В городе жестоких людей. Девочка из прошлого (СИ)

Было в их молчаливом пребывании на кухне что-то необычное. Миллионы людей собираются вечерами на кухнях, вместе готовят ужин, общаются за одним столом, смеются и горюют над чем-то, а он словно впервые побывал на ней, впервые наблюдал за суетливыми движениями любимой женщины, периодически поворачиваясь к открытой половине окна.
Такая себе обыденная, «человеческая» обстановка, а для него — едва не самый важный момент в жизни. Чуть привстал с окна и поправил оттопыренный передний карман.
Аврахова просила довериться. А разве он не доверился? Не впустил в свою жизнь, не привел в свой дом? Не сблизил с дочерью? Куда уж больше. Ни к чему ей знать все подробности. Ничего это не изменит. Абсолютно. Только ещё больше себя изведет.
Зря тогда позволил уйти. Нужно было дожать, сказать сразу, как есть. А с другой стороны, заметно, что успокоилась, обдумала его слова. Им обоим нужна была пауза. Небольшая пауза в полтора часа.
— Может, я всё-таки помогу? — выпустил струю дума, сощурившись.
Ксюша даже не повернулась к нему, продолжая нарезать овощи.
— Не стоит, — метнулась к плите, проверяя макароны. Специально не стояла на одном месте, носилась по кухне, чтобы не встретиться с ним взглядом. Денис пытался показать, что ничего страшного не произошло, что это в порядке вещей, но она не могла вот так просто взять и переключиться.
Белая рубашка, запах лосьона после бритья не могли вычеркнуть въевшийся в подсознание запах крови. В памяти воскрес совсем другой день. Тогда она и представить не могла, через что прошел Денис после встречи с Крутоголовым. А ведь она тогда послужила приманкой.
Полив макароны приготовленным соусом, принялась доводить до ума салат из морепродуктов.
— Ксюш, — Денис устал сидеть в тишине. С каждой минутой атмосфера накалялась всё больше и больше. — Я ведь сказал, что не собирался убивать Захарова, — стал сзади неё, обняв со спины. — Да я его и не бил толком. Слабак он, быстро сдался. Сейчас в больничке со всеми удобствами валяется. Это меня в свое время оставили с переломами без сознания на бетонке и ничё, жив-здоров. Он не оставил мне выбора, — добавил, зарывшись лицом в густые волосы.
Ксюша отложила нож, не в силах что-либо делать, когда Денис настолько близко. От его прикосновений кружилась голова, а сердце гулко стучало в груди. Значит ли это, он принял её условие?
— А угрозы насчёт его родных? Они были реальны? Он ведь был твоим партнером! — повернулась к нему, чтобы лучше наблюдать за реакцией. Денис сцепил за её спиной руки, заставляя приблизиться вплотную.
— Я бы точно таким не стал заниматься, — ответил искренне. — Но ты должна понять, что вместо меня это сделал бы кто-то другой. Когда речь идет о миллионах — не до игр в благородство. Сегодня я проявлю слабину — завтра то же самое будет ждать мою семью.
Ксюша опустила глаза.
— А что будет с Витей? — поинтересовалась осторожно. Денис сильнее сжал её талию, тем самым выразив недовольство. — Ладно разборки с поставщиками оружия, но обычный человек, Денис? Он всего лишь беспокоится обо мне и считает, что бандиты должны сидеть в тюрьмах.
Денис отпустил её, сделав шаг назад.
— А ты как считаешь?
Ксюша вскинула голову и стойко выдержала его взгляд.
— Ты прекрасно знаешь мое мнение по этому поводу.
— Нет, не знаю. Я поэтому и молчу, что не знаю, какой номер ты выкинешь завтра. Вдруг приду — а меня ждет очередная записка, мол, не можешь жить с торговцем оружия и всё такое.
Давил на неё. Сверлил глазищами, словно затаившийся хищник и с язвительной ухмылкой ожидал ответа. Трудно, очень трудно было восстановить потерянное доверие.
Сердце колотилось, как бешеное, мешая сделать вдох, настолько была переполнена им. А он ещё сомневался?
— А разве мое присутствие здесь ничего не значит?
— Нет. Я бы тебя всё равно не отпустил.
— Скатился бы к принуждению, да? Приковал цепями, заставил бы смириться, — невольно улыбнулась, пристально следя за пульсирующей сонной артерией на шее. Пускай Денис и держался невозмутимо, но его сердце колотилось в унисон с её.
