Живой Лес (СИ)
Жить до свадьбы мне предстояло в доме будущего мужа для ускорения знакомства и инициации общих интересов (я искренне надеялась найти их полное отсутствие). К чему такая спешка, я не понимала, но дед наказал собираться немедленно. Похоже, старуха не дала согласия лечить его, пока он не спровадит меня в ссылку. До торжественной свадьбы мне предстояло перекантоваться три-четыре месяца в глухом поместье, ведь подготовка к такому грандиозному событию требовала много сил и не менее средств. Я была лишь рада, что у меня есть время, позволяющее разругаться с женихом вдрызг и отменить намечающееся замужество.
Насупившись, я внимала все новым подробностям моей, грозящей стать надломанной, судьбы. Мое окончательное пленение, то есть свадьба, было намечено быть проведенным в городе промежуточного назначения между столицей Латерой и удаленным поместьем жениха. Пока мои родные будут заниматься организацией пышной церемонии, мне было велено наладить отношения с будущим супругом (еще чего!), чтобы предстать во всей красе и не выкидывать фортели во время свадьбы, куда дед намеревался (и немедленно поставил нас об этом в известность) пригласить некоторых представителей Императорской семьи.
С каждой фразой, изреченной усатым ртом Гарольда, мое, и без того незавидное, положение становилось все хуже. Как я не грохнулась в обморок от избытка негативной информации на этом самом ужасном в моей жизни семейном обеде — не знаю. Но правое веко стало подергиваться изрядно.
— Позвольте, Дедушка, — наконец смогла я собрать мысли в кучку и выдать последний свой аргумент. — Мои учителя из Изыскария — а Вы их знаете, бросаться словами они не будут — возлагают большие надежды на меня, как на будущего ученого, и было бы неверно отказывать им в этом, когда они потратили столько сил на мое обучение. Тем более, у нас в самой активной разработке находится проект по исследованию свойств элементов земли и…
— Не волнуйся, дорогая, — не дал мне договорить дед, — я помогу тебе с этим вопросом. Ты сможешь взять с собой книги, необходимые для твоего дальнейшего образования, и позже, летом, заняться сдачей отчетных работ вместе со всеми.
— Но сейчас уже весна, и разумнее закончить учебный год сейчас… — попыталась в очередной раз возразить я в надежде оттянуть время. Пятой точкой уже понимала — не прокатит.
— Нет, нет и еще раз нет, — подтвердил мои догадки дед, — согласно доверенному источнику, все должно произойти именно сейчас!
Знаю я твой доверенный источник с бородавкой на носу, подумала про себя я. Ага, как же, книги мне взять с собой! А лабораторию с реактивами, может, тоже перевезти?
— К сожалению, моя учеба требует много испытаний в лабораторных условиях… и невозможна только с помощью учебной литературы, — постаралась сказать как можно спокойней, в то время как в голове быстрой вспышкой пронеслась спасительная мысль. — Пусть жених приедет сюда! — радостно закончила я (тут мне с ним разобраться будет куда проще!)
— Признаться, я рассматривал такой вариант, — немного потупился Гарольд и махнул с сожалением рукой. — Но он отказался. У него там тоже важное дело, не допускающее длительных отъездов.
Ага, ну какое важное и безотлагательное дело может быть в глуши у молодого человека? Проникновенные медитации под елкой? Выращивание оленят? Срочный сбор клюквы? Одна мысль казалась абсурдней другой. Потому что, ясен пень, не хочет мой суженый ехать знакомиться непонятно куда неизвестно с кем, попадая под прицелы взглядов многочисленной родни. И заставить, как меня, его даже дед не в силах. Ну ничего, устрою я тебе свидание среди елок и мухоморов с комарами, сам в город сбежишь, со злостью подумала я про этого господина «Важное дело»!
— Полагаю, Алёна когда-нибудь сможет закончить свое образование, кх-м-м… а впрочем, как говорится, образование для женщины — не самое важное! — ляпнул дед и смущенно улыбнулся. Наверное, сам понимал, какую глупость сморозил. Я кисло улыбнулась, мстительно представив, как старуха, явно не получившая приличного образования, кормит Гарольда скользкой болотной кашей, замешанной на прошлогодних насекомых. В лечебных целях, по самому новейшему сборнику оккультных рецептов.
За столом воцарилось радостное оживление. Все родственники принялись с удовольствием обсуждать детали моего предстоящего переезда, общения с женихом и подготовки к свадьбе. Садисты! Не им же переться к черту на куличики, как в переносном, так и, наверное, в прямом смысле! Отовсюду доносились советы один краше другого:
— И фата, фата должна быть непременно не менее трех метров и с оборками, я слышала это хорошая примета! — кричала тетушка справа.
— Мальчики рождаются, если зачать на пятые сутки лунного цикла! — вторила ей кузина слева.
— К остроносой рыбе идеально подойдет заправка из пряного масла Силийского ореха! — орал кто-то с торца.
Совсем с ума сошли. Не выдержав происходящего, я схватилась за горящие щеки и выскочила из-за стола. Побежала к выходу, мысленно посылая импульс негодования в сторону бездушной родни, и прошипела:
— Ну, Старая Заноза, доберусь я до тебя вместе с твоими тараканами, так и знай! Только сначала придется разобраться с проблемой, которую ты мне накаркала, — с моим женихом!
Глава 2 — Кружевные панталоны и прочие вещи для удачного замужества
С матушкой в обнимку мы прорыдали ровно три дня, извозив в соплях все домашние платья. Она первая нашла в себе силы остановиться, я же готова была оплакивать свою растоптанную судьбу месяцами, не меньше! Благодаря матушке удалось отсрочить отъезд на неделю под предлогом необходимости основательно подготовиться к поездке и снять мерки для свадебного платья.
Первым делом, придя к трезвому заключению, что надо приспосабливаться к новым жизненным обстоятельствам и хоть как-то скрасить их невыносимость, матушка встряхнула безвольную, измазанную слезами амебу, сидевшую на моем любимом бархатном диване в россыпи оберток от шоколадных конфет и яблочных огрызков (привычка грызть яблоки в немереных количествах во время душевных волнений — у меня с детства: таким образом, «голова занята хрустом», как говорит Джит), и повела бледную зареванную девицу к портным для выбора подходящей экипировки для замужней жизни.
Мерки мы сняли, но фасон свадебного платья на свадьбу с таинственным, но от этого не менее отвратительным женихом, интересовал меня мало. Видя мое безучастное, словно у пасущейся коровы, лицо, портные пообещали прислать каталог платьев домой (я нервно хихикнула, представив гонца с глянцевой книженцией, с упорством пробирающегося через высокие горы и бескрайние долины в глухое место, которое стараниями колдовских зелий выбрано моим обиталищем).
В моей голове до сего момента жил исключительно другой каталог — элементов земли, воды и воздуха. Я обожала, задержавшись в лаборатории, часами перебирать удивительные блестящие кристаллы различной окраски, горные породы, порошки и смеси, сопоставлять их, сравнивать, изучать, нюхать и смешивать по инструкции для получения новых соединений. Совсем редко это заканчивалось незначительными взрывами, на которые профессор Листор терпеливо закрывал глаза благодаря моим академическим успехам. Суету же подруг с вычурными нарядами, ярким телесным раскрашиванием и трепетными первыми свиданиями всегда считала пустой тратой времени и недостойным занятием по сравнению с познавательными и слегка рискованными лабораторными опытами.
Но матушка рассудила иначе, обратив пристальный взор на платья, украшавшие манекены магазина (манекенам они вполне шли и не было необходимости срывать их с той вероломностью, с которой это сделала матушка, но мне не удалось ее удержать), — для повседневной жизни и прогулок, важных встреч и, непременно, выхода в свет. На мой взгляд, все эти платья были чересчур откровенными, — с большим декольте, вырезами снизу или на спине, декорированными вставками и рюшами, с гипюром и блестками, бросающими в глаза мириады лучей, отражая яркое полуденное солнце. Я поморщилась и попыталась остановить такую расточительность: