Ты будешь моей женой (СИ)

Я чувствовал спокойствие, которое дарил её голос и с каждым днём узнавал её всё лучше и лучше. И в какой-то момент, я понял, что хотел бы чего-то большего от нашего общения. Возможно, я бы даже женился на ней, и ребёнка её усыновил или удочерил. Я почему-то уверен, что мужчины у Арины нет, потому что она о нём практически не рассказывает, а значит путь открыт.
Я был прав, когда, услышав её голос, понял, что не поменяю решение относительно своих планов на девушку. Да, я соврал, говоря Арине, что ничего большего за нашим общением не стоит. Но…. мне не стыдно!
  
Глава 8
 
Александр
— Ты хорошо себя чувствуешь? — обеспокоенно интересуюсь у нимфы, по голосу поняв, что с девушкой что-то не так.
— Устала просто. Смена тяжёлая вышла, — отвечает, но я слышу что-то большее, чем просто усталость. Она расстроена и словно бьётся в истерике, не понимая, как ей быть.
— Отдохни. Прими ванну, — даю советы, хоть и понимаю, что это вряд ли ей поможет. — Ложись сегодня пораньше.
— Не могу, — тянет и, вздохнув, решает признаться. — У меня сын температурит, и я не могу от него надолго отойти. Боюсь, что поднимется температура, пока я буду в ванной или за чаем пойду.
— Большая температура? — сразу же спрашиваю, прикидывая варианты, чем можно помочь.
— Тридцать семь и девять, — вздох. — Извини, что в этот раз проблемами загружаю. Ты просто спросил, а я ответила, потому что не хотела врать.
— Ничего страшного. В больницу завтра поезжайте.
— Поедем. Я сегодня две смены отработала, чтобы завтра выходной взять, — рассказывает, а я от удивления брови вверх поднимаю.
— А ребёнок с кем, пока ты работаешь? — это был наш первый разговор, когда мы вышли из зоны комфорта и я больше узнал о жизни Арины. Без радужной картинки и порой натянутой радости. Но дабы не уличать девушку во вранье, делал вид, что верю, что день ее прошёл хорошо и гладко.
— С соседкой, — смущённо отвечает.
— А отец ребёнка?
— Он… Он не звонит нам уже два с половиной месяца, — грустно выдыхает. — И мои звонки не принимает. Поэтому мне пришлось самой выйти на работу, чтобы хоть как-то прокормить Артёма. Вначале работала оператором на той самой психологической линии, а сейчас…
— А сейчас?
— Неважно.
— Говори, Арин.
— Мне стыдно.
— Ну не киллером же ты работаешь, — подбадриваю её. — А остального стыдиться не надо.
— Я убираю подъезды, Саш. Понимаешь? — её голос срывается. — Я тот самый обслуживающий персонал, который никто не замечает! — обиженно восклицает, но я знаю, что это от стыда. Только глупая она и не понимает, что лично для меня не имеет значения, кем она работает. — Но это даёт мне деньги, и я буду работать дальше, несмотря на вечные простуды и сквозняки, — замолкает, а затем шёпотом интересуется. — Осуждаешь?
Да, осуждаю! Но вовсе не из-за того, кем она работает, а потому что не берёжет своё здоровье. За то время, пока мы общаемся, а это немало времени, она переболела уже раз пять. Дохая и выкашливая все лёгкие. А боли в спине, о которых я узнал лишь из-за стонов девушки, когда она ложится или садится, разговаривая по телефону… вот! За это я готов прочитать ей нотацию, а за профессию — никакого осуждения.
— Нет, — честно отвечаю. — Не вижу ничего постыдного в том, что мать всеми силами хочет поднять сына на ноги. Многие даже этого не делают. Я сейчас про другое, Арина. Твои боли в пояснице и недавняя простуда, не от сквозняков ли?
— Спасибо, — произносит, но на мой вопрос не отвечает, тем самым подтверждая мои сомнения.
Молодая ведь! Ещё детей родить захочет, а больная уже будет.
— Ясно, — выдыхаю. — Сколько ты получаешь за свою работу?
— Мало, но нам хватает.
— Сколько? — настаиваю на ответе.
— Тринадцать тысяч.
Мысленно выдыхаю, злясь на отца Артёма, который не помогает матери своего ребёнка и самому малышу. Ещё больше гневаюсь от мысли, что он трубку не берёт, когда так сильно им нужен.
— Арина, ты угробишь себя так, — решаюсь на рисковый план, который девушка может воспринять в штыки, но в любом случае, это будет для неё возможность выйти из безвыходной ситуации. — Я, в общем,… я тебе сейчас денег пришлю и буду каждый месяц присылать, но ты сидишь дома. Лечишь сына, и сама лечишься, — проговариваю в трубку и, зайдя в мобильный банк, по номеру телефона перевожу девушке сумму, кратную двум её зарплатам за уборку подъездов. — Поняла меня? Дома! Сидишь и лечишься! Сына воспитываешь и даже не думаешь о том, чтобы на работу идти. Вот как в садик пойдёт, то можешь пойти на работу, а сейчас ему ты нужна!
 
— Саша, ты что? Отмени перевод! — восклицает девушка, когда на её телефон приходит оповещение. — Зачем? Зачем ты это сделал? Мне не нужны деньги! Я просто тебе пожаловалась, что устала и рассказала почему. Зачем? Отмени перевод! Сейчас же!
— Арина! Завтра же иди с сыном к врачу и купи всё, что он скажет, — игнорируя её, раздаю приказы. — И себе купи что-то для спины. Я тебе пришлю смс с названием нескольких хороших разогревающих мазей, но ты всё равно к врачу сходи. И увольняйся, Арина! Ты молодая! Не ломай себе жизнь и здоровье.
— Забери деньги, Саша! Мне не нужно! Я что, попрошайка? — хнычет и практически плачет, но я своё решение не намерен отменять.
— Не упрямься, Арин. Я же от всего сердца помочь хочу, — смягчаюсь, услышав, что она начинает плакать.
— Ты меня оскорбляешь! Мне не нужны эти деньги! Я сама в силах прокормить себя и своего сына. И на всё заработать сама могу! — говорит, шмыгая носом от обиды и, в этот момент, я понимаю, что нимфе неудобно принимать от меня деньги, но… лучше пусть ей будет неудобно сейчас, чем то, что она потом долго будет лечиться, и поможет ли это лечение потом?
Моей матери не помогло…
— Не будь дурой, Арина! Бери деньги и улыбнись! Я хочу, чтобы у тебя всё было хорошо.
— Я ещё и дура?! Назвал нищей, потом дурой и хочешь сделать из меня содержанку? Ну уж нет! Не надо! — кричит и бросает трубку, не дав мне сказать и слово.
А я ведь не называл её нищей, не предлагал содержанкой… Да, немного виноват, но у меня есть причины поступать именно так. Я старше, опытней и мозгов у меня точно побольше, поэтому не могу допустить, чтобы Арина загубила своё здоровье, а вместе с ним и свою жизнь, потому что отец её ребёнка оказался козлом.
  
Глава 9
 
Арина
Всю ночь и утро думаю о Саше, и не знаю, как мне быть. Мужчина хотел помочь мне, а я его, наверно, обидела. Но вчера эти деньги, поступившие мне на счёт, были непривычным для меня событием. Даже отец Артёма не делал никогда ничего подобного для меня, говоря, что я большая девочка, и если чего-то хочу, то у меня есть руки и ноги. Как он говорит — он мне ничем не обязан. Дают деньги либо жёнам, либо содержанкам, которые потом за это своим телом платят, а я не такая!
А тут, совершенно незнакомый и ничем не обязанный мне мужчина, даёт деньги просто так, проявляя заботу, доброту и внимание. Я понимаю, что мы долгое время общались и стали друг другу ближе, но от Виктора у меня ребёнок и он такое не делал, а Саша,… в общем, теперь мне стыдно за свой срыв.
Я ходила в банк и хотела попросить о том, чтобы деньги вернули на счёт отправителя, но там мне сказали, что это невозможно по какой-то причине. Девушка несколько раз пыталась это сделать, но ничего не выходило.
Решила пока сохранить деньги у себя, и при первой же возможности вернуть их Александру, но для начала мне нужно извиниться. Поэтому я, впервые за всё время, набрала мужчине сама, специально дождавшись того часа, когда мы обычно созванивались.
 
— Алло, — отвечает спокойно, совсем не обиженно, скорее даже радостно. — Остыла?
— Ага, — отвечаю и опускаю голову, чувствуя сейчас дикий приступ вины. — Извини за вчерашнее. Я просто не привыкла к такому.
— Забудь, — кидает и бьёт меня в самое сердце следующим вопросом. — Как сын? Что врач сказал? Может нужно что-то помимо лекарств. У меня есть друзья в Москве, и если нужно, всё достанут.