Беглецы-Х (СИ)

— Ты за ней киберов посылал?
— Да. Сейчас работают все системы, в том числе и телепортационный луч. Опустил роботов на поверхность, когда увидел подходящие параметры.
— Ясно…
Человек снова вздохнул, потом его осенило:
— Слушай… Значит, твои системы могут наблюдать за поверхностью планеты?
— Разумеется.
С оттенком гордости ответил искин. Затем опять повторил:
— Я теперь функционирую на все сто процентов!
— Значит, и меня можешь так опустить и поднять?
— Нет.
— Почему?!
Опешил от неожиданности Влад.
— А зачем?
— Что — зачем? Да погулять, поискать платье для бедняги, пожрать, наконец, натурального и нормального!
— Это я всё понимаю. Но не лучше ли взять твой истребитель? Я его уже восстановил, да ещё слегка… ммм… модернизировал. Поставил двигатели получше. Компенсаторы гравитации, это вообще какой то отстой, как ты любишь говорить. Так что, можешь скататься.
— А где я его прятать буду?
— Как у вас говорят — кнопочку нажмёшь, и никто его кроме тебя, разумеется, не увидит, пока шишку не набьёт.
Влад подозрительно прищурился:
— Чего ты так не хочешь меня телепортировать?
Искин нехотя ответил:
— Понимаешь, за 'оттуда' я спокоен и могу гарантировать безопасную доставку. А вот 'туда'… Глюки у меня с аппаратом. Из десятка киберов только шестеро добрались нормально. Да ещё потом час ремонтировались. По хорошему аттрактор бы менять надо, да запчастей нет.
— Ты им батарейки искал, что ли?
— Угу.
…Это короткое слово прозвучало так… Человек не выдержал, усмехнулся:
— Ладно, Тьма с тобой. Уговорил. Давай теперь, рассказывай, что там у нас внизу?
— Э…Планета типа А4, период обращения вокруг своей оси…
— Да не нужно мне это!
— А что?
Опасливо осведомился искин, и Влад перечислил:
— Первое — что там вообще за строй: рабовладельцы, феодалы, капиталисты, технократы. Потом — нужен местный язык. Тут.
Постучал себя пальцем по виску.
— Языковой минимум, короче. Одежда — разберусь на месте. Оружие ещё при мне. И — эквивалент на обмен. Что там у них ценится? Камешки? Золото? Платина? Чем платить, короче.
— Понял!
Облегчённо выпалил искин. На секунду затих, затем обрадованно произнёс:
— Только тебе придётся тоже в медкапсулу залечь.
— Это ещё зачем?
— Загрузку мозга произвести. Через фотонные излучатели слишком долго, да и тебе не слишком это удобно…
Росич вспомнил, как едва не ослеп, и кивнул в знак согласия.
— А в капсуле я тебе за час всё раскидаю по полочкам.
— Лады.
Влад поднялся.
— Куда идти то?..
Лёгкий щелчок заставил очнуться и рефлекторно дёрнуться. Потом Влад сообразил, что находится медицинской капсуле станции и ему закачивали в мозги адаптационный курс для планеты, на орбите которой вращается станция Изначальных. Прозрачный колпак тем временем плавно поднялся, и он легко сел, ухватил рукой предупредительно протянутую кибером, кстати, Первым, поцарапанным, одежду, вылез наружу. Затем неторопливо, но тщательно оделся, подогнав прихваченные с собой снаряжение и оружие. Вздохнул:
— Эх, давненько не брал я в руки шашки…
Прислушался к себе — чувствовал себя просто идеально!
— Эй, ты меня что, ещё и восстановил, получается?
— Ага.
Откликнулся с самодовольством искин. Затем добавил:
— Кстати, не просто восстановил, но ещё и снял ограничители. Не знаешь, кто их вам поставил?
— Ограничители?
Удивление искина было настолько ярким, что Влад едва не усмехнулся, усилием воли удержав нейтральное выражение лица.
— Да, ограничители! На мышечную силу, на усвояемость, на мысленную деятельность, на пси–способности. У тебя задействовано всего двенадцать процентов. Понятно, что из‑за перегрева организма стопроцентная работоспособность невозможна, но я увеличил твою теплоотдачу, и теперь ты способен использовать примерно пятьдесят процентов своих нейронов и аксонов. Поэтому у тебя повысилась усвояемость материала и знаний. И прочее, тоже.
Человек задумался.
— Значит, слегка модернизировал?
— Зачем?
Опять опешил искин.
— Ничего подобного! Просто расшевелили несколько узлов в твоём мозгу, которые были не задействованы. Остальное — всё твоё.
 
