Ни сегодня, ни завтра, никогда! (СИ)
Бредли пробыл дома неделю, полностью отдав свое внимание семье. Он старался как можно чаще обнимать мать и болтать с отцом. Он смотрел фильмы в семейном кругу, хоть никогда раньше этого не делал. И ни разу не заговорил об игре. Родители были счастливы, а сестра будто понимала, к чему это ведет.
— Ну что? — Бредли Малрони стоял на пороге дома, в котором родился и прожил почти 20 лет. — Мне пора. — В руке он держал небольшую сумку, в которой лежала лишь пара вещей, да зарядка от мобильника.
Мама с папой крепко его обняли, а сестра задумчиво поглядела.
— Это подарок, — улыбнулся он и протянул ей конверт, а затем прижал к себе покрепче. — Не давай родителям читать, — прошептал Бредли и отпустил.
Он помахал им на прощание и вышел за дверь, а они провожали его любящим взглядом.
Сестра открыла конверт ночью, когда все уснули. Внутри лежало письмо и банковские документы.
«Сеструх, ты одна поверишь и поймешь. Реал круто, но вирт лучше. Мне выпал шанс, и я им воспользуюсь. Я там, я жив. Не теряй, не плачь, заботься о родителях. Кто знает, вдруг когда-нибудь свидимся вновь. Деньги на твоем счете. Особняк твой. Наслаждайся жизнью, сеструх. Я люблю тебя. Твой брат Бредли — генерал убийц Бессмертных».
Хомгер сидел, смотря на виртпад и глядя на свой счет полный денег. Лациф не обманул и вернул ему все и отдал даже больше. Денег от продажи корпорации оказалось довольно много, и он был прав, как только новость о новом главе и отключении РИЯ разошлась по свету к Мировым играм вырос интерес многократно. Поэтому он и решил отключить реал от их мира, ведь другие корпорации уже давненько готовили перехват власти и влияния WG.
Хомгер вздохнул, единственное что расстраивает его, так это то, что теперь не видать ему бессмертия. Безбедной бесконечной жизни не будет. Даже Бредли и тот решил остаться с ними.
Боб поглядел на урну с прахом, оставшуюся от парня. Малрони решил уйти вот так. Тихо и незаметно, оставив родителям надежду на новую встречу. Хотя здесь он был обеспечен до самой смерти и даже после нее.
Хомгер вздохнул и усмехнулся. Скучно теперь без них будет. Все-таки он уже привык и к Цивитасу и к этому упырю. Да и какой смысл в том, что он богат, если через двадцать- тридцать лет его не станет. От него не останется ничего.
Он снова посмотрел на урну, стоящую на столе. Прямо как от этого парня. Только Бредли нежится в королевских апартаментах, а его старое дряхлое тело будут грызть черви.
Боб встал из-за стола, достал из сейфа пистолет и внимательно посмотрел на оружие. Что напишут в некрологе? Капитан на пенсии покончил жизнь самоубийством? Боб Хомгер закончит, как и начал, никчемным человеком. Но ничего, зато Хью Грендон будет жить достойно. И он будет жить вечно.
— Нельзя терять такой выгоды. Просто нельзя, — хмыкнул он и надел УВВИ.
Черная полоса запустила игру. Персонаж был создан.
— Прощай Хомгер.
В кабинете огромного пустого особняка прозвучал выстрел.
В чат постучали. Алекс недовольно глянул на сообщение и тут же появился перед королем:
— Глава, к нам пришли.
Лациф нахмурился и переместился за ворота. Перед ним стояли трое: рыжеволосый крепкий мужчина с ухмылкой на лице, точная копия Галиша, и высокий юркий жнец.
— Ну привет, король!
Лациф этот голос сразу узнал:
— Мать ити! Гаут… — он настороженно смотрел на знакомого человека перед собой.
А тот глядел на него:
— Демон сдох король, а я остался. Как в себя пришел сразу к тебе. Сразу домой.
У Лацифа от радости скулы свело:
— Сукин ты сын! Я ж думал ты помер!
— Так я и сам… Но как видишь, живой!
Они крепко обнялись.
— Рад, что живой. Поблагодарить тебя хотел.
— Не надо, — отмахнулся рыжеволосый мужчина. — Вышло как вышло.
— А ты? — обратился король к убийце первого уровня по имени Бредли.
— Я свой выбор сделал.
— А родители?
— Вышло как вышло, — покосился он на Гаута.
— Я и тебя рад тебя видеть, парень, — по-отечески улыбнулся ему Лациф. — Очень рад.
«Не его это дело. Бредли решил остаться, и он его поддержит. От него большего сейчас и не требуется».
— А это же наш Боб!
— Все, Боб, наконец-то, сдох. Я Хью! Так и зови!
— Насколько я знаю, Хью, ты у нас миллионер! С тебя и налоги будут побольше!
— Эй! Так нельзя! А как же общие правила! Первые полгода никаких налогов!
Все они засмеялись. Нервно, грустно, но все-таки это был смех.
— Слушай король, — хмыкнул Гаут.
— Чего?
— Ты Бессмертными-то нас сделаешь?
Лациф стоял посреди горной гряды. Над ним кружили его грифоны, на плече сидела невесомая бабочка махаон. Король вулкана осмотрелся, нахмурился. Луна и звезды сияли в небе, а вокруг стоял его народ. Его ребята: генералы, наместники, приближенные советники, близкий и доверенный онлайн. Тишина царила вокруг. Они знали, что друг друга больше не увидят. Ребята прощались, говорили последние слова напутствия. Здесь же стоял и Дин, и сестра Бредли. Все обнялись в последний раз.
— Попрощались?
— Да.
— Тогда в добрый путь. Я вас никогда не забуду! — улыбнулся Лациф.
Он закрыл глаза. Перед ним полетели коды и программы, экраны замелькали, конфигурации освобождались от оков разработчиков. А вокруг творилась магия. Цивитас сиял и мерцал в миллиардах переливах. Невероятная красота мира, что сделал свой первый самостоятельный вдох.
Тряхнуло, и ребята из онлайна начали исчезать. Один за другим их аватары падали на землю и тут же рассыпались рваными бумажными обрывками, что превращались в пепел и улетали прочь, гонимые свободным быстрым ветром. Никто из них больше не возродится. Никто не вернется. Теперь здесь только жители Цивитаса. Нет, даже не так, теперь здесь только Бессмертные и их король.
«Система обновлена. Изменения сохранены. Закрыть доступ к игровому продукту Цивитас?»
«Подтвердить».
Вот и все. Четыре года. От рождества до рождества. Прощай та сторона. Здравствуй новая реальность.
«Доступ закрыт».
Конец