Беглецы-Х (СИ)

Влада обнимали, тормошили, целовали. И свои, имперцы, и аборигены, а он растерянно стоял на месте, улыбаясь неизвестно чему. Потом у него на шее повисла одетая в потёртый имперский мундир девушка, впившись страстным поцелуем в губы. Только это заставило молодого человека прийти в себя.
— Ира?
Выдохнул он, когда та оторвалась от его губ. Приёмная сестра вдруг разрыдалась:
— Боги! Если бы ты знал, какое это чудо! Нам ведь оставалось совсем немного… Совсем немного…
Он прижал её к себе, гладя по голове и шепча что‑то бессмысленное, доброе… Через толпу протолкался кто‑то из офицеров. Тоже вытертый, но чистый мундир, знаки различия на месте. Вскинул руку к пилотке:
— Подполковник Старцев, товарищ полковник! Командир разрушителя «Молния»! Назначен временным командиром корабля на время вашего отсутствия. На борту экипаж в количестве сто двадцать два человека и двести один абориген.
…Сто двадцать два… А экипаж Разрушителя – пятьсот человек без учёта десанта…
— Вольно. Всем – вольно! Второй!
Тот привычно начал командовать:
— Всем, кому нужна медицинская помощь – подойти к киберам. Затем вас проводят по каютам, где вы сможете привести себя в порядок. После этого прошу всех собраться в столовой этажа. Найдёте её по запаху. Разойдись!
Народ пришёл в движение, только Старцев остался на месте, да Ира, так и прилипшая к нему, не отпускала руки названного брата. Влад кивнул:
— Вы тоже идите, Станислав Петрович. Приводите себя в порядок, а через два часа встретимся в столовой. Иру я забираю с собой.
Покосился на её макушку:
— Родная кровь, сами понимаете.
Командир разрушителя улыбнулся в ответ, потом покосился на останки своего бывшего корабля, вздохнул. Виконт поспешил его успокоить:
— Не волнуйтесь, никто ничего не тронет. А потом решим, что с ним делать…
Офицер кивнул, затем медленно двинулся к спешащему к ним киберу. А Влад чуть остранил сестрёнку от себя, заглянул в зелёные глаза, ещё налитые слезами.
— Всё, малышка? Успокоилась? Идём ко мне. Надо тебя в себя привести…
— Господин…
Он обернулся с такой скоростью, что прижатая к его боку Ирина на мгновение оказалась в воздухе. Окинул взглядом невысокую фигурку, застывшую перед ним, в грязном, потерявшем всякий цвет, рубище, затем не веря самому себе, тихо произнёс:
— Суор?
— Господин…
Бывшая рабыня в умоляющем жесте сложила свои исцарапанные ладошки на груди, ожидая чего‑то… Сестра уткнула в него вопрошающий взгляд, названный брат просто протянул руку к тарконке, притянул к себе, тоже обнял за плечико, как сестру, потом повлёк обеих за собой, совсем забыв о настоятельнице Палат, застывшей в углу ангара… …Двери апартаментов бесшумно распахнулись, и Влад ввёл обоих девушек внутрь. Самое интересное, что обе вцепились в него, словно депутат в доллар и отпускать ни одна, ни другая его не хотели.
— Всё, девочки. Всё. Мы на месте.
Подвёл их к ванной, открыл двери, завёл внутрь, разжал с трудом ладошки тарконки и сестры. Даже чуть повысили голос:
— Всё! Мы на месте. Сейчас мойтесь, приводите себя в порядок и выползайте наружу. Будем питаться.
— Вы не исчезните, господин?
Ирина смотрела на него молча, но с таким же обожанием, как и аборигенка. Как можно мягче он произнёс:
— Никуда я больше не денусь, не волнуйтесь.
Сестра кивнула в знак согласия, потом беспомощно огляделась по сторонам:
— А где…
Брат хлопнул себя по лбу – вот же тетеря!
— Одежда здесь, остальное – вот.
Торопливо раскрыл ящик с моющими средствами, показал, где находится скрытый шкаф. Ванна у него была знатная, этакий небольшой бассейн. Раньше то стояла обычная, но Второму почему то захотелось отгрохать нечто величественное, и получился настоящий бассейн. Шагнул к двери:
— Давайте, девочки, приходите в себя. Я вас там жду.
Показал пальцем на двери в апартаменты, затем вышел, осторожно прикрыв двери за собой. Прошёл к креслу в гостиной, потом снова хлопнул себя по лбу – да что с ним такое?
— Второй, где настоятельница?
— За дверью, вестимо.
 
— Где?!
— Мнётся перед дверью, никак не решится войти.
Хихикнул Второй. Влад махнул рукой:
— Давай, запускай…
Двери раскрылись, и республиканка опасливо шагнула через дверь.
— Проходите, господа Палат. Я вас жду.
Женщина чуть смелее прошла в к комнату. Влад жестом указал ей на кресло напротив себя:
— Присаживайтесь. И… Что вы мне скажете?
