Ни сегодня, ни завтра, никогда! (СИ)

— Так ты замучил его уже своими запросами, — хмыкнула Дардион.
— Так они же пустые, — развел руками командующий.
— Разрешаю, идите, до заката солнца.
— Спасибо, — и Верммут тут же уткнулся в окно чата, строча сообщение о сборе кадетов.
— Вчера нас посетил посланник Тенебры.
Все в миг подняли головы и внимательно посмотрели на короля.
— Она хочет алтарь, спрятанный в укромном месте, для личного разговора.
— Будем делать? — это был Томас.
— Будем, займись этим.
Парень тут же, приняв указание, переключился на внутренние экраны.
— Место расположения буду знать я, три моих наместника, три моих генерала и командующий, — кивнул он все больше удивляющемуся Верммуту, и тот, услышав, наконец, и свою должность, удовлетворенно улыбнулся. — Остальным это не нужно и вредно. Разговор будет крайне конфиденциальным, но охраны никто не отменял, порыщите и найдите самое удобное место для подобной ситуации. Подальше от жилых кварталов, легко охраняемое, но труднодоступное. Чтобы, если что, я мог легко засунуть ее в кандалы.
— Вот бесстрашная, — хмыкнула Дардион.
— Скорее отчаявшаяся. А как там дела у нашего Галиша?
— Когда мы виделись в последний раз, с ним все было в порядке. А что насчет нашей договоренности?
Лациф скрестил руки на груди и нахмурился:
— Не передумал значит.
— Никак нет.
— Ясно. Крылатый!
В зал влетел грифон, он, шурша своими крылами, обогнул стол и приземлился рядом с королем, глядя в его глаза.
— Я ведь обещал тебе равнины, — тот фыркнул и аккуратно клюнул его в ногу в подтверждение слов. — Ты вел себя хорошо. Томас говорит бдел за границами. За это отправишься вместе с нашим командующим. И ему поможешь и сам наешься. Одно правило. — Желтые глаза вспыхнули угрозой. — Есть можно только животных, иначе сам станешь моим обедом!
Грифон завопил, распахнул крылья, но успокоившись под его тяжелым взглядом, потоптался на месте и затих.
— Хорошо, Верммут, возьми его с собой, пусть полетает.
— Конечно, глава. Ну пойдем, недоптица-недокот!
Тот взъерепенился и, взлетев, клюнул эльфа в плечо.
— Эй! — Эрик уже поднимался и вопросительно уставился на грифона, а потом на Лацифа.
Король улыбнулся.
— Ну, а чего ты его обзываешь? Грифон создание гордое.
Крылатый зашипел на Эрика.
— А может и Пятно возьмете? — обратилась к королю Натиэлль. — Он только начал набирать вес, ему будет полезно.
Грифон королевы получил свою кличку, благодаря окрасу. Он был совершенно белого цвета от головы до хвоста, и единственным выделяющимся на этом фоне куском была рыжая отметина на одном из крыльев в виде расплывчатого пятна.
— Возьмите. — Увидев опечаленный взгляд Эрика, гомокул ухмыльнулся. — Не бойся, этот проблем не доставит. Натиэлль воспитывает его как девочку.
— Почему это? — возмутилась Сашка. — Пятно отличный питомец, и, в отличие от твоего, никакой опасности не представляет!
— В этом-то и проблема, — Лациф чуть наклонился к жене, — обречен тот лев, которого не боятся в джунглях.
Сашка сурово поглядела на него и, сдержав целую бурю эмоций, отвернулась от мужа. А тот засмеялся и вернулся взглядом к своему грифону:
— Присмотри за своим младшим братом и не обижай его.
Крылатый завопил и, выпустив когти, недовольно впился ими в полы, за что немедленно отхватил нагоняй от Алекса.
— Я тебя целиком сварю, туша ты хвостатая, — зашипел на него дворецкий, подобно хищному коту.
Грифон приготовился к прыжку, но тут ладонь короля резко легла на стол, и раздался громкий треск.
— Знай меру! — рявкнул он на грифона. — Ты и так весь дом исцарапал! Прячь свои когти!
Тот, гортанно закричав, ринулся к нему и застыл прямо у ног, топчась в метре и не решаясь приблизиться еще больше.
Лациф вздохнул и присел перед птицей.
— Тебе нельзя обижать Бессмертных. Следуй этому простому правилу и все будет хорошо.
Крылатый как-то тоскливо заскулил, а Лациф положил руку на его клюв и тихо прошептал, так, чтобы другие не слышали:
— Прольешь их кровь, и я обломаю твои крылья.
Грифон недовольно зашипел и вылетел прочь из зала.
 
