Захваченная грешником (ЛП)
Мы стоим неподвижно самое долгое мгновение. Влечение, которое я испытываю к нему, перерастает во что-то настолько сильное, что я бы не остановила его, если бы он попытался добиться большего. Я бы позволила ему трахнуть меня прямо здесь.
Николас отпускает меня и, не сказав больше ни слова, уходит.
Мой взгляд упивается его широкой спиной, крепкими плечами, его уверенной походкой.
Это было… по-другому.
Он не откусил мне голову. По-прежнему властный и требовательный, но не агрессивный.
Не тешь себя надеждами, Тесс. Это могло быть просто потому, что он слишком устал, чтобы сражаться с тобой.
Глава 16
НИКОЛАС
Сицилийцы становятся все храбрее, и их становится все больше на моих улицах, я чертовски устал от этого.
Грядет война. Это всего лишь вопрос времени.
Мне удалось поймать только солдат, никого из высших звеньев пищевой цепочки, кто заставил бы Манно напрячься. Это чертовски расстраивает.
— Организуй дополнительную охрану для Афины и Тесс, — инструктирую я Андреаса. — Я хочу, чтобы они были защищены двадцать четыре часа в сутки.
— Понял. — Андреас встает со стула, чтобы выполнить приказ, но останавливается, чтобы спросить. — А как насчет твоего отца и Хелены?
— Я позабочусь о них. — Когда Андреас выходит из офиса, я беру телефон и набираю номер моего отца.
— Николас, — отвечает папа.
— Как проходит медовый месяц? — Спрашиваю я, пробегая глазами по камерам наблюдения, которые я установил возле дома Афины и Бэзила, а также у многоквартирного дома Тесс.
— Хорошо. У тебя усталый голос, — заявляет он.
— Сицилийцы не отступают. Сколько с тобой охранников?
— Так плохо, да? — Я слышу, как он вздыхает на линии. — У нас достаточно. Я буду начеку.
— Ты вернешься через две недели, верно?
— Да, но мы можем вернуться раньше, если я тебе понадоблюсь.
Я качаю головой.
— Нет. Наслаждайся медовым месяцем. Если мне понадобится помощь, я обращусь к Священству.
— Держи меня в курсе, если ситуация выйдет из-под контроля.
— Не выйдет. Не волнуйся.
Завершая разговор, я откидываюсь на спинку кресла и устало потираю подбородок.
Чертовы сицилийцы.
Мой телефон подает звуковой сигнал, и, вздохнув, я открываю сообщение. Пришло фото с номера, по которому я связывался с Манно.
Палец за палец. Зуб за зуб. Жизнь за жизнь.
Christé mou.
Вскочив, я вылетаю из офиса. Когда я выбегаю из здания на парковку, голова Андреаса резко поднимается.
— Что случилось?
— Грегори у этих ублюдков! — Я сердито рычу, и хотя вижу фотографию моего водителя, привязанного к стулу и жестоко избитого, я все еще ищу внедорожник, надеясь найти его.
Я протягиваю Андреасу свой телефон, и, глядя на фотографию, он морщится.
— Блять. Я объявлю солдатам повышенную тревогу.
Желая отомстить за Грегори, потому что я знаю, что его тело будет доставлено мне до конца дня, я выпаливаю:
— Приведи мне первого сицилийца, который попадется тебе под руку.
Андреас собирает несколько мужчин, и когда я смотрю, как они грузятся во внедорожники и уезжают с территории, мой страх за безопасность моей семьи усиливается.
Это только вопрос времени, когда ублюдки попытаются напасть на тех, кто мне дороже всего.
Набирая номер Афины, я жду, когда она ответит, затем говорю:
— Тебе нужно быть начеку. Никуда не ходи без своей охраны.
— Я знаю, что делать, Николас. Что происходит?
— Тебе не о чем беспокоиться. Просто будь предельно осторожна. Скажи Бэзилу, чтобы он тоже был начеку.
— Я передам. — Афина на мгновение замолкает. — Ты в порядке?
— Да, я в порядке.
Она вздыхает.
— У тебя усталый голос. Когда ты в последний раз спал?
Андреас наседал на мою гребаную задницу, заставляя немного отдохнуть, а теперь еще и Афина.
— Я в порядке. Просто не делай глупостей и будь в безопасности.
— Буду. — Наступает еще одна пауза. — Береги свое здоровье, Николас. Ты нужен нам.
Грез семьи давит мне на плечи, и я заканчиваю разговор.
Я ищу номер Джеймса, когда на экране начинает мигать его имя.
— Что? — Я рявкаю.
— Мы потеряли Тесс в метро, — сообщает он мне со страхом в каждом слове.
— Вы потеряли ее, — выдавливаю я слова сквозь стиснутые зубы. — Вы, блять, потеряли Терезу?
Нет. Не сейчас. Не тогда, когда сама война на пороге моего дома.
— Мне жаль, босс. Сейчас предвечерняя суета. Метро забито людьми. Только что она была перед нами, а в следующую секунду от нее не осталось и следа.
— Тебе лучше найти ее, — предупреждаю я его мрачным и безжалостным тоном. — И молись, чтобы она была цела, или я, блять, убью вас обоих.
— Да, босс.
Звонок обрывается, когда по краям моего зрения темнеет от ярости.
Лучше бы Тесс не ускользала от своих охранников нарочно, иначе ей придется адски поплатиться. С другой стороны, если она сбежала от Джеймса и Гранта, есть большая вероятность, что за ее исчезновением стоят не сицилийцы.
Пожалуйста, только не сицилийцы. Только не Тесс.
Когда эти мысли начинают укореняться, мое сердцебиение учащается, и страх, непохожий ни на что, что я чувствовал раньше, распространяется по моему телу.
Если сицилийцы похитили ее, если они повредят хоть один гребаный волос на ее теле, я сотру их с лица планеты.
Набирая номер Тесс, я молюсь, чтобы она ответила. Звонок длится слишком долго, и я готовлюсь к тому, что она вообще не ответит, когда внезапно на линии раздается ее голос.
— Черт. Николас. Это…
Линия обрывается, вырывая дыхание из моих легких. Я снова набираю ее номер, но он сразу попадает на голосовую почту.
Мои руки начинают дрожать от ярости и беспокойства, мои мышцы напрягаются, готовые к нападению — готовые, блядь, уничтожить Ванкувер.
Тесс.
Глава 17
ТЕСС
Измученная тем, что оказалась на другом конце проклятого города после того, как меня подхватила толпа людей и затолкала не в тот поезд, я наконец добираюсь до своего жилого дома.
Джеймс и Грант хмуро смотрят на меня.
— Где, блять, ты была?
— Это не моя вина, что вы не можете угнаться за мной, — огрызаюсь я на них. Входя в здание, я игнорирую тупых охранников.
По крайней мере, я получила больше отснятого материала, иначе сегодняшний день был бы пустой тратой времени.
Поднимаясь по лестнице на четвертый этаж, я достаю ключи из сумки. Я собираюсь принять душ и спать как убитая.
О, и мне нужно зарядить свой телефон, чтобы я могла позвонить Николасу и сказать ему, что это была не моя вина, или он, вероятно, убьет меня завтра за обедом.
Открыв дверь, я захожу внутрь. Я убеждаюсь, что закрыла за собой дверь, и бросаю сумку на стол. Я достаю разряженный телефон и подключаю его к зарядному устройству, затем направляюсь в ванную.
Я уверена, Джеймс или Грант скажут Николасу, что я дома, чтобы он не волновался.
Он все равно собирается поджарить твою задницу на горячих углях.
Открывая краны в душе, я снимаю с себя одежду. Я быстро чищу зубы, затем встаю под струю и стону, когда теплая вода касается моей кожи.
Что за сумасшедший день.
Сначала Джейк был расстроен, когда я отменила встречу с ним. Вероятно, мне придется иметь дело с негативной реакцией в понедельник в школе. Потом меня запихнули не в тот поезд. Мой телефон разрядился. Без сомнения, Николас планирует способы убить меня.
Уф.
Я мою голову и, пока кондиционер впитывается в пряди, быстро мою тело. Ополоснув волосы, я закрываю краны. Я хватаю полотенце и оборачиваю его вокруг своего тела, затем тянусь за другим полотенцем, чтобы высушить волосы.
Так намного лучше.
Когда я захожу в свою спальню, по моей коже пробегают мурашки опасения, но прежде чем я успеваю оглянуться в поисках источника, меня хватают сзади.