Невеста по контракту, или Как довести жениха до ручки
Еще бы знать, что у них тогда произошло. Судя по тону дядюшки, ничего такого, что могло бы понравиться Элизе.
– Повторилось…? – рассеянно протянула я. – А такое может повториться? – удивленно приподняла брови я.
– Может, моя дорогая невеста, – окончательно обнаглев, этот змей взял мой локон и стал накручивать его на свой палец. – Очень даже может, – выразительно протянул дядюшка и вдруг дернул меня за волосы, вцепившись в прядь всей своей пятерней.
Я судорожно втянула воздух от боли и неожиданности, сжала челюсти, но даже не пискнула. Рот внимательно наблюдает за моей реакцией, но я не дам ему насладиться. Вместо слез и стонов ответила ему взглядом, полным ненависти и презрения.
– Не хочу портить твою симпатичную мордашку перед свадьбой, – заявило это животное, продолжая натягивать мои волосы.
Меня раздирает от желания пнуть его в пах, но кидаться в драку – безумие. Каким бы он ни был слабаком и ничтожеством, Рот чисто физиологически – мужчина. Он сильнее.
– Ты же не хочешь расстроить меня, Элиза? – елейным голоском поинтересовался жених, которому я бы с радостью оторвала женихалку. – Завтра на рассвете ты наденешь свадебное платье…
Не надену, у меня лапки.
– Пойдешь к алтарю…
Не пойду, придется тащить.
– И на вопрос жреца ты ответишь «да», – подытожил Рот.
«…да пошел ты».
Глава 3-1
Наконец, он отпустил мои волосы и даже пригладил их. Не сказав больше ничего, это парнокопытное наконец-то потопало к выходу, цокая копытами… каблуками, то есть.
Он закрыл дверь, щелкнул замок. Отлично, вдобавок ко всему меня еще и заперли. Хм… Неужели Рот все-таки опасается моего побега? Ладно, через дверь не выйти, но в комнате есть еще один выход. Поднявшись с кровати, я подошла к окну. Проста рама на щеколде, которая, тем не менее, заварена. Все предусмотрели, и окно не открывается. Не дай боже невеста от счастья в окно выйдет!
Но сдаваться я не собираюсь. Бабка Гретта свою драгоценную внучку в другой мир выдворила, лишь бы та не вышла замуж за это человекоподобное парнокопытное. Что ж, начинаю ее понимать! Вряд ли все тело в том, что Элизе не нравилась физиономия жениха. Любимый дядюшка явно не стесняется применять насилие и распускать руки. Сейчас его остановило нежелание портить внешний вид невесты, но вот после свадьбы он не будет себя сдерживать.
Элиза бежала не от брака, а от смерти. Что ж, и мне не стоить сидеть, сложа руки, в ожидании старухи с косой. Во взгляде дорогого жениха мелькнуло что-то такое, отчего у меня мурашки бегают даже там, где им быть не положено. Если за сироткой Элизой числится наследство, то хитрый муженек приберет его к рукам – в этом сомнений нет. А вот оставит ли он в живых свою женушку – вопрос на миллион долларов. Покойная бабушка так и не объяснила, почему Рот непременно должен умертвить новобрачную. С другой стороны, если настоящая Элиза явно выражала свое несогласие с предстоящим браком, да так, что аж пыталась покончить с собой, то многое становится понятно. А если она поднимет шум? А если потребует развода? А если сбежит? Вдруг в этом мире крепкая правовая система, защищающая женщину? В таком случае Рот лишится денег, а может и многого другого. Не только свободы, но и драгоценной женихалки.
Я все-таки попыталась выбраться через. В конце концов, можно же выдавить стекло! Здесь всего-то второй этаж, уж как-нибудь спрыгну. Прижав ладони к стеклу, я начала давить на него.
– Ай! – пискнула я, почувствовав удар током. – Они, что, ток по раме пустили?! – зашипела, потирая болящую руку. Жуть какая!
Мой взгляд привлекла картина за окном и та часть дома, которую можно рассмотреть с этого ракурса. Ну, Элиза и ее любящие родственники явно живут не в землянке. Особняк в два этажа минимум, коридоры, в которых легко можно заблудиться.
Я осталась в своей темнице одна. И под «темницей» я подразумеваю не только эту комнатку, но и чужое тело. Подойдя к зеркалу, я увидела совершенно незнакомую девушку. Тем не менее, нельзя не признать, что Элиза красива и нежна. В моей настоящей рыжеволосой внешности всегда проскальзывала воля, сила и свобода. Копна пышных рыжих волос, веснушки на щеках, широкие скулы, большие пухлые губы, румяные щеки. Но из отражения на меня смотрит миловидная красавица с тонкими, нежными чертами. Она вся – грация, скромность и робость. Эти тоненькие смешные бровки, маленький, чуть вздернутый носик, длинные прямые волосы, обрамляющие лицо. Милашка и трусишка.
Отойдя от зеркала, я запустила руки в волосы и слегка взлохматила их. Голова идет кругом от происходящего. Неужели все это реально? А может, я просто спятила от трех суток беспрерывной работы в реанимации? Говорили мне, что нельзя брать столько дежурств, но ипотека сама себя не заплатит. Я спала урывками по полчаса-час, вот и доигралась. Крыша уехала, а я осталась в новом дивном мире, где меня собираются выдать замуж и регулярно бьют.
Одно я знаю точно: не быть мне женой дядюшки Рота. Это даже не мое решение, а предчувствие. Что-то внутри подсказывает: не бывать этому. Понятия не имею, как мне удастся избежать этой вязки, но слова «да» от меня никто не услышит.
* * *Глава 4
– Эй, вставай! – услышала я грубоватый приказ. У меня что, день сурка?! Я мгновенно проснулась и подскочила на постели, готовая обороняться от побоев. – Какая ты резвая, – издевательски усмехнулся дядюшка Рот, стоя над кроватью. – Не терпится стать моей женой? Понимаю, – вздохнул он. – Не бойся, через час все случится, – жених кивнул кому-то, и от стены отделились две женские фигуры. – Оденьте ее, – холодно приказал он и отошел лишь на шаг.
Тотчас две девушки взяли меня под руки и практически силой вытащили из кровати и поставили на ноги. Я вырвала свои конечности из крепкой хватки, но никто не обратил на это внимания. С меня сорвали платье, в котором я вчера уснула, и начали силой втискивать в белое подвенечное платье. Я сопротивлялась, уворачивалась, сжимала пальцы в кулаки, чтобы они не протиснулись сквозь кружевной рукав, но все тщетно. На меня надели свадебное платье из белого шелка, с отделкой из кружев и рюш. За этой экзекуцией наблюдал Рот. Посмотрев на него, я ожидала увидеть гаденькую ухмылку, но поймала на лице жениха напряженное, крайне недовольное выражение.
– Волнуетесь перед свадьбой, дядюшка? – не скрывая злости, поинтересовалась я. Кстати, что у них тут за кровосмесительные практики? Разве положено дяде жениться на племяннице?
– Что это с тобой, Элиза? – приподнял бровь Рот, наблюдая за тем, как меня заковывают в корсет. – Ты изменилась, – и ему это явно не нравится.
– Надвигающаяся смерть меняет людей, – заявила я безо всякой насмешки.
– Да упасут тебя боги, Элиза! – деланно удивился Рот. – О чем ты? Какая смерть? Мы будем жить долго и счастливо, обещаю тебе, – сверкнул глазами он, всей своей змеиной мимикой демонстрируя, что смерть разлучит нас очень быстро.
Девушки в четыре руки соорудили на моей голове высокую прическу из кос и закрепили в волосах заколки с драгоценными камнями. Да уж, на внешнем виде невесты не экономят. В довершение предсвадебных сборов мне на голову надели полупрозрачную фату, полностью скрыв лицо.
– Отлично, – констатировал Рот. – Идем, моя дорогая невеста. Мне не терпится взять тебя в жены, – фраза прозвучала так плотоядно, словно он хотел сказать, что ему не терпится проглотить меня.
Не церемонясь больше ни секунды, дядюшка взял меня под руку и потащил к выходу. Я пыталась вырваться, но он прижал к себе мою руку так, славно хочет ее сломать.
– Мне больно, дорогой дядюшка, – сквозь зубы процедила я.
– Потерпишь, куколка, – шикнул на меня он. Мне приходится буквально бежать за этой свиньей, иначе упаду.
Мы очень быстро подошли к большим дверям, ведущим, очевидно, в торжественный зал. Рот уже потянулся к металлическим ручкам, когда я твердо заявила ему: