? В открытый космос? База перемещается, без навигации где я её искать буду? И потом, это значит провалить задание. Понижение и выхлопы от двигателя на каком-нибудь зачуханном крейсере?
 
Да, действительно. Как будто это не он тут только что рыдал, услышав про возможность возвращения. Если б меня всё так достало, я бы любой шанс использовал. Пешком бы по космосу шагал. Хотя это я сейчас так говорю, а что будет через десять лет — ещё посмотреть надо. И потом, я глубоко сомневаюсь, что моё сознание восстановят после встречи с рапирой Витора. Или кинжалом Витории. Но мои проблемы в этом мире никого особо не волновали. А Герхард как раз вспомнил, с чего всё началось.
— Так что с Печатью? Она есть?
— Есть-то есть. Но я не знаю, как она работает. И не могу гарантировать повышение до капитана крейсера, а не двигатели…
Герхард, услышав последнюю фразу, озадачился.
— Что же… Надо бы… Хм… Мне надо всё обдумать. И составить план.
— А ты что же, хочешь вернуться с помощью Печати назад? — поинтересовался я.
— Это было бы неплохо. Но я согласен на любую систему, если не будет такой возможности!
Я присвистнул. А лорд-то наш — дезертир. И свалить собрался куда подальше, чтобы не достали. А что мне с этого? Да, собственно, ничего. Могу помочь. Могу оставить тут, с проблемами разбираться. А попробует наговорить — так это лорд с ума от горя сошёл. С катушек съехал. Бывает же, правда?
Только вот понимание того, что перья-то на самом деле у меня в Тайнике, неприятно жгло совесть.
— Короче. Я разберусь, как эта штука работает. Ты уладишь все дела с Фиоре. И запустим тебя.
— Куда?
— На Кудыкину гору, куда-куда.
Герхард вряд ли понял, куда я его собираюсь послать. Но его это и не сильно волновало. Главное — свалить куда подальше.
  
Глава 21
 
Сигнализации и склепы
 
— Мы едем к Ноктис?
— Нет.
— Мы не едем к Ноктис?
— Нет.
— Так едем или не едем?
Орме надоело сидеть в тишине кареты, и она попыталась выведать, что стряслось со мной в доме лорда. Я в который раз отмахнулся от неё, как от назойливой мухи, и снова погрузился в свои размышления. Я не знаю, сколько мы так просидели. Едва мы отъехали от особняка, я приказал остановиться в ближайшем переулке. Гару послушно заехал в какое-то подобие ответвления главной улицы. И уже несколько часов я сидел и разбирался со своими мыслями. И багажом накопленных знаний. Кажется, я начинал понимать Сократа, который ничего не знал. Чем больше я погружался в теорию Печатей, тем страшнее мне становилось их использовать. Не знаю, почему здесь никого не напрягали побочные эффекты. Например, в виде невосполнения Духа. Или те, кто родился в этой системе, имели иммунитет?
Чем больше я вникал, тем больше вопросов рождалось в моей крашеной голове. А того, кто помог бы мне с ответами, в поле зрения не находилось. И это напрягало всё больше и больше. Всё равно, что обезьяне дать гранатомёт. И надеяться, что попадёт она с первого раза туда, куда надо. Вот я себя этой обезьяной и ощущал. И ощущение это мне совсем не нравилось.
Орма ещё несколько раз пыталась завести разговор, но в результате поняла бессмысленность своих действий. И наконец-то отстала. Гару выбрал путь философского молчания с самого начала. И я был безмерно благодарен орку за эту молчаливость.
— Едем! — наконец-то вышел я из оцепенения.
— К Ноктис? — на всякий случай уточнил орк.
— Да.
Гару вышел из кареты и сел «за руль».
Карета тронулась.
Орма сидела, надувшись на весь белый свет. За моё молчание перед этим решила отомстить. Поначалу я хотел было разговорить рабыню, но потом оставил эту затею. Интересно, а Аарон откровенничал со своими орками? Или дружба между сословиями невозможна? В дневнике кроме упоминания о влюблённости Ормы больше ничего не было. Я даже не знал, воспользовался лорд этой влюблённостью в результате или нет. Только страдания по Даре, нытье про несправедливость деда и Ставроса.