— Ты уверен, что он будет меня слушать? — Эрик был крайне встревожен, глядя вслед исчезающей птице.
— Он молодой, если заартачится накажи. У тебя пока хватит силенок с ним справиться. Но сам на рожон не лезь.
Командующий кивнул и откланялся. Остальные, с позволения короля, тоже последовали его примеру, и в зале остались только Лациф и Дардион.
— Я обговорю с Хомгером, и мы решим, как лучше все сделать. Где проще и в какое время. Ты пока прибери все хвосты, попрощайся, сделай, в общем все, что должен.
— Да, глава.
Бредли вернулся домой и осмотрелся. Родители выписали его из отеля и вернули вещи в комнату. Но вирта не было. Ни у него, ни у сестры. Он вздохнул и сел на край своей кровати. Потер лоб и зациклился на этом движении. «Повторяю за Лацифом? — усмехнулся. — Надо же, чуть не сдох в игре, но это нисколько его не напугало. С той же легкостью он мог неудачно упасть на улице или оказаться под машиной. Нигде нет гарантий, что в следующий миг ты тоже будешь жить. Но мать теперь не даст играть. А он не хочет с этим мириться. Что плохого в том, что его друзья живут в другом мире, словно в другой стране? И там они настоящие. Не бросят, в отличие от этих кретинов из реала, что даже проведать его не пришли в больницу».
Его размышления прервала сестра, что постучала в приоткрытую дверь:
— Чего не раздеваешься? Замерз?
— Холодает уже.
— Так зима на дворе.
— Где наши вирты?
— Мама их куда-то отвезла. Подозреваю, подарила нашим кузенам.
— Ясно.
Сестра у него была с характером, но очень умная и проницательная. А главное, всегда на его стороне, с самого рождения, хоть свою позицию активно и скрывала.
— Ты останешься дома?
— Нет.
— Из-за мамы?
— Я не могу так. Под вечным контролем. Это давит, — он усмехнулся. — Вирт забрали. Она действительно верит, что он мне вредит.
— А это не правда? — сестра подошла и села рядом с ним на кровать.
— Нет. Мне вредит ее излишняя опека.
— Чем тебе так нравится эта игра?
— Наверное, тем, что, когда ты там, ты не играешь. Ты, как будто, по-настоящему живешь, — улыбнулся Бредли. — Не говори ничего родителям. Я сам.
— Не скажу.
Он притянул сестру к себе за плечо и чмокнул в волосы:
— Спасибо, сеструх.
Бредли переехал в комнату общежития, когда родители были на работе. Оставил записку с извинениями и, взяв только самое необходимое да учебники, ушел. Денег оставалось еще немало, ведь именно с его карты текли средства на оплату больничных дней. Как Лациф это сделал он не знал, но врачи сказали родителям, что все оплачено, а кроме главы некому было оплатить. Этот человек и правда относится к нему, как к родному. И как только появится возможность, он вернет ему все сторицей.
Бредли зашел в интернет-кафе и сел за вирт. Улыбнулся и, надев шлем, перенесся в Цивитас.
Мантис хмурилась:
— Да какого хрена-то, Лациф? Ну почему я опять нянька?
— Ты не нянька, Боб, — король сел напротив него в кресло. — Ты мой верный помощник.
— Охохо, вот так комплимент. Ты не забывайся, верный это вряд ли про меня.
— Пока ты меня ни разу не подвел, — Лациф пристально смотрел на эльфийку перед собой. — А ты не думал сменить аватар? На молодого и крепкого колдуна, например?
— О чем это ты? — Хомгер никогда идиотом не был и эти задумчивые предприимчивые ноты в речах короля сразу распознал. — Чего задумал?
— Ты ведь одной ногой на пенсии, разве нет?
 
— Допустим, око ты всевидящее.
Лациф хмыкнул:
— Не думал перебраться в мир, где все поинтереснее и где горизонты пошире?
— Время от времени, — Боб внимательно слушал. — Но меня и моя жизнь в реале устраивает. Хочу выжать из нее всего по максимуму.