— Ну–ну.
Пробурчал Влад, затем спохватился:
— С девочкой то что?
Искин тоже задёргался:
— Вовремя напомнил. Сейчас как раз вылезет. Профилактика заканчивается.
— А можешь её подержать до моего возвращения снизу, во сне?
— Легко. И, кстати, ей только на пользу. Спасибо, что сообразил. Глубокий спокойный сон только на пользу малышке. Пусть подремлет. Заодно некоторые дисфункции уберутся.
— Значит, договорились. Давай, доставляй меня в ангар. Полечу вниз. Надо пожрать достать, да одежду для неё. И… Где там охотники? Всё ещё на месте? Или уже вернулись?
Искин взял короткий перерыв, но через минуту откликнулся:
— На месте. Пытаются разобраться со следами девчонки. Рыщут по кругу.
— Замечательно. Начну я, пожалуй, с них. Поехали.
— Угу.
Вспыхнул зелёный круг телепортатора внутренней системы. Человек спокойно вступил внутрь и через мгновение вышел уже в огромном ангаре станции. Истребитель выглядел… Словом, пилот вначале даже опешил от неожиданности. Лишь общий силуэт говорил о том, что это его машина. А так… Обошёл по кругу корпус. Особенно внушили ромбовидные очертания дюз двигателей. Добавилось много чего. Хищные стрелы ракет стали тоньше, но куда страшнее своими обратными стабилизаторами.
— Заменил в оружии системы наведения и боеголовки. Поставил…
Произнёс какую‑то абракадабру, потом пояснил:
— По эквиваленту — одной достаточно, чтобы превратить в облако света ваш человеческий линкор. Пушки — дезинтегрирующий луч. Ваши, гравитационные, тоже, конечно, вещь, но эти лучше. Поверь.
— Поверю. Что ещё?
— Запас автономности — сто суток по атмосфере. Прыжковый двигатель на семь светолет, противоабордажные скорострелки с пространственным сдвигом, броня–хамелеон с невидимым эффектом, плюс возможность залечь в анабиоз на время работы реактора.
— Ого! Сурово!
Развеселился неожиданно для себя человек.
— Внушает! Ладно. Давай лестницу.
— А зачем?
Ехидно удивился искин.
— Ты подпрыгни.
Пилот пожал плечами, раз просишь — попробуем. Слегка, лишь бы обозначит, напрягся, оттолкнулся, и… описав плавную дугу в воздухе, едва на шлёпнулся с бортика машины обратно на пол ангара. Удержался, мягко подхваченный силовым захватом. Машинально поблагодарил:
— Спасибо.
— Да не за что.
Откликнулся искин. Затем осведомился:
— Ну, что? Поехали?
— Поехали.
Откликнулся Влад, уже опустив колпак машины и пристегнувшись. Вспыхнули алые огни, сигнализирующие об откачке атмосферы, дрогнув, плавно поплыли в стороны створки. Всё было уже настолько привычно, что на мгновение прикрыл глаза.
— Запускаю стартовую катапульту.
Предупредил Искин.
— Давай.
Прислонил голову в шлеме к подголовнику. Толчок, затем его слегка вдавило в спинку сиденья. Вокруг всё замельтешило, но новый искин машины мгновенно выровнял аппарат и заложил плавный вираж вокруг станции.
— Всё. Действуй. Вывожу на экран координаты 'охотников'.
— Спасибо. Давай.
Вспыхнуло изображение планеты, на котором пульсирующим красным огоньком мерцала точка. Человек привычными движениями добавил скорость, перекладывая истребитель на курс и охнул — реакция боевой машины была запредельной! Но быстро освоился, и действуя уже куда аккуратней, лёг на курс. Ухмыльнулся — ну, что, господа охотнички, развлечёмся? Давненько он не брал в руки шашки…
  
Глава 13
 
— Вы ничего не нашли?! Идиоты!
Сиятельная Арган ил ана Суэре топнула ножкой, одетой в тонко выделанную кожаную сандалию по помосту, на котором стояло её кресло. Проклятье! Потерять эту презренную тарконку, исчадие лесных тварей! И это несмотря на то, что на той были одеты блокадеры, не дающие дикарке использовать свою Силу! Тем не менее, беглянка словно растворилась в воздухе. Остались непонятные следы, резко обрывающиеся в поле. И больше ничего. Ни тонконюхающие отраги, ни опытнейшие следопыты- загонщики не смогли отыскать ни малейшего следа тарконки, исчезнувшей посреди поля пушистой архи. Снова уселась на мягкую подушку, лежащую на сиденье, задумалась. Похоже, что дикарка смогла избавиться от браслетов и ошейника, ничем иным её исчезновение не объяснить. Плакали триста монет, отданные за неё торговцам рабами. И всё из‑за её собственной взбаломошности и потакания своим желаниям. Вот захотелось ей услышать предсмертный плач, который, если верить легендам, продлевает услышавшей его женщине молодость и дарит дополнительную красоту. И просто казнить тарконку было нельзя, нужно было совершить этот проклятый ритуал, чтобы рабыня испытала вначале ужас страха, потом получить надежду во время бегства, и лишь потом ту нужно было сжечь живьём. Именно на костре та бы спела свою смертную песнь. А из женщин в группе слуг была лишь она, сиятельная Арган из семьи Суэре, чей род насчитывает сто поколений от тех, кто пришёл со священных Небес. И пусть она ещё совсем юна, едва перевалила через девятнадцатую весну, но запас молодости лишним не бывает. Вздохнула про себя, поправила матовую маску из волшебного металла, махнула рукой слугам, послушно подскочившим к ней и упавшим ниц, отрывисто произнесла: