Королевство черной крови (СИ)

Вокруг фонтана было выстроено множество интересных и излюбленных мест жителей всего Ефрада. Когда-то яркими вывесками радовал магазин сластей и выпечки, красивые наряды на манекенах манили самых модниц Арса, а любители отдохнуть и выпить всегда собирались в самой главной таверне столицы.
«У Эдана» собирались лишь лучшие войны Легиона, только настоящие герои могли позволить себе взять кружку забористого эля у самого очаровательного владельца таверны. Ведь Эдан сам когда-то был частью Легиона, поэтому ценил своих товарищей больше, чем кто-либо в Ефраде. Но это вовсе не значило, что зайди в таверну обычный фейри, его бы с пинками выставили вон, но и особенного приема он точно не получит.
Эдана я знала с малых лет, когда бегала еще совсем девчонкой в “Королевство сладостей”, через два магазина от него. Однажды он специально подкараулил меня по выходу из магазина и завел в свою громоздкую, но с каким-то шармом таверну и угостил вкуснейшим соком, вкус которого я до сих пор помнила. Тогда же я первые познакомилась с Тией — единственной дочерью и наследницей Эдана. Она была значительно старше меня и, завидев маленькую непоседу, лишь коротко улыбнулась и исчезла в дверях. Но вид сильной и прекрасной воительницы настолько отпечатался в моем детском разуме, что тогда я наверно и предопределила свою судьбу.
С Тией мы начали общаться лишь благодаря Даэрону, который взялся опекать принцессу. Не скажу, что девушка была рада такой компании, но пообщавшись со мной в один из вечеров в таверне отца за парой-тройкой кружек эля, она поняла, что характерами мы сойдемся. Тогда же я и узнала, что отношения между Тией и Эданом были весьма натянутыми: отец видел лишь военное будущее для своей дочери, а Тиа упорно хотела построить семью и уйти от военных дел. Исход у этой долгой вражды, к сожалению, был удручающим. Муж Тии погиб, и она отправилась со мной на другой край света, а Эдан…
Я замерла перед заколоченной дверью Таверны. Хоть окна и были заколочены с другой стороны, но все стекла были побиты и рассыпались на каменистую дорогу площади. Я коснулась испещренной царапинами деревянной двери.
— Не стоит вам туда заходить, — послышался скрипучий голос за спиной.
Обернувшись, я увидела фейку с сероватой кожей и вытянутыми ушами. Я помнила ее, как владелицу книжной лавки.
— Почему же?
— Нет там давно никого, ваше высочество. Бой здесь был два года назад, когда Легион поднял первое восстание, прямо на этой площади все было, — быстро заговорила фейка, укутываясь в зеленоватую мантию. — Эдан образумить их пытался, а когда понял, что только силу крылатые понимают, встал на сторону короля и городской стражи. Верен был старый черт своим принципам. Полег вместе со стражей он тут, из города Легион только войско смогло вытравить, но с тех пор нет на площади ни фонтана, ни одного целого магазина.
Женщина вглядывалась в мое лицо своими золотистыми глазами, а после развернулась и побрела в узкий проулок, тихо покашливая.
Сердце в груди у меня болезненно сжалось. Светлое широкое лицо Эдана возникло в голове, а после образ затуманился и растворился. Я шла сюда с надеждой, что сообщу отцу о том, что его дочь жива и строит новую жизнь, а оказалось, что нашла некролог, который буду вынуждена сообщить Тие.
========== 12. ==========
В зале Совещаний нас было лишь трое. Эмори сидел во главе массивного дубового стола, положив руки на подлокотники. По левую и правую руку от него места занимали мы с Варисом. Генерал смотрел тяжелым взглядом на короля. Было не ясно, осуждает он Эмори за его решение передать власть мне или нет. Быть может, Варис сам планировал занять это место?
— Много ли легионеров не присоединились к бунтовщикам?
— Три десятка воинов, все сейчас находятся в храме и школе, ухаживают за больными, — Варис перебирал пальцами по столу. — Но ты должна понимать, что некоторые жители Арса и деревень присоединилась к бунтовщикам.
— Семьи легионеров?
— В основном, но не все. И не все семьи поддержали бунтовщиков.
Я молча обдумывала его слова. Если мы найдем достаточно военной мощи, и пойдем боем на Легион, что будет с обычными мирными жителями, если мы одержим победу? И что придется сделать с бунтовщиками? Казнить всех или проявить милосердие и пощадить?
 
