Баронесса-попаданка (СИ)

— Есть, — я тщательно прожевала ложку салата, таким образом выдержав приличную паузу, и только потом ответила. — Графиня Лоресса Шантаран.
На лице лорда появилось искреннее изумление. Похоже, меньше всего он ожидал услышать имя своей сестры.
— И когда же вы успели стать приятельницами? — Вкрадчиво поинтересовался он.
— Вы же не думаете, что мы встречались лишь раз, под вашим присмотром? — ответила я вопросом на вопрос.
Брови лорда взлетели к волосам. Надо же, как он умеет. Надо попросить. Пусть научит.
— Вы не перестаете меня удивлять, ринна. Каюсь, я не мог даже предположить, что в вас столько скрытых талантов.
Читай: «Я-то искреннее считал, что ты — обычная старая дева. А ты, оказывается, что-то умеешь».
Я ощутила в душе горечь. Той же Маринке он подобного точно не сказал бы. Она, яркая, веселая, легко привлекает к себе внимание. И умеет его потом удержать. Я же… Действительно, обычная старая дева.
— Я вообще девушка талантливая, — мой голос, несмотря на обиду, звучал спокойно. Возможно, излишне спокойно. Но вряд ли лорд настолько хорошо меня знал, чтобы обратить внимание на тональность. — Ваш ответ «да»?
— Что? — не понял лорд. — А, вы о встрече. Да, конечно, приглашайте Лорессу, раз уж вам так интересно ее общество.
Что это? Ревность в голосе? Да нет. Мне показалось. Точно показалось. Кто я такая, чтобы лорду нужно было ревновать меня к собственной сестре.
  
Глава 47
 
Очередной скелет внес в обеденный зал новые блюда — сладкий пирог и пирожные. Еще один поставил на стол два графина с морсом.
— Что это? — нахмурившись, лорд указал на балахоны на скелетах.
— Одежда, — любезно просветила я его. — Вы сами их одевали.
— В серые наряды, — отрезал лорд. — Бабочек с цветами там точно не было.
Да? Я внимательней пригляделась. Действительно, на ткани словно были вышиты разноцветные мелкие цветы и бабочки. Много цветов и бабочек.
— Я не знаю, что это, — пожала я плечами.
— Зато я знаю, — раздраженно ответил лорд. — Ваша магия, ринна. Вы совсем не умеете ее контролировать.
— Меня никто не учил, — пожала я плечами. — А там, откуда я прибыла, магии ни у кого нет.
— Дикий мир.
Лорд взмахнул руками. Из его пальцев вырвались и понеслись к скелетам черные лучи. Они впитались в балахоны и… цветы с бабочками остались на месте.
— Гаррашарх ронторн горраш! — выдал лорд, разозлившись. — Что именно вы сказали или подумали?! Почему эта гадость не сводится?!
— Удивилась про себя, почему вы не любите свою сестру, — соврала я.
Не рассказывать же о своих глупых мыслях и чувствах.
Лорд сверкнул глазами, как двумя прожекторами.
— Вы ее тоже разлюбите, когда познакомитесь поближе.
— Все может быть, — согласилась я. — Но так откровенно демонстрировать свои чувства точно не стану.
Лорд попытался испепелить меня взглядом. Не получилось. К его сожалению, я осталась жива.
— Уберите это, — приказал лорд, невоспитанно ткнув пальцем в узор на ближайшем балахоне.
— Не могу.
— Почему?!
— Не умею.
— Гаррашарх ронторн горраш! — повторил лорд, резко отодвинул сиденье от стола, вскочил и широкими шагами направился прочь из обеденного зала.
Похоже, кто-то бесится. Ну и пусть его. Мне больше еды достанется. В конце концов, может, если я растолстею, лорд откажется от своей затеи жениться на мне?
С такими мыслями я принялась за пирог, а потом и за пирожные, не забывая записать их морсом.
Лорд больше в зале не появился. То ли наелся, то ли боялся ненароком меня прибить.
Псих. Нервы ему лечить надо.
Доев сладости в тишине и покое, я поднялась к себе и за несколько минут сняла то самое платье, ради которого мне необходима была личная служанка. Потом переоделась в простенькое домашнее платье, порылась в вещах, взятых из моего замка. Глубоко внизу, на самом дне, лежали два искусно вырезанных почтовых голубка. Ну как голубка. Я их так идентифицировала. На самом деле птички этого мира могли называться и по-другому.
 