 
— Именно, — улыбнулся в ответ.
Ксюша вцепилась в белоснежную рубашку, притягивая мужчину к себе. Денис в тот же миг обхватил ладонями её ягодицы и приподняв, усадил на стол.
— Я ужасно боюсь за тебя, — призналась, обвив руками крепкую шею. — Мне хотелось бы уехать с тобой и Лилей далеко-далеко, где никто не смог бы нас найти. Чтобы ты был просто Денис, а я просто Оксана. Чтобы не было страха, неверия, боязни потерять друг друга. Чтобы был дом у моря, собака и кот.
Денис вздохнул, заключая её в объятия. Вмиг пропало напускное веселье. Красивые мечты. Он и сам бы так хотел. Мелькнувшие перед глазами картинки их счастливого будущего захватили его в плен лишь на несколько секунд, а показалось, что прошла вечность.
— Это утопия, Ксюх. Так не бывает.
— И что теперь, ждать, пока тебя посадят? Витин брат не последний человек, и судя по тому, что он мне рассказал, за тебя взялись основательно. Денис, я боюсь.
Её слова возвратили в реальность.
— Не бойся, Артак уладил этот вопрос.
— И как же, хотелось бы узнать?
— У любого человека есть слабые места. У Ваньки Яшина есть, у Артака есть. — Приподнял двумя пальцами её подбородок, заставляя посмотреть в глаза. — У меня есть… На любого можно надавить. У кого-то — это семья, любимые, близкие. У кого-то — бизнес. Всё просто. У Яшина не было выбора — ему и угрожать не пришлось. Когда твой начальник кормится из общей кормушки — сильно не прыгнешь.
Ясно. Даже не знала, радоваться этому или огорчаться. Оставалось принять его со всеми плюсами и минусами. Хорошим и плохим. Жестоким и милосердным.
— Я не хочу стать твоей слабостью, — озвучила свой самый жуткий кошмар. — Не хочу, чтобы однажды тебя поставили перед выбором или ты лишился всего из-за меня.
— Дурочка ты, Ксюха. Ни капельки не поумнела, — протяжно выдохнул, отпуская девушку, и достал из кармана бархатную коробку. — Я же без тебя и так не жил. Ты и Лиля — два человечка, удерживающие меня на плаву. Вы и сила моя, и завтрашний день. А чтобы тебе в голову не лезли дурные мысли, — приподнял крышечку, являя миру обручальное кольцо утонченной огранки с замысловатым завитком по центру, — выходи за меня замуж! Спаси и меня, и себя. Я ведь всё равно не отступлюсь.
Ксюша во все глаза уставилась на кольцо, потом перевела взгляд на Дениса, чувствуя, как становится нечем дышать.
— То есть, ответ «нет» говорить бессмысленно? — лукавая улыбка тронула уголки губ, в глазах заплясали чёртики.
— Именно.
— Зачем тогда спрашиваешь?
— Официоз, мать бы его так.
Ксюша против всех ожиданий рассмеялась, чем немало удивила Ходакова. Он ведь думал, сейчас начнется концерт со всеми вытекающими последствиями, а она вон, сидит на заднице и заливается как ненормальная.
— Смотри, Ходаков, — протянула правую руку, давая понять, что согласна, — намучаешься ты со мной. Предупреждаю сразу. Ещё умолять будешь о разводе.
Денис с легкостью надел кольцо на безымянный палец и сжав тонкие пальчики, поцеловал золотой ободок.
— З**б*шься ждать.
— Кошмар. Зря согласилась так быстро. Всю жизнь с одним мужчиной — это же застрелиться можно, — театрально закатила глаза. — Нужно было помучить тебя с ответом.
Денис заключил в ладони её лицо, мягко поцеловал в губы.
— Нихрена бы у тебя не вышло. Не вытерпела бы.
— Думаешь, настолько сильно люблю тебя? — осторожно прикусила его нижнюю губу, обласкав языком нежный контур.
— Думаю, что да, — выдохнул в приоткрытые губы.
Ксюша ещё раз посмотрела на обручальное кольцо, чувствуя, как легко становится на душе.
Она просила довериться, он доверился. Больше она не нуждалась в доказательствах. Теперь он всецело принадлежал ей. Сама поцеловала. Ласково, откровенно, с языком. Хотела стать ведущей, но Денис не позволил. И так сдерживался из последних сил. Пока готовила ужин, мечтал запустить руки под тонкую ткань платья и накрыть ладонями полную грудь.