— Как обстоят дела с провизией? Как я понимаю, в деревнях почти никого не осталось, поля никто не обрабатывает, — мой голос был ровным, но внутри все сотрясалось от каждого сказанного мной слова.
— Запасы истощены, — Эмори прикрыл уставшие глаза рукой. — Из-за того, что разом в начале болезни умерло большое количество жителей, мы жили за счет запасов, оставшихся после зимы. Но и они подходят к концу. К тому же есть подозрение, что земля отравлена не меньше всех жителей. Весь посаженный урожай сгнил за считанные дни.
— Нам нужно открыть портал во Двор весны, — вслух размышляла я. — Тогда у нас будет доступ к армии и провизии.
Я не была уверена в правильности своих мыслей. Я готова подвергнуть свой новый дом опасности, в попытке защитить Ефрад.
— Тот портал у меня открыть не получилось, — сообщил Варис. — И не только у меня, все, кто в настоящий момент находится в черте города, не обладает достаточной силой, чтобы разрушить печать и позволить порталу вновь заработать.
— А Терен? Печать, скорее всего, наложена им, — я огляделась вокруг, будто надеялась, что бывший советник спрятался где-то в углу.
Эмори с Варисом тяжело посмотрели на меня.
— Только не говорите, что и еще одного сильного мага вы смогли потерять на острове размером с коробчонку? — я холодно улыбнулась, совсем не чувствуя веселья.
Энна была кровопускателем, завладей враг ей и ее способностью, они смогут предсказывать каждый наш шаг. А Терен… скорее всего уже был в руках Легиона. Кто еще мог возвести такой защитный купол над лесом?
У деда отношения ко мне и брату разительно отличались. Эмори он большую часть взросления старался игнорировать, видя в нем лишь моего отца, к которому теплых чувств не питал. Во мне же он видел свою дочь, и после ее ранней кончины, и когда он самолично отказался от должности советника короля и переселился подальше от Арса к берегу, он бросил много своих сил, чтобы дать мне в плане магического развития то, что не успел сообщить матери. Близки душевно мы с ним не были никогда, а порой его чрезмерная строгость и скупость в словах обижала. Но принижать его вклад в мое образование у меня язык не поворачивался.
— Думаешь, Терен мог нас предать? — Варис внимательно смотрел на меня, а я неопределенно пожала плечами.
Когда-то я считала, что Легион будет верен королю до последнего вздоха. Поэтому быть уверенной хоть в ком-то я уже боялась.
— Значит, Арвен будет докладывать нам каждый день о состоянии больных? — я мельком взглянула на Вариса из-под опущенных ресниц.
Варис оставался безразличен к моим словам. Но я ясно ощутила, что в отношениях между генералом и верховной жрицей что-то не так. И неспроста Эмори заговорил о какой-то тьме в рыжеволосой девушке.
— Она или кто-то из ее жриц, — кивнул Эмори. — Провизии хватит не более чем на пару недель. А небольшие отряды легиона все чаще ошивается у границы нашей защиты.
— Того десятка воинов, что стоят на охране у границы попросту не хватает, — Варис потер мозолистыми пальцами подбородок.
— А почему ты не привлекаешь тех крылатых воинов, что помогают с больными?
Генерал не ответил, а я горько усмехнулась:
— Не доверяешь собственным воинам?
Черные глаза генерала вспыхнули, а после потухли, и он с силой сжал руки в кулаки.
 
— Подготовь отряд из пяти лучших крылатых, — подвела итог я. — Завтра вместе с Роленом и Ласэном я отправлюсь на границу и пройдусь вдоль нее. Быть может, Легиону пора показать, что в Арсе все не так плохо.
В спальне, где поселили Ласэна, три года назад проживал Тамлин. Зайдя внутрь богато украшенной комнаты, я удивилась, как точно смогли восстановить когда-то начисто уничтоженное Тамлином убранство.