Синий чулок особого назначения (СИ)

— Зачем вам это имя?
— Роберта, я же пообещал, что не использую полученную информацию против вас.
— Это господин Рэйв, начальник замковой охраны. И он получил за свой гадкий поступок. Пусть я и слабый стихийник, но как оказалось, я могу слегка поджарить неприятеля.
— Он больше не тронет вас, Роберта. Даю слово.
Паул вдруг поднялся, и я инстинктивно поднялась со скамьи. Он взял меня за руку и вдруг прикоснулся губами к моему запястью. Склонил голову в поклоне:
— Благодарю вас, Роберта, за эту встречу.
Все вдруг разом исчезло. Я очутилась в полной темноте, которая утянула меня в сон без сновидений.
  
ГЛАВА 21
 
Проснувшись утром, я какое-то время лежала, уставившись в потолок, и вспоминала подробности «сна». Господин без памяти, то есть Паул, признался, что он маг. Но рассказать об этом я по-прежнему не могла. Да если и честно, не хотелось. Как ни прислушивалась я к внутреннему голосу, сколько не прокручивала в голове ночной разговор, тревога не возникала. Теперь и наложенный запрет воспринимался не как покушение на мою свободу действий, а несколько иначе. Ведь и впрямь, расскажи я кому о том, что господин без памяти обрел свои утраченные способности, начнется расследование. И если выяснят, что это действительно я сняла с заключенного магические путы, меня ждет суровое наказание. Никто и слушать не станет, что я не нарочно. Поверят ли, что я понятия не имела, как именно воздействует моя магия? Сомневаюсь. И ещё неизвестно за что отправили в тюрьму и наложили магические путы на самого господина без памяти. А вдруг он злодей, покушавшийся на жизнь короля? Меня запросто могут объявить соучастницей. Так что, Паул поступил очень предусмотрительно, наложив на меня запрет.
Интересно, а он сам, какой магией владеет? Если он способен наложить запрет на разглашение информации, является во снах, приукрашенных магической иллюзией… Ментальный маг? У нас в институте теорию ментальной магии преподавал древний магистр Лэйрис. Древний, потому что выглядел он как экспонат музея. В старомодной одежде и пыльном парике. Да и его речь изобиловала устаревшими терминами и словечками. Занятный старик.
В нашем провинциальном институте маги менталисты считались элитой и большой редкостью. Я помню только двоих студентов, обладающих подобными способностями. Моя персона магистра Лэйриса не заинтересовала. Когда он выявлял учеников, владеющих хотя бы зачатками ментальной магии, я удостоилась равнодушного взгляда и небрежно брошенного: «Пустышка». Именно так магистр Лэйрис называл студентов, которым ментальная магия не досталась по наследству.
К завтраку я спустилась немного позже обычного. Все женское население нашей половины уже позавтракало, но расходиться никто не собирался. Дейзи, понизив голос, что-то рассказывала притихшим дамам.
При моём появлении все взгляды переместились на меня. Даже как-то неловко стало.
— Всем доброго утра. Что-то случилось? Я что-то пропустила?
Дейзи с готовностью ответила:
— Ещё как случилось. Ночью в замке, говорят, господин Рэйв переполох учинил!
— Что, опять к кому-то приставал? — упоминание о начальнике замковой охраны не добавило позитива.
— Если бы. Вдруг, ни с того ни с сего, ночью кричать начал. За голову схватился и давай по полу кататься. Ульрих за целителем побежал. На силу успокоили. Так Рэйв до утра трясся и бормотал, что-то вроде «больше не буду». Поговаривают, что Рэйв того, умом тронулся.
Интересно, откуда с утра пораньше Дейзи столько подробностей узнала? Это меня интересовало гораздо больше, чем дела Рэйва.
Я пожала плечами, выражая своё отношение к новостям. Ну орал, ну по полу катался. Его проблемы. Я вспомнила, что вообще-то утром собиралась навестить призрак и захватить с собой фолиант с рецептами магических зелий. Каким бы грубияном не был призрак графа Форвейн, беседовать с ним гораздо приятнее и продуктивнее, чем слушать сплетни про негодяя Рэйва.
После завтрака я поспешила с воплощением своих планов. Прижав тяжелую книгу к груди, спустилась на первый этаж женской половины замка и свернула в коридор, ведущий к бывшим покоям благочестивой Ларинель. Перед замурованной дверью я вежливо покашляла и негромко позвала:
 
— Граф Форвейн, можно вас побеспокоить? Это я, Роберта Клорр.
— Нельзя. Его Сиятельство изволят отдыхать, — донесся до меня голос призрака. Я потопталась на месте, не представляя, что делать. Уйти? Так нет никакой гарантии, что в следующий раз призрак будет настроен на беседу. Проявить настойчивость и услышать поток неприятных слов в свой адрес?
— Господин призрак, а если мне нужна ваша помощь? Я по поводу той книги, которая падает со стеллажа в библиотеке. О магических зельях.
Тишина в ответ. Видимо, дух графа не хочет общаться.
— Граф Форвейн, я просто не могу сориентироваться в этой старинной книге. На что стоит обратить внимание Ядвиге?
Фолиант в моих руках вдруг пришёл в движение. Раскрылся сам по себе, и я чуть не уронила его на пол. Страницы сами собой стали перелистываться с невероятной быстротой. И когда, наконец, замерли, откуда-то из середины книги вынырнула матерчатая закладка довольно потрепанного вида и умостилась на раскрытых страницах.
Выделенное красными чернилами название зелья гласило: «Для заживления ран, нанесенных тёмными тварями». Хм… И зачем это Ядвиге?
— Господин призрак, вы уверенны, что это именно то, что нужно?
Призрак по своей привычке высунул голову прямо из стены и проворчал:
— Ты тоже, что ли, тупоголовая? Ты шрамы на мордашке девчонки видела? Симпатичная ведь мордашка-то, хоть сама девка не в моём вкусе. Но с такими отметинами в девках всю жизнь просидит.
— Но у Ядвиги шрамы, а не раны.
— Да какая разница, дурья твоя башка? Шрамы, раны — сводить всё равно надо.
— А тёмные твари, это кто? Или что? У Ядвиги шрамы от когтей звериной ипостаси потомка Забытого. Вы уверены, что зелье сработает?
Призрак страдальчески застонал.
— Нет, ты всё-таки тупоголовая! Это вы называете тёмных магов Забытыми. А в моё время они именовались просто тёмными магами. А их звериная ипостась звалась тёмной тварью. Понятно теперь? Да как ты вообще посмела сомневаться в моей осведомленности?!
Вид призрака стал таким грозным, что я невольно отступила.
— Простите, граф, я вовсе не хотела вас оскорбить. Просто хотела убедиться, что это то, что нужно. А вы… раньше… при жизни, пользовались этим рецептом? Зелье точно поможет?
— Если у тебя руки растут, откуда надо и котелок варит, то поможет.
— Благодарю за помощь, граф Форвейн.
Призрак скрылся, и я не стала терять времени. Вернулась в свою комнату и углубилась в изучение рецепта зелья. Основу зелья составляли известные мне ингредиенты. Части различных лекарственных трав. Основы зельеварения я изучала. И примерно представляла, каким действием обладает то или иное растение. Но всё-таки моих знаний было недостаточно, чтобы представить, как эти самые ингредиенты будут взаимодействовать при приготовлении зелья. А ещё меня смущал компонент, именуемый в рецепте частицей светлой магии. Я знала из курса истории магии, что раньше все виды силы подразделяли на тёмные и светлые. Это на самом деле не сложно. Например, магия целителя — светлая. А боевая — тёмная. То, что созидает — это светлая сила, а разрушать способна только тёмная. Вопрос только, к какому типу относится моя нестандартная магия? При изготовлении зелья магия необходима. А магов в замке кот наплакал. Я и Эриус. И что-то мне подсказывает, что просить у целителя частичку его магии не только бесполезно, но ещё и небезопасно. Если он узнает, что я собираюсь зелье готовить, он меня сам в подземелье запрет. Он же меня считает ходячей угрозой.
И ещё было одно растение среди компонентов, о котором я никогда раньше не слышала и не представляла, как оно выглядит и где его искать. Огневица. Что это такое? Я никогда раньше не слышала о таком растении. А тут нужно достать его семена и растолочь. Ну и у кого бы узнать? Опять идти к графу и нарываться на очередную порцию оскорблений? Как-то не хочется. Если только… Целители же изучают зельеварение. Притом углубленно, ведь большинство из них сами эти зелья и готовят при необходимости. А значит, Теобальд Эриус должен знать, что это за Огневица такая.