Скандинавский король (ЛП)

Обжигающая.
Я хватаюсь за его шею, его кожа уже горячая на ощупь, моё тело жаждет его. Все эти месяцы фантазий подготовили меня к этому. Его пальцы нежно играют вдоль моего клитора, дразня, как трепещущие крылья, прежде чем погрузиться в меня.
Из моего рта вырывается вздох.
— О, Боже, — хрипло произносит Аксель, возвращая свои губы к моим. — Ты звучишь как ангел.
— Не обращайся со мной как с одним из них, — говорю я ему, втягивая воздух, когда его пальцы медленно удаляются. — Просто трахни меня к чертям собачьим.
Если Аксель и удивлён моим грязным языком, он этого не показывает. Он просто ухмыляется. Думаю, он привык к тому, что у меня нет фильтра.
— Как я и представлял, — говорит он, прежде чем опустить голову к моей груди, оттягивая вырез моей ночной рубашки в сторону, пока мой сосок не обнажился и не затвердел в воздухе. Его губы нежно посасывают кончик, прежде чем он втягивает его в рот одним длинным, сильным движением.
Моя спина выгибается ещё больше, и из меня вырываются задыхающиеся стоны. Мы всё ещё стоим посреди комнаты, и я не уверена, сколько ещё смогу так выдержать. Я начинаю отчаянно нуждаться в нём так, как никогда не думала, что это возможно, ноющая потребность, которая пробивает себе путь через мою сердцевину, превращая каждую часть моего тела в зависимую, наркоманку.
Он зажимает мой сосок между зубами и, делая это, снова погружает в меня свои пальцы, на этот раз три. Я расширяюсь вокруг него, требуя большего, больше. Каждый сантиметр моей кожи горит для него, не обращая внимания на снег за окном.
— Чёрт, — рычит он, убирая руку и засовывая пальцы в рот. Он не разрывает зрительного контакта, пробуя меня на вкус, облизывая боковую поверхность пальца своим длинным, плоским языком.
Мои глаза расширяются.
Боже мой.
Этот чёртов грязный датчанин.
— Ты на вкус как десерт, — говорит он, его акцент усиливается, прежде чем его рот снова прижимается к моему. Я солёная, мускусная, слегка сладкая, когда его язык проникает дальше в мой, доводя моё желание до точки кипения. Это уже самое горячее, что я когда-либо испытывала, а я уже была с довольно сексуальными французскими мужчинами.
Прежде чем я успеваю понять, что происходит, он толкает меня назад, его большое, худое тело нависает надо мной. — Ложись на пол, — приказывает он, его голос хриплый и насыщенный, кричащий о сексе, кричащий о власти.
Я с радостью опускаюсь на колени на толстый шерстяной ковёр и смотрю на него, пока он быстро снимает футболку и стягивает пижамные штаны. Теперь он голый.
Совершенно голый.
Его скульптурная, худая верхняя часть приводит к шести кубикам, а эти V-образные бедра ведут к…
Вау.
Это чертовски крутой датский член.
Я знаю, что чувствовала его раньше, его масса прижималась ко мне, когда мы целовались, я знаю, что готовилась к нему на днях, но теперь, когда он передо мной, он выглядит чертовски опасным.
Королевское оружие.
Я едва могу оторвать взгляд от его члена, чтобы посмотреть на него. Конечно, он выглядит самодовольным — он всегда выглядит самодовольным, но в его глазах есть чувство удивления, как будто он не может поверить, что это происходит.
Нас стало двое.
Вот и всё.
Назад дороги нет.
Поскольку я уже стою на коленях, и у меня слюна течёт от желания попробовать его, я хватаю его упругую задницу одной рукой, впиваясь ногтями, чтобы притянуть его к себе. Другой рукой я обхватываю его член у основания, делая вокруг него кольцо. Я дерзкая, как чёрт, а он такой чертовски твёрдый, словно шелковистая бархатная сталь. Я чувствую, как под ним приливает горячая кровь, как она пульсирует с каждым сильным ударом его сердца.
Я закрываю глаза и неуверенно провожу языком по чувствительной нижней стороне, а затем обвожу его головку, тёмную и пышную, слизывая выделившуюся сперму. Соль попадает на мой язык, поднимая моё желание к нему на новый уровень.
