Невеста по контракту, или Как довести жениха до ручки
– А насиловать будете? – с деловым прищуром уточнила я.
Даргхан начал подрагивать от с трудом сдерживаемого смеха.
– Нет, этого делать не буду, – покачал головой он, не в силах спрятать улыбку.
– Какой вы скучный! – презрительно фыркнула я.
– Добавим еще пункт, – внезапно заявил он и занес перо над пергаментом. Так и не сказав мне, что за пункт, он самовольно вписал туда что-то.
– Какой пункт?! – потребовала ответа я и в ужасе округлила глаза. Да мало ли, что он там накарякал?! Может, переписал на меня все свои долги! Отбивайся потом от коллекторов!
– Жених обязуется покровительствовать Элизе из дома Гротт до конца ее дней, – сам себе продиктовал даргхан. – Обязуется блюсти ее интересы, оказывать помощь в случае необходимости и по ее личной просьбе, оказывать содействие во всех вопросах.
– Ми-минуточку! – растерялась я. – Я об этом не просила!
– Да, я оценил твою скромность, – хмыкнул в ответ даргхан и даже взгляд от контракта не оторвал, продолжая писать.
– Вы… Вы… – я силилась выдавить из себя хоть какое-то обвинение, но на ум приходят одни комплименты. Что я ему скажу? «Вы слишком заботливы!»? «Да как вы смеете проявлять внимание и заботу к той, которая оказала вам помощь»? – Вы слишком много на себя берете! – наконец, нашлась я.
– Поверь, это совсем немного, – заверил меня даргхан равнодушным голосом. – Ты могла бы попросить полное содержание безо всяких обязательств, – намекнул он и соизволил посмотреть на меня.
– Что? Быть содержанкой?! – я даже не знаю, как реагировать. Меня захлестнули противоречащие друг другу эмоции. Начать возмущаться мне или… согласиться? У меня нет средств к существованию в этом мире, брать меня замуж даргхан не собирается, да и сама я не желаю становиться ничьей женой. Да, у Элизы есть наследство, но воспользоваться им можно лишь после замужества. После Дарг-Раат никаких обязательств друг перед другом у нас не будет. Да, мне обещали некое «улучшение положения», но хочется чего-то более конкретного.
Пожизненное содержание… Звучит, конечно, соблазнительно! Кто ж откажется от зарплаты ни за что? Но я не наивная дурочка, и прекрасно понимаю, что таким макаром попаду в тотальную зависимость от даргхана. Кто девушке платит, тот ее и танцует. Что он потребует от меня потом? Я пока не готова прыгать в омут с головой. Пока поплаваю на поверхности, прощупаю дно.
Глава 8
– Я впечатлена вашей щедростью, – поблагодарила я его с таким видом, словно отказываюсь от отравленного напитка. – Но дочитаем контракт до конца, – улыбнулась я даргхану.
– Как вам будет угодно, Элиза, – ничуть не смутился мой благоверный.
Неужели для меня забрезжил свет в конце тоннеля? Тащить меня под венец никто больше не собирается, жених готов к диалогу и даже жениться на мне не собирается. Так, покажет людям, чтобы не стыдно было, и отпустит с миром. А ведь я вижу, что даргхан – человек неплохой. Даже когда он угрожал мне смертью, в голове крутилось только одна фраза: «Не верю!».
Мой новый жених едва заметно улыбнулся уголком рта и прочитал еще четыре пункта. На удивление, к ним у меня не возникло вопросов. Все понятно и правильно.
– Давайте подпишем, – приняла решение я.
– Уверена? – решил уточнить даргхан, удивленный моим добровольным согласием.
Откровенно говоря, такой тяжести я не ощущала даже тогда, когда подписывала договор об ипотечном займе. Тем не менее, нужно решаться и идти вперед, используя все возможности, которые дает судьба. На данный момент сделка с даргханом – мой единственный призрачный шанс вернуться домой.
– Давайте, пока не передумала, – вздохнула я, а даргхан… снова потянулся к ножу. Неужели он не шутил, когда требовал поставить подпись кровью? Ничего не объясняя и не комментируя, это чудо-юдо с каменным лицом сделало длинный разрез на собственной ладони, в появившуюся багряную кровь «обмакнул» перо и… подписал контракт. Ей-богу, будто не собственную кожу повредил, а масло на хлеб намазал. Я наблюдала за ним с таким выражением лица, как будто он на моих глазах решил выпить рюмочку нашатырного спирта.
