Дракон всегда прав (СИ)

Для начала девушка надела платье.
По внутренним ощущениям было утро. Но в комнате не было ни часов, ни окон, и девушка могла ошибаться, если попала в другой часовой пояс. А платье больше подходило для вечера: длинное в пол, простой покрой выгодно подчёркивал все достоинства фигуры. Глубокое декольте. Обтягивает, но дышится легко. Необходимо его дополнить.
Маша открыла стоящую на столе шкатулку и ахнула: здесь были огромные тяжёлые серьги и маленькие висюльки, перстни и колечки, колье и кулончики. Она брала в руки одну за другой вещь, прикладывала к себе, примеряла, снимала, складывала обратно. От сверкающего великолепия разбегались глаза.
Наконец, сделала свой выбор: серьги-капельки на тонкой цепочке. Основание – красные камешки. Если это и рубины, то очень маленькие.
Открытое декольте требовало украшения. Вначале она приложила красивое колье. Но ей показалось, что оно давит на грудь. Да и неуместно к завтраку надевать такую массивную вещь. А Маша просто была уверена, что это завтрак. Сложнее всего оказалось выбрать кольцо. Огромные перстни она не любила, поэтому отложила сразу. Выбор пал на скромное колечко, простенькое, с красным камушком. Но оно больше подходило как кольцо невесты, когда дарит жених. Второе кольцо, которое также пришлось впору и приятно облегало фалангу, было побольше, рубины перемежались с бриллиантами. Но и это было похоже на обручальное.
Немного поразмыслив, вытянув перед собой руки, полюбовавшись на тонкие длинные пальцы, она решила, что обойдётся без колец. Убрала их в шкатулку. Вздохнула. Но обратно доставать не стала, хотя сильно хотелось.
Теперь дело оставалось за малым. Лёгкий макияж. Волосы расчесала массажной щёткой. Собрала в хвост. Закрепила заколкой серебристого цвета с рисунком, выполненным красной эмалью.
Как только её наряд был закончен, зеркало и столик тотчас же исчезли.
– Чертовщина. Для полного счастья не хватает, чтобы платье тоже так растворилось в самый неподходящий момент.
Дверь распахнулась. Маша пошла по ковровой дорожке. Ей показалось, что здесь перепуталось место и время. Её наряд никак нельзя было отнести к современному. Как и комнату, в которой она спала. Коридор же больше напоминал коридор космической станции, который соединял различные отсеки. Красками не изобиловал: преобладал серебристый. Но свет, который шёл от стен, был приятен глазу. В воздухе стояло приятное тепло. Как раз такое, когда его не замечаешь.
Стены ровные, без картин. Лишь изредка проходили линии, которые могли говорить о наличии дверей в этих местах.
Коридор привёл её в залу. Не очень большую. Около стен, по обе стороны от витражей, сквозь которые проникал распадаясь на лучи свет, стояли рыцари в доспехах. По центру стоял стол… на две персоны. Размер его был таким, что обедающие могли спокойно разговаривать друг с другом, не повышая голос.
Мужчину она увидела не сразу. Он стоял в тени между двумя витражами. На нём был всё тот же костюм со стальным отливом, чёрная водолазка под горло. Руки были сложены на груди. Перчаток не было в этот раз. А вот глаза по-прежнему были скрыты за чёрными очками.
– Ну что, девочка Маша, – в его голосе послышалась ирония. – С пробуждением. Это надо же было тебе так устать, что ты беспробудно проспала двое суток.
– Неправда, – Маша посмотрела на него достаточно смело.
– Правда. Вот дерзости в тебе, учить тебя да учить, как со взрослыми разговаривать. Папа с мамой воспитанием твоим явно не занимались. – Он сделал пару шагов навстречу девушке и жестом показал на стол. – Присаживайся, а то пока ты собиралась, время завтракать прошло, наступило время обедать.
– Неправда, я быстро собралась, – возразила девушка и тотчас покраснела.
– Стыдно? Это хорошо, ещё не всё потеряло. Что значит – неправда? Я всегда прав. Теперь ты живёшь у меня и должна хорошенько это зарубить себе на носу. Садись обедать.
Он подошёл, подставил ей стул. Подождал, пока она удобно устроится.
В зал вошли слуги: высокие парни, красивые, схожие между собой.
 
– Это привидения? – спросила Маша и коснулась одного, который стоял рядом. Но тут же отдёрнула руку. Слуга был реальным.
– Нет, иллюзия только у тебя. Ты у нас любительница побегать. Чтобы не нашла себе сообщника. А с иллюзией чего договариваться. Маша, я твой хозяин. Ты не имеешь права трогать других мужчин.
– Я же не знала, что он живой, – она смотрела, как перед ней поставили тарелку с каким-то салатом. – А я всё не съем. Это много для меня.
– Приятного аппетита. Сколько сможешь, столько съешь. Тебе нравится у меня, девочка Маша?
Она обвела взглядом зал. Серебристые стены. Высокие потолки с фресками. Разноцветные витражи.
– Красиво, но как в музее. Жизни не хватает. Слишком серо вокруг. А еда вкусная. И платье красивое, – ей вдруг стало жаль этого старика. Он к ней по-доброму, а она с критикой.
– Вот ты и подаришь жизнь этому замку. – Мужчина в задумчивости посмотрел на девушку.
Она смутилась. Ему нравились её эмоции: такие живые, естественные. Он краснела, бледнела, глаза сияли, то наполнялись слезами. Такая живая, из плоти и крови.
– А почему ты не выбрала себе кольцо? Все эти украшения твои теперь.
– Спасибо. Значит, я могу их продать?
– Продать? – он даже закашлялся. – Они тебе не понравились? Я могу подарить другие.
– Нет, они великолепны, но скорее подойдут женщине в возрасте, а не девушке. Мне очень нужны деньги. Просто вы даже не представляете, как нужны.
– Хочешь помочь Алексу выкупить тебя у меня? Так ты не продаёшься больше. Мы не на рынке. Я не спекулянт, – он усмехнулся.
Маша смутилась. Стыд, словно она сказала что-то непотребное, окрасил её щёки.
– Нет, я не думала про Алекса. У меня… – она заморгала, пытаясь прогнать предательские слёзы, которые подступили к горлу. – У меня есть младшие брат с сестрой. Им нужна реабилитация после операции. Понимаете, – она подняла голову, и её глаза сверкнули, словно два алмаза, – нотариус нашёл нам спонсора. Взамен спонсор должен был получить меня. А он оплачивал операцию и реабилитацию. А меня в аэропорту похитили. – Она вздохнула. – Я боюсь, что спонсор потребует свои деньги обратно.
– Это не спонсор, а купец какой-то, – мужчина улыбнулся. – Ты ешь. Потом поговорим об этом.
В зал влетел огромный чёрный ворон. Он сел на плечо мужчине. Птица и человек посмотрели друг другу в глаза.
– Маша, я тебя сейчас покину. После обеда можешь погулять. Замок в твоём распоряжении. Я потом тебя найду. – И он удалился из залы стремительными шагами.
Обедать в одиночестве было скучно. Девушка, наскоро перекусив, вышла на балкон.
Замок стоял на плато, расположенном высоко в горах. Ей открывалась такая панорама, что захватывало дух. С балкона вниз вела лесенка. Подхватив платье, девушка сбежала на лужайку. Недалеко раскинулось горное озеро. Вода в нём была прохладная. Девушка с жаром бросилась обследовать замок и его окрестности.
Гамак привёл её в восторг, как маленькую. Она улеглась. Лёгкий ветерок раскачал его. Маша смежила веки и задремала.
– Эй, красавица, проснись.
Маша открыла глаза. Она по-прежнему лежала в гамаке. А за руку её держал…
– Алекс, что ты здесь делаешь? – девушка соскочила с гамака. Не помня себя от радости, повисла у парня на шее.
Он прижал её к себе. «Маша, Машенька, моя девочка!» – шептал он, покрывая мелкими поцелуями её лицо.
Она раскрыла свои губы, впустила его язык, прикрыла глаза. Ах, как это прекрасно! Как сладко очутиться в руках любимого. Его запах, неповторимый. Сердце стучало, как сумасшедшее. Его удары отдавались пульсацией вниз. Душа замирала.
– Маша, ты прелесть! Уважила старика, – услышала она голос нового хозяина.
Девушка, всё ещё продолжая целоваться, распахнула глаза. Да так и замерла, глядя на своё отражение в чёрных очках. Она слегка отстранилась. Расцепила руки. Поднесла к лицу мужчины. Взялась за дужки очков.
– Постой. Ты уверена, что хочешь это увидеть? – спросил он, по-прежнему держа её в своих объятиях.