Я думаю, что сегодня он достигнет всех моих уровней.
Его рука забирается в мои волосы, слегка потягивая, и он стонет, когда я пытаюсь взять его в рот.
 
— Если ты будешь продолжать в том же духе, ты разрушишь меня, — говорит он, задыхаясь. — Я не хочу, чтобы ты разрушила меня без того, чтобы я сначала разрушил тебя.
Он вынимает свой мокрый член из моего рта и смотрит на меня тяжёлыми глазами. — Повернись.
Я не хочу переставать смотреть на его красивое голое тело или на обнажённое, голодное выражение его лица. Но жертвы должны быть принесены.
Моё сердце сильно бьётся в голове, когда я поворачиваюсь на полу на четвереньках. Он опускается на колени позади меня, и я задерживаю дыхание, ожидая его прикосновения. Кровать совсем рядом, и всё же мне нравится, что он собирается трахнуть меня на этом ковре, как будто мы не можем ждать, как будто мы нецивилизованные животные в этом золотом дворце.
Он быстро поднимает мою ночную рубашку, пока она не сбилась вокруг моей талии, затем хватает меня за задницу, сильно сжимая, чтобы я осталась на месте. Я вздрагиваю, давление кончиков его пальцев сильно, и всё же в тот момент, когда он уступает, я хочу этого ещё больше.
Он притягивает меня к себе, выбирая позицию, и одним быстрым рывком сдвигает в сторону моё нижнее белье и входит в меня. Воздух вырывается из моей груди, когда он заполняет меня, и на моих губах вырывается вздох.
— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает он, вздрагивая при этих словах, когда полностью проникает внутрь.
Как я себя чувствую?
Я не могу говорить.
Я не могу думать.
Я могу только чувствовать каждый сантиметр его твёрдого члена, сжимаясь вокруг него.
Я пытаюсь кивнуть, перевести дыхание.
Боже мой.
Насколько он реален?
Его хватка вокруг моей задницы усиливается — мне кажется, что он может оставить синяки.
— Я не могу обещать, что буду изысканным, и не могу обещать, что буду сдерживаться, — говорит он сквозь хриплый стон. — Только если ты пообещаешь, что тоже не будешь сдерживаться.
Чёрт возьми. Во что я ввязываюсь?
Всё, что ты когда-либо хотела.
— Звучит неплохо, мисс Аврора? — спрашивает он, его голос густой и наполненный вожделением. — Вы справитесь с этой обязанностью?
О, Боже, да, дай мне все эти грязные разговоры, дай мне все сценарии с порочным боссом.
Он останавливается, медленно вытаскивает, так дразняще, томно, что это мучительно. Я чувствую пустоту, я хочу его. Я хочу, чтобы он наполнял меня всё больше и больше, как воздушный шар, готовый вот-вот лопнуть.
— Трахните меня, Ваше Величество, — говорю я ему, и, к моему полному удивлению, его рука с громким, болезненным шлепком проходит по моей заднице.
— Да, — шипит он, и тут же вбивает в меня свой член, быстро, глубоко и неустанно. Снова и снова, и снова, в этом бешеном темпе, который заставляет меня пытаться держаться за ковёр изо всех сил, мои груди покачиваются от каждого быстрого, жёсткого толчка.
— Как мой член заставляет тебя чувствовать себя? Грязной? — спрашивает он через хриплый стон. — Насколько грязным ты хочешь его видеть?
О, Боже, я даже не знаю, что сказать. Слова вылетают у меня изо рта беспорядочно. Всё, что я могу вымолвить, это:
Да.
Ещё.
Вот здесь.
Сильнее, пожалуйста.
Пожалуйста, сэр.
Его толчки становятся быстрее, глубже и беспорядочнее, как будто он теряет контроль и переходит грань, увлекая меня за собой. Никогда ещё мужчина не входил так глубоко, не только в меня, но и в мою голову. Аксель поселился там с самого первого момента нашей встречи. Он — всё, чего я когда-либо хотела, и всё, чего я не должна была иметь, и он трахает меня так, будто завтра мы можем всё потерять, будто завтра нас вообще здесь не будет.
А может, и не будет.
Может быть, для нас нет завтрашнего дня.
Только здесь и сейчас.
Но сейчас у меня нет никаких мыслей.