Живой Лес (СИ)

Мелькнула ехидная мысль, не страдает ли он одной из столь тщательно скрываемых мужчинами проблем? Мой взгляд невольно скользнул вниз, словно в поиске того самого проблемного места, и я невольно покраснела. Сюда бы Джит, с единого взгляда она поставила бы диагноз.
— А что?.. Опасается, как бы невеста ничего не узнала и не сбежала, вот и торопится сковать узами брака… — бормотала я сама с собой, пытаясь взбить пену с помощью найденного кусочка мыла. — Комплексы те же… Растоптанные и отвергнутые в юности чувства объяснили бы явное расстройство характера. Еще и Гарольд контракт подкинул. Влипла, — резюмировала я.
Прискорбным фактом значилось явное. Договориться с Ратмиром о полюбовном завершении нашей, не успевшей начаться любовной истории, не выйдет. Другие же методы подразумевали необходимость вытерпеть раздавленное самомнение и изничтоженное достоинство…
— Сам напросился, — прищурившись буркнула я и закончила водные процедуры.
За окном, выходившим из ванной в лес, блуждали розоватые рассветные лучи, окутывая все вокруг обманчиво нежной паутиной. Заливались птицы, дополняя притворно сладкую атмосферу. В воздухе струился нежный аромат найденного мною мыла. Кто-то позаботился о том, чтобы невеста благоухала не хуже дикой розы, но в голову лез лишь образ скукоженного колокольчика, варварски срезанного и унесенного с родной земли.
— Зазеваешься и вмиг окажешься окольцованной да на брачном ложе, — здраво рассудила я. Необходимость в расследование назрела сама собой, остро встал вопрос, какие страхи и комплексы не дают покоя навязанному жениху. Вцепился в первую подвернувшуюся невесту, словно оголодавшая мышь в последний кусочек сыра, или Ку-ку — в перепела! — Ну ничего!.. Я не менее ядовита для суженого, чем злополучная перепелка для кота!
Воображение моментально подкинуло картинку, как жених в порыве страсти целует притаившуюся невесту и моментально покрывается синими пятнами, грохнувшись с кровати без чувств и успев издать крик недоверчивого отчаяния вкупе с нереализованной надеждой на утоление телесной тяги.
А, собственно, есть ли у него вообще эта тяга?.. Подленькая мыслишка сигнализировала — не плохо бы проверить, все ли в порядке с женихом. Я воровато выглянула в приоткрытое окно. Под ним располагался довольно широкий карниз с неуместными для старой каменной громадины цветочными завитками. Карниз выглядел как дополнительный проход между комнатами, удобный для незапланированного отступления гостей, которые по неким туманным причинам не могли войти в покои сквозь главную дверь.
— Ползти вдоль стены на втором этаже не так страшно, — решила я, вспоминая, что ровно через одно окно кабинета притаилось окно личных покоев жениха, готовое открыть хотя бы толику поднакопившихся тайн. Про неминуемый конфуз, который случится, если кто-то застанет меня за негодным занятием, я предпочла не думать.
Я оставила в покое авантюрные мысли и стала обдумывать план действий по злонамеренному отпугиванию жениха. Невероятным образом все складывалось само самой! Я все время выставляла себя в неприглядном свете, в неказистом виде и с совершенно неподобающим для знатных домов поведением. Жаль, что должного эффекта до сих пор это не возымело, жених не выставил меня за порог, вздохнув с облегчением, и даже не разрешил пожить в гостевом крыле. Надеялся, видать, на налаживание отношений и оживление подобающих манер у невесты, вдолбленных в глубины сознания гувернантами и благородными институтами. А зря!
Я никогда не заботилась о правилах приличия так, как это делали мои подруги. Мой ум всегда был слишком поглощен исследованиями и задумками. Пожалуй, выражение «ботанка» меня описывало сполна. Однако реверанс Ратмиру я, безусловно, покажу, и не один, Клозель будет довольна.
Значит… Что же может заставить мужчину собственноручно отказаться от невесты? Что отпугнет такого деспота, как Ратмир? Спасительная мысль пронеслась в голове как ураган, сметая все на своем пути.
Что будет действовать наиболее раздражительно на жениха, как не девица, считающая этого самого жениха своей собственностью? Прилипчивая, преследующая, и в то же время глупая, алчная невеста — наилучший рецепт по отпугиванию мрачных типов. Признаться, я даже размечталась, что жених приплатит мне, чтобы я оставила его дом и душевное спокойствие в покое.
 
Я радостно потерла руки от собственной сообразительности и по-детски взвизгнула. Конечно! Решение было найдено, простое и очень изящное. Осталось уверить себя и окружающих в том, что я настолько жажду выйти замуж и стать собственницей поместья, что безумные желания застилают мне глаза и лишают чувства меры.
— Я буду заботиться о тебе, женишок, так, что ты первый сбежишь и начнешь прятаться от меня по углам своего громадного поместья! — злорадство волной наслаждения захлестнуло меня внутри и я мысленно провела черту под своим планом, искренне надеясь, что в скорости смогу без проблем догнать учебные дисциплины в Изыскарии.
К слову, ванная была оборудована весьма неплохо для глухомани. С удивлением я обнаружила сушильню и баночки со смесями для тепловых реакция. Все по последнему слову прогресса! Всыпала два нужных порошка в нагревательное отверстие, — уж в чем-чем, а в химии я разбиралась, — и волна горячего воздуха стала подниматься вверх. Подставив голову, я досушила влажные пряди.
Уже в комнате я порылась в шмотках, которые до сих пор лежали в сундуках. Проклятье! Мне явно не досталось нормальных платьев. Благодаря матушке и её тревожным мыслям относительно моего обустройства, её навязчивому желанию наладить притяжение ко мне будущего супруга, сундук пестрил яркими тряпками с рюшами, цветочками и, местами, воланами. Матушка, без сомнения, полагала, что любой нормальный жених находит особое удовольствие в поиске видимых участков телес невесты среди объемных тканевых складок и нелепых прорезей! Я выругалась, перебирая срамную одежду, и достала наиболее скромное из предложенного синее платье длиною до колен и открывающее участок спины. Сойдет, решила я, натянула странный наряд и на цыпочках покинула свою комнату.
Поместье спало. И хотя сквозь окна пробивался утренний розоватый свет, и вовсю напевали любовные трели птахи, в остальном не было слышно ни шороха. Я сделала осторожный шаг, едва слышно скрипнула паркетная доска. Не в состоянии унять любопытство, тихонечко подобралась к комнате Ратмира, замерла у массивной двери и прислушалась. Что уж я там хотела обнаружить — храп, свидетельствующий о заболевании носоглотки жениха, или потустороннее завывание — доказательство, что жених по ночам обращался никак не меньше, чем в кровожадного монстра, — не знаю. Но правда была в том, что я не услышала ровным счетом ничего, поэтому решила обследовать уже знакомые мне общественные помещения по центру поместья. Но и там никакого интересного предмета не обнаружилось. Содранная нещадно штора так и возлежала посередине гостиной, намекая на вчерашние непотребные действия, связанные с нашим приездом. Я покосилась на диван со скомканной обивкой, где накануне мы с Ратмиром были расположены весьма нелепо в попытках залить в несчастное животное капли подозрительно-живительной жидкости. Хозяин дома прилично тяжел, отчего-то вспомнилось мне…
Приходилось признать, что жених не был таким уж мерзким до глубины души, как хотелось о нем думать. Все-таки за кота он беспокоился и применил все посильные способы помощи. Перед отъездом домой (а я не имела права допустить в себе сомнение, что этот отъезд состоится) крайне необходимо собрать образцы имеющейся у Ратмира янтарной жидкости, оказавшейся таким эффективным лекарством. Жизненно важно (особенно для Ку-ку) узнать состав, который мог бы стать прорывом в лечении аллергии.
 
В столовой оказалось все убрано, приготовления к завтраку еще не начались, но, судя по времени, управляющие скоро проснутся. Не хотелось неожиданно столкнуться нос к носу с кем-то из прислуги. Крадучись как мышь, я поспешила во второе, левое крыло, где расположились гости и жители поместья, знакомство с которыми мне только предстояло.