– Я? – крякнула, когда даргхан протер перо и протянул его мне. – Э-э-э… Я все еще предлагаю альтернативные варианты крови, – с просящей улыбочкой пропищала я.
– Ты боишься крови? – удивленно предположил даргхан.
Мой хороший, знал бы ты, сколько литров крови я выкачала из пациентов, беря ее для анализов. Граф Дракула лопнул бы от таких дозировок. Нет, дело не в страхе, а в дикости происходящего. Для меня, что писать кровью, что измазать пергамент мочой – большой разницы нет, ведь все это – физиологические жидкости.
– Ладно, – буркнула я, принимая кинжал, на котором все еще видны следы размазанной крови. – У вас спирт есть? – обратилась я к хозяину дома. Нужно же соблюдать хоть какую-то стерильности. Еще не хватало подхватить заражение крови!
– Ты собралась напиться?! – даргхан чуть не грохнулся со стула.
– Нет, мне нужно протереть ножик, – закатила глаза я. Какой же дремучий все-таки этот магический народ. Никакой антисептики!
Удивительно, но спирт в доме нашелся. Небольшой закупоренный бутылек, уже опустошенный наполовину. Раз о дезинфекции здесь и не слышали, значит, спирт использовался с другой целью. Я бросила на даргхана быстрый взгляд. Ну, а с другой стороны, чем еще заниматься одинокому мужчине в ветхом доме на отвесной скале?
– Проклятый старый дом… – напела я, откупоривая бутыль и промачивая спиртом салфетку.
– Что? – не понял меня хозяин дома.
– Да так, – мотнула головой, протирая лезвие кинжала. Честно говоря, еще никогда мне не приходилось резать себя.
– Может, лучше я? – напрягся даргхан, увидев, как я прицеливаюсь к своему пальцу.
– Нет, – бросила я ему и сделала маленький надрез. Алая капиллярная кровь выступила над кожей, и я поспешила собрать ее кончиком пера. На что только не приходится идти ради того, чтобы вернуться в родной мир, в ипотечную студию, к своим круглосуточным дежурствам.
– Больно? – внезапно спросил даргхан.
– Нет, с чего вы взяли? – удивилась я его вопросу.
– Ты скривилась, будто тебе больно, – объяснил он.
– Мало приятного в том, чтобы резать себя, – нервно рассмеялась я. – Впрочем, всякое бывает, – пробубнила себе под нос. Однажды к нам привезли человека, который изрезал себя так, что на нем живого места не было. Кровопотеря была больше литра, но этот хирург-самоучка так и не повредил себе ни одного жизненно важного сосуда. Полежав в реанимации, он благополучно уехал лечиться в психбольницу.
Вполне возможно, что, если мой план удастся, и я вернусь в родной мир, то уеду туда же.
Я занесла перо над контрактом и вдруг вспомнила, что я писать не умею. Как на местном наречии звучит имя Элизы Гротт? Я могу написать свое имя на русском языке, в крайнем случае, продублировать его латиницей.
– Говорите, можно поставить закорючку? – как бы невзначай уточнила я.
– Не важно, главное, чтобы на пергаменте была ваша кровь, – ответил мне даргхан.
Ух, ты, как удобно! Не важно, что я напишу на пергаменте? Можно даже неприличный символ нарисовать? Немного подумав, я вывела пером «C8H10N4O2». Абракадабра? Вовсе нет! Это формула кофеина. На дежурствах я пила его литрами, порой по шесть чашек бодрящего эспрессо за одну ночь. Если что-то и может олицетворить меня, то только эта формула.
Глава 9
Посмотрев на мою подпись, даргхан скривился, но вслух ничего не сказал. Хоть что-то вывела, и на том спасибо. Он долго смотрел на контракт, перечитывая его, и вдруг мужское лицо заметно смягчилось. Резкие черты исчезли, морщина на лбу расправилась, и на губах заиграла светлая улыбка.
– Спасибо, – неожиданно произнес даргхан. – Я благодарен тебе за помощь.
– Вам откажешь! – буркнула я и обиженно надула губки. – То убить грозитесь, то в темницу заточить. А еще на Рота выступали.