Скандинавский король (ЛП)

Хотя это не имеет значения. Я их отец. Из-за меня им нужна няня, из-за меня у них больше нет матери. Давать им всё, что они хотят, — это самое малое, что я могу сделать.
И я знаю, что этого никогда, никогда не будет достаточно.
Тяжело выдохнув, я беру телефон и звоню Майе.
— Сэр? — отвечает она.
— Ты всё ещё в доме?
— Я с мисс Авророй, еду в аэропорт, — отвечает она довольно резко.
— Скажи водителю, чтобы он развернул машину и привёз её обратно.
— Что?
— Ты меня слышала.
— Но, сэр, почему? Вы сказали… — Я могу сказать, что Майя сейчас, вероятно, смотрит на австралийку, пытаясь заставить её не слушать.
— Я знаю, что я сказал, — огрызаюсь я. Я вздохнул. — Просто верни её. Это приказ.
— Да, Ваше Величество.
Последняя часть прозвучала язвительно.
— Она идёт? — спросила Фрея с большими глазами. — Она будет нашей новой няней?
Я провожу рукой по лицу.
Всё, что угодно, лишь бы они были счастливы, напоминаю я себе.
Я только надеюсь, что с этого момента они не начнут принимать все мои решения о найме.
Это скользкая дорожка.
  
Глава 3
 
А В Р О Р А
Майя положила трубку и поджала губы, уставившись на пустой экран в своих руках.
— Всё в порядке? — спрашиваю я. Я сейчас лечу самую большую рану от отказа и разочарования, которую только можно себе представить, после того, как меня уволил Король Козел, но это не значит, что я не могу беспокоиться о ней. Мне очень нравится Майя, и я не представляю, как она сможет справиться с таким мужчиной. Хотя, наверное, принадлежность к королевской семье помогает.
Майя смотрит на меня с натянутой, морщинистой улыбкой. — Мисс Аврора, планы изменились.
— Планы изменились? — Я теперь еду в другой аэропорт, или более поздним рейсом, или…?
— Да. Видите ли, король совершил ошибку. Он хотел бы, чтобы вы вернулись.
Я тупо смотрю на неё. Без слов.
Она продолжает: — Он извиняется за это, но я полагаю, что он слишком поспешно уволил вас. Или что-то в этом роде. Признаюсь, я не совсем понимаю, что происходит, но он приказал мне это сделать.
— И вы делаете всё, что он говорит, да? — спрашиваю я.
Она бросает на меня странный взгляд. — Он мой король, а также мой племянник.
— Ну, он не мой король. У нас в Австралии нет короля, у нас есть премьер-министр, и, честно говоря, я бы его тоже не слушала.
Одна из её бровей медленно поднимается. — Вы не обязаны соглашаться на эту работу. Но я думаю, что это означает, что она ваша, если вы захотите.
Её слова не заставляют исчезнуть смущение, которое я испытывала там. — Я не хочу показаться неуважительной, но я уже не так, ну, жажду этой должности, как раньше. Король или нет, но мне не нравится чувствовать себя маленькой, а он заставил меня почувствовать именно это.
— Я же говорила вам, что он неприятен. Вы привыкнете к нему.
Верно. Неприятный.
— Хенрик, — говорит она водителю. — Tilbage til slotted. (пер. дат. — Возвращаемся в замок)
Водитель кивает, и вдруг мы поворачиваем налево и разворачиваемся.
Значит, мы возвращаемся во дворец.
Не знаю, как это возможно, но сейчас я нервничаю ещё больше, чем раньше.
Клянусь, это связано с тем, как он ко мне относился, и никак не с тем, насколько он был смертельно красив. Я говорю "смертельно", потому что в его манерах и лице было что-то такое, что почти не позволяло сделать комплимент, как будто за то, что вы назовёте его красивым, вас могут обезглавить. Это была напряжённая, холодная привлекательность, словно его лицо, тело и дух были выкованы из стали, и вы можете превратиться в камень, если будете смотреть на него слишком долго.
Король Медуза.
Как и прежде, мы возвращаемся в замок, проезжаем мимо толпы, собравшейся на площади, но теперь я смотрю на внушительные окна, зная, что за стёклами скрывается жестокий король. Я знаю, что правильнее всего было бы просто с благодарностью принять эту работу, но мне редко удаётся поступить правильно. Мне приходится напоминать себе, чтобы я сдерживала свой гнев. Если что, может быть, я попробую применить холодный и равнодушный подход, как он применял ко мне.
 
Холодная и равнодушная, холодная и равнодушная, повторяю я про себя, пока водитель снова паркуется за воротами, а я вместе с Майей иду обратно в здание.
Но вместо того, чтобы отвести меня обратно в комнату, в которой я была раньше, она ведёт меня по позолоченным залам, уставленным статуями и бархатными картинами маслом с изображением важных персон, всё выглядит скорее французским, чем скандинавским, а затем поднимается по массивной лестнице на второй этаж.
— Куда мы идём? — тихо спрашиваю я, чувствуя необходимость говорить шёпотом в пещерных коридорах.
— В его кабинет, — говорит она, от чего мои нервы загораются. — Первый этаж в основном предназначен для гостей и посетителей, залов ожидания, столовых и тому подобного. Этот этаж — для персонала и любых офисов. Третий — жилой этаж.
Но всё это пролетает мимо моей головы, потому что, чёрт возьми, она ведёт меня в его чёртов кабинет? Почему мне кажется, что я снова в средней школе и меня снова тащат к директору?
У меня нет времени размышлять об этом, потому что мы остановились перед парой больших двойных дверей.
Майя дарит мне маленькую улыбку, которая не даёт никакой надежды, а затем быстро стучит по ней костяшками пальцев. — Сэр? — громко зовёт она.
Возникает пауза, а затем его глубокий голос произносит: — Проводи её внутрь.
О, Боже.
Майя открывает дверь и ведёт меня внутрь.
Мои глаза быстро перебегают на короля Засранца, сидящего за своим столом, а затем осматривают остальную часть комнаты. Как, я уверена, и большинство комнат в этом дворце, она большая и безликая. На самом деле, кроме стола с телефоном и стопками папок, плюс несколько книг на полках, в этой комнате нет ничего, что кричало бы "Офис короля".
Кроме того, мне кажется, я ожидала, что на нем будет корона, когда он сидит за своим столом.
Единственное, что на нем надето, это гримаса.
Я думала, что он будет унижаться, но, похоже, нет.
Король Аксель едва смотрит на меня, вместо этого сосредоточившись на бумагах в своей руке.
— Спасибо, Майя. Мне нужно несколько минут побыть с ней наедине.
Ней. Ещё даже не назвал моего имени. Он вообще знает моё имя?
— Хорошо, Ваше Величество, — говорит Майя и уходит, оставляя меня в кабинете с королём.
Такое ощущение, что меня заперли в тюремной камере.
Я по привычке прочищаю горло и смотрю на него, ожидая, что он обратится лично ко мне, стараясь при этом выглядеть холодной и равнодушной.
Я уже готова открыть рот и разрушить свою решимость, когда он постукивает своим длинным указательным пальцем по верхней части бумаги, которую он рассматривает, бумагу, которую я сейчас узнаю, как своё резюме.
— Здесь говорится, что вы работали во Франции в нескольких семьях, — говорит он, его голос хрипловат.
— Да, сэр, — говорю я. Поскольку он всё ещё смотрит на моё резюме, как будто это какая-то карта сокровищ, я смотрю на его макушку. У него светло-каштановые волосы, густые и блестящие. Немного длиннее на макушке, чем по бокам, но в целом короткие. Несколько модная стрижка для короля.
— Я так понимаю, вы немного говорите по-французски? — спрашивает он.
— Un peu (пер. фра. — немного), — осторожно отвечаю я.
Наконец он поднимает на меня глаза, и мне требуется огромное усилие воли, чтобы встретиться с ним взглядом и не отвести взгляд. Неужели я уже превратилась в камень?
— C'est tout? (пер. фра. — Это всё?)
Я киваю. Это всё. Совсем чуть-чуть. То есть, я знаю, что почти свободно говорю, но у меня такое чувство, что если я признаюсь в этом, он начнёт меня проверять.