Живой Лес (СИ)

Но в следующую секунду пришло чудовищное отрезвление, когда я увидел сгущающиеся, дребезжащие нити страха вокруг неё. Случилась беда. Беда!.. Это зыбкое и почему-то приторное ощущение, как будто от тебя отрывают нечто важное, пока ты остаёшься в приятном неведении, было мне уже знакомо. Очень давно… Тогда, когда я отпустил Илен, и она больше не вернулась. Сердце пропустило удар, а потом сжалось так сильно, что мигом закружилась голова, и окружающее пространство начало поворачиваться вокруг своей оси.
Стараясь не поддаваться панике, я с замиранием прошептал единственный вопрос «Где ты?!» В голове моментально замелькали картинки, значит, Алёна услышала меня и смогла ответить: приземистый дом со знаком, хорошо знакомый мне в эти дни… Черт! Мартимус!!! Неужели… неужели!!! Мой кошмар повторялся вновь. Как из ведра с грязной жижей, меня захлестнули знакомые чувства: ненависть, боль, отчаяние, страх… Я вскочил с места и, не вернув должным образом книгу, стремглав бросился в город. Сознание, между тем, показало и другие сюжеты — лодку, плывущую по заливу, старую затхлую комнатку с окном сверху… Темница!
Осколки ярости взорвались внутри, откуда-то моментально вернулась былая сила, я едва не выбил дверь библиотеки. Кошмар повторялся, это было невероятно, словно сама судьба мне вновь демонстрировала издевательскую гримасу… у меня хотели отобрать любимую. Быстрее ветра я помчался в сторону дома Мартимуса, смутно ощущая, что искать там нечего. Все же я должен был проверить. Одновременно настроился на лес, делать это на скаку в любое другое время было бы неудобно. Но сейчас словно фонтан невиданной энергии расплескался внутри. Я взывал о помощи волтов, звериная сущность которых всегда позволяла им тоньше других ощущать скрытые связи. Они откликнулись, моментально и без промедления бросились в путь. Выносливые и быстрые, я думаю, они доберутся до города дня за полтора.
В полной темноте накатившей ночи я заскочил на территорию дома Мартимуса и моментально почувствовал болезненный укол в сердце. Алёна тут определенно была, я это… ощущал. Хотя все вокруг было спокойно, но странная незримая боль разлилась в воздухе, а ещё я уловил её запах. Повышенная чувствительность — наследие леса и волтов. Поэтому я чувствовал не просто запах, а запах боли. Мои собственные многолетние кошмары захлестнули меня с головой, затопили сознание и взбурлили кислотой внутри, выжигая сердце, которое сейчас крючилось и шипело в неведении.
Признаться, входить внутрь дома было страшно. Я не знал, что там увижу и был не уверен, что смогу совладать со своими эмоциями. Выбив стекло, я все же проник внутрь темного, неприветливого, утонченно холодного пространства и очутился в гостиной. Первое, на что наткнулся мой взгляд, — распростертое на полу тело недотёпы Долмана с огромным растекающимся пятном крови под головой. Я склонился над ним — пульса не было, бедняга получил по затылку острым металлическим набалдашником с такой силой, что череп оказался проломлен.
Я думал, что в этой игре в кошки-мышки, кошки — это мы, а оказалось — наоборот. Инквизиторы непостижимым образом опередили меня. Я тщательно осмотрел помещение и на пути к выходу нашёл ещё одно пятно крови на полу и на стене, что взбудоражило меня ещё сильней. Кровь принадлежала Алёне. Я знал, я помнил её вкус и запах. В полном ошеломлении я дотронулся пальцем до засохших капель. Это было сегодня. Все произошло сегодня, а я даже не заметил. Я ничего не почувствовал. Болван!.. Дно самой глубокой бездны казалось мне раем по сравнению с болью и опустошенностью, которую я ощутил в тот момент.
Самое ужасное, что все это время я был рядом и мог помочь, и даже исправно наблюдал за домом днём ранее. А вот именно сегодня… нет. Почему судьба так жестоко смеётся надо мной? На миг приблизив к счастью, затем молниеносно выдирает сердце, отнимая все, что дорого? Я провалился… сознание неумолимо ускользало, убегало куда-то вдаль. Немногим позже я обнаружил себя, сидящим в полном оцепенении на полу. Кажется, мой разум отключился под тяжестью свалившейся информации. Какая-то бессильная тоска и опустошенность завладела нутром. Беспомощность. Я слишком хорошо был знаком с этим чувством, и теперь оно вновь навалилось на меня. Почти что по привычке. Я не знал, что делать. Просто не знал. И сознание, не в силах принять эту тревогу, это понимание надвигающейся катастрофы, просто хотело забыться, отключиться от всего.