Такие волшебные вещицы использовались в этой империи, чтобы рассылать приглашения на праздники и торжества. Я обнаружила их в одном из своих тайников, но до последнего времени была уверена, что они мне не пригодятся.
Время показало, что я сильно ошибалась.
Оба голубка были извлечены на свет божий. Я вспомнила, как читала в одной из книг о них и о том, как и что на них наговаривать.
— Ну, надеюсь, оно сработает, — вздохнула я и поднесла одного из голубков к губам — для улучшения слышимости. — Я, Степанова Виктория Андреевна, приглашаю Степанову Марину Андреевну на встречу, которая состоится…
Я надиктовала обоих голубков и отправила их «на деревню дедушке», так как не знала точных почтовых адресов ни Маринки, ни Лорессы.
Втайне я надеялась, что голубки не долетят, а значит, не нужно будет ничего ни для кого устраивать.
Увы. Видимо, первопредок внимательно следил за действиями всех своих новых потомков, потому что буквально через час-полтора я получила ответы.
Два точно таких же голубка, только с другим текстом, извещали меня, что мои приглашения получены. И адресаты с удовольствием появятся в замке лорда послезавтра на чаепитие.
— Вот Верелия обрадуется, — пробормотала я, прослушав оба сообщения. — Готовить на такое количество едоков.
Зевнув, я вышла из комнаты и пошла вниз, в кухню — обсудить с Верелией предстоящее чаепитие. В самом деле, не скелетов же вызывать для такого важного дела.
Верелия была занята — она о чем-то яростно спорила с личем, тем самым, который как-то раз пришел к нам в замок вместе с лордом.
— Думаешь, он тебя понимает? — с сомнением спросила я, послушав несколько секунд претензии Верелии. — По-моему, он только приказы выполняет. И то своего непосредственного хозяина.
— Да все он прекрасно понимает, — отмахнулась Верелия. — Просто притворяется чуркой бездушной.
Я скептически посмотрела на лича, стоявшего неподвижно перед разбушевавшейся Верелией, и промолчала.
  
Глава 48
 
Служанка, обещанная лордом, прибыла на следующее утро, еще до завтрака. Собственно, она меня и разбудила — постучала в дверь. Громко так постучала, отчетливо, чтобы будущая госпожа точно услышала и прониклась счастьем, которое ее ожидало.
Ну, я, собственно, и прониклась. Особенно когда увидела крупную ширококостную девицу, способную и коня остановить, и горящий дом разрушить до основания.
— Доброе утро, ринна, — пробасила она, переступая порог моей спальни. — Меня зовут Аркая. Я ваша личная служанка.
«Интересно, кто из богов там развлекается подобным образом?» — проворчала я про себя.
Но вслух, как воспитанная девушка, произнесла совсем другое.
— Очень рада. Поставь, пожалуйста, ванну. И разожги потом камин. Здесь холодно.
Не знаю, как спал лорд, может, он привык к минусовой температуре, и все, что выше нуля, казалось ему жарой, но… Но я замерзла! Под двумя пуховыми одеялами! В теплой пижаме! И сейчас вылезать из-под этих самых одеял я ни в какую не желала — понимала, что «снаружи» будет еще холодней.
Аркая, одетая в теплое шерстяное платье, холода, видимо, не чувствовала. Она споро и воду в ванной подогрела, и камин разожгла. ПО ее уверенным движениям было видно, что работает она служанкой не первый год. Хотя предки, а то и родители ее, явно были из крестьян, причем местных — я уже наловчилась по голосу определять, кто откуда. Приезжие говорили спокойно и негромко. Местные почти что кричали, как будто вокруг жили только глухие, и часто были слишком эмоциональными.
Наконец, в камине в дальнем углы комнаты загорелся огонь, затрещали дрова. И надо было вылезать, идти мыться в горячей, как я надеялась, воде. Со вздохом я выбралась из своего домика и, не скрывая дрожи, направилась в теплых тапках в ванную — мыться.