Церберы (ЛП)

Но я знаю наверняка, что в этот момент ничто не может меня удержать. Я хочу Алистера. Он мне нужен. Поэтому, не раздумывая, я накидываюсь на него. Он не ожидает такого, поэтому у него подгибаются колени. Мы падаем, и он опускается спиной на пол, а я седлаю его.
Я видела, как он сжимал свой член, так что делаю именно это… Несколько раз поглаживаю, сжимаю, дёргаю, прежде чем медленно ввести его в своё тело и закрываю глаза, застонав от удовольствия. Рычание и то, как я чувствую большую, чем раньше, хватку на бёдрах, заставляют меня взглянуть вниз. Вместо рук меня держат массивные когти. Я уверена, что именно этого он и боялся, держа меня вот так. И снова я не боюсь, потому что не только знаю, что он никогда не причинит мне вреда, но и потому, что цербер — часть его. Я люблю Алистера таким, какой он есть, точно так же, как он любит меня такой, какая я есть.
Люблю?
Эта мысль пришла в голову так естественно, как бьётся сердце. Я ясно вижу её в его глазах и должна признать, что чувствую то же самое.
Я провожу пальцами по рукам Алистера, по чёрному меху, в котором плещется красное пламя. Его прикосновение тёплое, но никоим образом не причиняет вреда. Он направляет моё тело вверх и вниз, пока я нахожу равновесие, держась за его запястья. Я чувствую, как его член становится толще с каждым скольжением, растягивая меня.
Алистер опускает мою голову и прижимается своим ртом к моему, отчего мы стукаемся зубами. Алистер продолжает поднимать бёдра, в то время как я едва успеваю за его ритмом, упираясь коленями в пол. Ощущения трения и скольжения — всепоглощающие, и мне остаётся лишь сдаться.
Наступает эйфория, похожая на грозу, когда можно увидеть красоту в страхе перед возможностями. Гром, молния, сильный дождь, даже град, всё до крайности. Алистер притягивает меня вниз, пряча голову в изгиб моей шеи, и прикусывает за кожу, пока его сперма заполняет моё тело. Меня переполняет страстное желание пометить его так же, как он метит меня. Слегка повернув голову, я скольжу языком по коже, прежде чем вонзить в неё зубы, вознаграждая меня сладким вкусом его крови. Алистер медленно входит в меня, и его член уже опадает
Из-за двери доносится шум. Мы замираем и поворачиваем головы к двери. Вскочив, я бегу за брюками, быстро одеваюсь и натягиваю кроссовки. Алистер закончил раньше. Я едва поспеваю за ним, и мы подходим к двери. Алистер открывает её, открывая взгляду Оса, держащего парня, у которого мелькают клыки, пока он кричит, чтобы Ос отпустил его.
Алистер наклоняется ко мне, и я чувствую, как его язык скользит по тому месту, где стоит метка. Затем он отстраняется и улыбается, слизывая кровь с уголка моего рта.
— Джаггер — вампир. Кровь не сводит его с ума… вроде так, но у него есть проблема, когда это кровь ведьмы. Видишь его реакцию? Он чувствуют твою. — Алистер фыркает.
Протянув руку, я смахиваю кровь, которая осталась у него на губах.
— Ну, он не может получить её, так что ему придётся смириться.
Алистер наклоняется к моему уху.
— В том-то и дело, любовь моя. Он не сможет с этим смириться. Ты моя.
Я закрываю глаза и наклоняюсь влево, давая ему возможность уткнуться носом в мою шею.
— Не могли бы вы, уже остановиться, чёрт подери, и помочь мне, — кричит Ос.
Отойдя друг от друга, мы видим, как вампира сдерживают трое парней. Алистер подходит и трижды бьёт его по лицу так сильно и быстро, что я едва успеваю уследить за движениями.
— Отпусти его, — рычит Алистер, и в следующее мгновение его люди бросают вампира. — Слушай меня очень хорошо, ублюдок. Элиана моя. Если ты когда-нибудь прикоснёшься хоть к одной капле её крови, я лично прикончу тебя и каждого из твоей родословной. Я ясно выразился, козёл?
Проклятье. Судя по его позе, как стоит и стискивает кулаки… Алистер наклоняется вперёд, будто готов броситься на него в любую секунду. Просто… вау. И как я могу быть такой возбуждённой, когда мы только что занимались сексом?
Алистер оборачивается и выгибает бровь.
— Правда, любимая. Подожди минутку, а то твой запах выводит меня из равновесия.
 
Упс. Он чувствует мой запах? Да. Он чувствует мой запах. Ответом послужила ухмылка на его лице.
Я быстро машу рукой перед собой.
— Постараюсь. А теперь перестань смотреть на меня и продолжай угрожать ему или надирать задницу, что ты там делал.
  
Глава 13
 
— Алистер ~
Мне приходится сдерживать смех. Эта женщина — всё, и мне нравится, как… проклятье, мне нравится в ней всё. Абсолютно. Любовь. Осознание этого шокирует. Я знаю, что мы связаны, но связь глубже там, где чувства стали естественными.
— Она так приятно пахнет, — стонет Джаггер, вырывая меня из мыслей. Но прежде чем я успеваю оторвать ему голову, он хватает себя за волосы обеими руками, крича: — Прекрати. Пожалуйста, сделай так, чтобы это прекратилось.
Оглянувшись через плечо, я вижу, как Элиана подходит ближе.
— Я сделаю, если ты перестанешь так говорить и думать о моей крови, как сказал Алистер.
— Да, обещаю, что угодно, только сделай так, чтобы всё прекратилось, — умоляет Джаггер.
— Тогда ладно, — язвительно замечает Элиана. — До тех пор, пока ты будешь вести себя хорошо. Помни, как легко я могу поджарить твои мозги.
— Отлично отмечено. — Джаггер стонет. — Как, чёрт возьми, она это делает? Я никогда не встречал ведьму, способную на такое.
— Фиолетовое пламя. — Зигмунд кивает на своё заявление. — Она обладает способностью зажигать тебя изнутри, и это чертовски больно.
— Чертовски больно? — переспросил Джаггер. — Скорее, ближе к чёртовой смерти.
Зигмунд хихикает.
— Это потому, что ты вампир, чувак. Огонь убивает тебя.
— Спасибо, что уточнил. Тебе лучше не переходить мне дорогу, или я вновь ударю тебя фиолетовым огнём, — ругается Элиана.
Джаггер выглядит так, словно хочет ударить Зигмунда.
Я обнимаю Элиану и притягиваю к себе, прежде чем произношу вопрос у себя в голове.
«Это так, любимая? Можешь просто силой мысли призвать огонь?»
«Не знаю», — отвечает она мысленно.
Умная женщина, что не проговорилась об этой детали вслух.
Я прочищаю горло и бормочу:
— Попробуй сейчас. Заставь этих идиотов остановиться.
Элиана прищуривается, но ничего не происходит. Она смотрит на меня и качает головой. Зигмунд и Джаггер всё ещё пререкаются друг с другом, готовые затеять драку.
Я наклоняюсь и шепчу Элиане на ухо:
— Я не трахну тебя снова, если не сможешь этого сделать.
Она толкает меня в грудь, гнев бурлит в её глазах, а все окружающие обхватывают голову.
— Вот так, любовь моя. — Я улыбаюсь и тянусь к ней, она отходит в сторону и тычет пальцем мне в лицо.
— Не смешно, — кипит она.
— Да не то слово, — стонет Ос.
— Какого чёрта, сестрёнка? — огрызается Вельма.
Элиана собирается что-то сказать, когда я обнимаю её и страстно целую.
— Я безумно люблю тебя, никогда, чёрт подери, не сомневайся в себе, ты можешь всё.
— Да, пока зла. — Она надувает губы, прежде чем округляет глаза, и притягивает меня обратно ля поцелуя.
— Да, твою мать, снимите уже грёбаную комнату… Позже, когда мы уладим дела. — Ос говорит более чем разочарованно.
Элиана отрывается от моих губ.
— Ох, ты просто расстроен, потому что тебе не удалось побыть наедине с моей сестрой.
— Да, и что? Ты на что-то намекаешь? — рычит Ос в ответ.
Элиана смотрит мне в глаза.
— Твой президент любит меня… так же сильно, как я люблю его.
— Это смешно. И опять, к чему ты клонишь? — Ос вздыхает.
— Не смешно, скорее, слишком слащаво, у меня болит голова, — стонет Джаггер.
 
— Даже больше, чем минуту назад? — спрашивает Зигмунд.
Я быстро целую Элиану в голову, желая, чтобы у нас было больше времени, но сначала нужно разобраться с этим дерьмом.
— Заткнитесь к чертям собачьим, кучка ревнивых придурков. Итак, Джаггер… какого хрена ты здесь делаешь?