 
Я заставил себя встать. Я не знал как, но надо было действовать. Надо было понять, где держат Алёну. успеть… пока не случилось непоправимое… Черный понес меня в сторону доходного дома, где мы остановились с Эстом. Проезжая мимо родительского дома Алёны, я заприметил во дворе Ариадну. На миг закралась надежда, что и Алёна там. Но нет… Ариадна беспокойно топталась в тревоге, которую я ощущал даже издали. Она была здесь одна. Духи, я даже о ней не подумал! Но умное животное само пришло туда, где о нем позаботятся. Впрочем, её съедала такая же тоска о хозяйке, что и меня. Приблизившись на мгновение к ограде, я скользнул рукой по тёплой голове, по влажному носу, успокаивая.
— Я обязательно ее найду, — только и сказал я, до боли скрипнув зубами. Возможно, это будет стоить мне жизни. Но второй раз я не сдамся. Не дам повториться кошмару, чего бы мне это не стоило. Какая-то глухая уверенность, что на этот раз я выцарапаю ее жизнь даже у самого дьявола, наполняла меня изнутри.
Буквально через несколько минут я ворвался в гостевой номер Эста и поделился своей бедой. Мой ближайший соратник слушал внимательно, мрачные тени бежали по его лицу, но он, в отличие от меня, сумел сохранить спокойствие.
— Сосредоточься, Ратмир, сейчас самое важное — связь! Взгляни внутрь себя как можно внимательней. Ничто не повторяется просто так. Пойми, все происходящее — неспроста… И сейчас — именно твоя партия. Твой шанс изменить прошлое. И будущее. — Эст глядел мне прямо в глаза. — Уверен, ответ ты знаешь. Все, что происходит — прямо перед тобой. Все загадки и ответы рядом. Надо достать это изнутри. Из глубин своего сознания. Поверь, это где-то рядом, и только так ты сможешь помочь Алёне. И самому себе, — друг как всегда был мудр и немного отрезвил меня. Действительно, я сам чувствовал, нечто все время ускользает от моего понимания. Что?..
Я сел на деревянный пол и скрестил ноги. Так, внизу, соприкасаясь с натуральным деревом, проще всего чувствовать связи. Но что-то подсказывало мне, что думать надо в обратном направлении. Нечто очень важное скрывалось рядом, как спелая ягода под сухим листом.
В доме Мартимуса мне показалось, что именно он мог быть причастен к гибели Илен в прошлом. Безжалостный фанатичный человек с ангельской личиной счёл себя вершителем судеб. Учитывая период наблюдения за ним детектива и замедленное старение, лидер Мартимус, вероятнее всего, присутствовал или был зачинателем казни Илен.
Глухая ненависть стучала в висках, хотелось столкнуться с этим человеком лицом к лицу и разорвать его голыми руками… Но, ярость плохой советчик. Чем бы не руководствовался Мартимус, в его голове царит собственная, пусть и порочная система убеждений. Мне надо справиться с этой системой, только и всего. В лице Мартимуса и всех его приспешников. Я борюсь не с людьми, а с ошибкой, которая завладела их душами…
Я уговаривал себя, это помогало справиться со злостью. И все же мои кулаки с силой сжимались, во мне горело желание причинить неимоверные муки самому Мартимусу. И все же… Когда я вспоминал про Илен, внутри снова билась какая-то странная мысль. Детали головоломки кружили вихрем, никак не желая срастаться в целый и понятный ответ. Илен… Илен. Моя первая и трагическая любовь. После гибели Илен стала приходить ко мне во снах. Это длилось, не всегда. Ровно до того момента, как родилась Алёна. 20 лет назад. Илен и Алёна на удивление схожая группа имён, как же я этого раньше не замечал? У Алёны есть ясная отметина инквизиторов в виде врожденного пятна именно в том месте, где было клеймо у Илен. Невероятные совпадения! Я видел их и раньше, но отказывался осознать, это было слишком шокирующим для меня. Я закрывал глаза и хотел видеть мир более простым. И самое главное, Алёна слишком легко влилась в лес. Да, для неё это было непросто. Для её изнеженного городской жизнью сознания лес выглядел диковатой глушью. Но лес воспринял её сразу, более того, водил её кругами, направляя к сердцевине — Светлому дереву, а когда Алёна потеряла кровь, лес преобразился колоссально. Он словно ждал ее. И это ещё не все. Он знал её. Он уже видел её. Чувствовал раньше, что отразилось в энергетическом узоре деревьев.