К его удивлению, настоятельница не стала мяться, а сразу приступила к делу:
— Если мы останемся, что нас ждёт?
— В смысле, на станции?
Она кивнула в знак согласия.
— Работа. Много работы, скажу сразу. Построить Империю в отдельно взятой Галактике не так легко. Придётся учиться, воевать, словом, делать придётся всё.
— Понимаю. Но, надеюсь, вы учтёте, что мои девочки…
— Учту.
Неожиданно для неё мужчина улыбнулся.
— Конечно, учту. Обещаю, что никто не пожалеет о принятом решении. Сегодня приходите в себя, отдыхайте. Видите, сколько народу прибавилось? Так что сутки я буду занят. Ну а дальше – начнём.
Он поднялся, давая понять, что разговор на данный момент окончен. Женщина тоже поднялась. Затем приложила руку к груди в странном жесте:
— Мы сделаем всё, чтобы вы не пожалели.
— Я вам верю…
Настоятельница с удивлением только сейчас заметила, что человек довольно молод, и… Не так суров и жесток, как ей показалось вначале. Он словно снял маску, став совсем другим. Не выдержав, она всё таки решилась спросить:
— А кто эти люди?
— Мои люди. Мой экипаж. Имперского корабля, госпожа Палат…
Она ещё раз кивнула и вышла. И – вовремя. Из ванной вышли обе девушки. Отмытые до скрипа, с закутанными в полотенца волосами, в пушистых махровых банных халатах. Торопливо прошлёпали по ковру, спеша разыскать Влада. Едва увидели – тревога сменилась радостью. Тем более, что брат уже дал команду накрыть стол, и Второй расстарался во всю широту русской души.
— Присаживайтесь, девочки.
Сестра и тарконка уселись, восторженными глазами глядя на стол. Влад весело произнёс:
— Что, поехали?
— И первым взялся за вилку, показывая пример…
- …Когда мы упали, то почти всё вышло из строя. Погибли все механики, старшие офицеры и весь десант…
- …Небо раскололось, наступила вечная тьма… Аор завалило камнями дома…
- …Кое‑как смогли наладить конвертер и собрать из металлолома эммитеры, потом нашли выживших местных… Она откуда то знала русский. Через Суор и договорились…
- …Мы, выжившие, уже умирали от холода, когда пришли эти люди… Я могла разговаривать с ними… И смогли договориться…
- … Еды практически не было… И – холод. Постоянный лютый холод. Закрылись экраном. Рубили камень, таскали песок. Но ты же знаешь – обычные минералы много энергии не дадут…
- …Нас никто не обижал… Мы помогали, чем могли…
…Из бессвязных вроде фраз перед Влаом разворачивалась картина случившегося с разрушителем. Он заходил в гиперворота следом за его истребителем и видел, что произошло. Выброс энергии захватил и корабль. Но из‑за массы его путешествие оказалось куда дольше, и «Молнию» выбросило на поверхность планеты практически во время взрыва газового гиганта. Ударная волна и доконала корабль окончательно. Сгорела силовая защита, вышла из строя система жизнеобеспечения и конвертеры массы. Погибло три четверти экипажа, почти все специалисты. Когда немного пришли в себя – занялись посильным ремонтом, спеша восстановить критически важные механизмы, благо запчастей было в избытке. Перед переброской не успели сдать запас, полученный для ведения боевых действий против Содружества. Кое‑как наладили энергоснабжение, запустили десяток ремонтных киберов. Те смогли частично восстановить жизнеобеспечение и силовое поле, питаемое от реакторов.  Потом пошли искать необходимые материалы и наткнулись на местных. Точнее, на выживших при катастрофе. Аччинар был стёрт с лица планеты метеоритной бомбардировкой. Уцелело меньше процента жителей. Встал языковой барьер, но к их удивлению, одна из уцелевших могла говорить на русском языке. Рассказала, что её спас какой то человек на волшебном корабле. Вылечил, потом вместе с погибшей подругой привёз сюда и отпустил. Они стали жить в городе, вроде начала налаживаться жизнь, а потом произошло это… Неожиданно планета начала быстро терять атмосферу по непонятным причинам, а русским не хватало рабочих рук для добычи минералов, питающих конвертеры. Было принято решение собрать всех на корабле, установить силовой купол на минимум, гарантирующий удерживание атмосферы, и добывать топливо для механизмов. Так просуществовали почти год. И когда надежды уже не оставалось, тем более, что конвертеры уже вот–вот должны были остановиться окончательно и бесповоротно, на транслируемый непрерывно сигнал о помощи пришёл отклик… В конце концов обе девушки не выдержали и разрыдались, пришлось отпаивать их успокоительным. Наконец успокоились, похлюпали носами ещё немного, затихли, глядя на него мокрыми глазами. Киберы убрали стол, Влад взглянул на часы – пора было идти в столовую, к своим.