Случайное пари, или Укротить мажора (СИ)

– Надеюсь, следующим пунктом у нас не обед у твоих родителей? – поинтересовалась я вслух. В голосе слышалась доля насмешки, вот только в душе ощущался страх. К знакомству с Ленскими-старшими я пока не созрела, мне и младшего выше крыши. – Учти, я морально не готова смотреть фотографии полуголого пупса по имени Сенечка.
Ленский на мгновение замер, обдумывая мою мысль, а потом расхохотался и уточнил:
– А пупсы у тебя до какого возраста считаются?
Еще и имел наглость подмигнуть! Зараза! Оценила его нарочито-усталым взглядом и вынесла вердикт:
– Нет, Ленский, ты из возраста пупса еще не вышел. Так что в принципе обойдемся без фотографий, вне зависимости от возраста. И в реале без обнаженки и полуобнаженки тоже обойдемся.
Ути, мальчика обидели. Он даже замолчал. Ненадолго, секунд на тридцать. А потом выдал:
– А с твоими родителями мы знакомиться будем? А то лично я не против посмотреть фоточки полуголого пупса Элечки!
Я поперхнулась, закашлялась, а Ленский добавил во взгляд мимимишности и спросил:
– Что, даже по-соседски знакомиться не будем? Или, – из его голоса вдруг исчезли игривые нотки и появилась серьезность, – с ними что-то случилось? Я никогда их не видел.
– Да типун тебе на язык, – я не удержалась и стукнула его по плечу. – Все с ними в порядке. В экспедиции они, Арс, в экспедиции. Они археологи.
Я уже привыкла, что приходится жить самостоятельно. Когда-то с нами оставались либо бабушка, либо тетя. Пришло время, и сначала Алиску сочли достаточно взрослой, чтобы оставить без постоянно надзирателя, а затем и меня. И если раньше я немного обижалась, то потом привыкла. Я же знаю, что родители у меня есть, они меня любят, а я их. У нас замечательная, дружная семья, когда они возвращаются из экспедиций. Или когда мы куда-нибудь летим вчетвером отдыхать.
– То есть они у тебя сейчас раскапывают мумию какого-то Тутанхомона сейчас? – поинтересовался Арс, а я вместо ответа только закатила глаза. Не остроумно, Ленский. Ни капли не остроумно. Впрочем, ответа дожидаться он не стал.
– Ну ладно, фоточки не грозят, будем проводить время иначе. Надеюсь, ты мясо ешь?
– Чем-чем, а вегетарианством не страдаю, – хмыкнула я. Ленский что-то пробормотал себе под нос, а потом завел мотор. Впрочем, мои ожидания он и в этот раз не оправдал. Ни в какое кафе мы не поехали. Арс остановился возле торгового центра и попросил посидеть в машине. Вернулся он минут через десять с пакетом и двумя огромными стаканами, в которые обычно наливали лимонад. Очень интересно.
Вопросов я опять не стала задавать. Знаю я Ленского и не хочу получить очередную порцию насмешек. Впрочем, откровенно говоря, мы оба друг друга стоим в этом вопросе. Но не в этот раз.
Прошло минут пять, и Арс остановился у высотки. Квартиры здесь, насколько мне известны, были дорогие. Такое место больше подходило этому мажору, чем наш дом. Но комментировать это не стало. Впрочем, его сиятельство тигр решил утолить мое любопытство:
– Здесь квартира моей двоюродной сестры. Не пугайся, ее сейчас в городе нет.
– А зачем мы тогда здесь? – удивилась я. На губах Арса заиграла предвкушающая улыбочка, и он так вкрадчиво поинтересовался:
– Элечка, солнышко, а ты мне доверяешь?
«Солнышко» расправило на коленях желтое платье и заявило:
– Ты же знаешь, что нет!
– А придется! – ничуть не смутился он. Вышел их машины, буквально вытащил меня, затем достал пакеты и повел в подъезд. Интересно, если я буду цепляться за все поверхности, это мне как-то поможет? Что-то очень сильно сомневаюсь.
Арсений как ни в чем не бывало открыл своим ключом дверь от домофона, вызвал лифт и нажал на последний этаж.
– Собираешься выкинуть меня из окна? – высказала предположение я. Он усмехнулся:
– Знаешь, я раньше любил бывать у Лели. С ее этажа есть выход на крышу, и мы частенько там тусовались, – сообщил он, улыбаясь. А я снова будто другого человека увидела. Какой же он настоящий? И что из этого маска? И почему я сама задаюсь этим вопросом?
 
– То есть мы идем на крышу? – уточнила я, заходя вслед за ним в лифт. Страха не было. Я по-прежнему не понимала, как это может пригодиться для контента, да и вообще в споре с девчонками, но начала получать удовольствие. Когда я последний раз была на крыше? Да никогда!
– Именно.
Лифт остановился на последнем этаже. Арс открыл дверь, ведущую на крышу, своими ключами, пропустил меня вперед, а потом, придерживая меня под руку, повел к огороженному краю.
– Ну вот, – провел он рукой, обрисовывая все вокруг. – Смотри, какая красота! Будем сидеть тут, пить авторский лимонад и есть шаурму.
Я не выдержала и рассмеялась. Шаурму? Он серьезно?!
Даже в самых бредовых фантазиях и кошмарах я представить себе не могла, что буду сидеть на крыше с Арсением Ленским и есть шаурму. И, тем не менее, реальность поставила меня перед такой картиной.
– Ты есть будешь или так и продолжишь хохотать? – подмигнул мне Арс. – Между прочим, остынет. А она вкусненькая, остренькая, с соусом… И из-за него вот-вот отсыреет лаваш.
– Я смотрю, ты окончательно решил сломать мне стереотипы, – продолжая смеяться, я протянула руку за шаурмой и лимонадом. Он так вкусно рассказывал, что у меня слюнки потекли. Да, это не ресторанная еда, и что? Это реально вкусно! И, видимо, даже мажорам не чуждо ничего человеческое.
– В твоей симпатичной головке скопилось слишком много стереотипов обо мне, – вынес вердикт Арс, откусывая кусочек. – Это Елис постарался или тут, в принципе, все парни виноваты? Такими ты их видишь?
Хороший вопрос, почти философский. И на него у меня был только один ответ:
– Собственные наблюдения, – спокойно парировала я. Елис мне, конечно, друг, и ему многое прощается. Но он бы никогда в жизни не стал забивать мне голову такими вопросами. Просил быть осторожнее и не влюбляться безоглядно – да. И то крайне размыто. Четче эту мысль выразила Алиска, которая на собственном опыте обожглась. И я видела, как сестру до сих пор колбасит из-за прошлого, и не хотела подвергаться такому же. Нет уж, связываться с такими парнями – себе дороже, как бы хороши они ни были.
– И как сегодня стыкуется с твоими наблюдениями? – полюбопытствовал Арс, смотря на меня. Так внимательно, что я даже есть поостереглась, несмотря на то, что проголодалась. Такое ощущение, что он видит меня насквозь. Тогда, когда я не представляла, какую маску носит сам Ленский сейчас. И какой он вообще настоящий.
– Ты хорошо вжился в образ, – покачала я головой. – Я бы сказала, даже чересчур. Кое в чем ты точно перегибаешь. Студентки – особы впечатлительные, я не исключение. А оно тебе надо?
Сказано это было нарочито безразличным тоном, вот только в каждой шутке есть доля правды. И пусть я себе постоянно напоминаю, что это игра, в первую очередь, предназначенная для студенток, рано или поздно я тоже рискую заиграться. Я ведь тоже человек. А Арс… Ленский хорош собой, это глупо отрицать. И когда он ведет себя так, как сегодня, можно забыть о том, кем он является.
– А что, я произвел на тебя впечатление? – он выгнул бровь. Флиртовал со мной? Не исключено. Но нет, Элина, здесь не перед кем притворяться. Остановись.
– Ну что ты, гораздо большее впечатление на меня произвела стонущая в твоей квартире Марго, тигренок, – не удержалась от ехидства я. – Так произвел, что захотелось наставить тебя на путь истинный.
Арс хмыкнул, но не выдал никаких пошлых шуток, хотя мог бы. Вместо этого полюбопытствовал:
– А что за жуть ты включила? Что это за музыка?
Я не удержалась и фыркнула. А следующие несколько минут подробно рассказывала соседу о рок-опере, которую меня угораздило включить.