Ни сегодня, ни завтра, никогда! (СИ)

— Все, кто готов подумать над моим предложением, подойдите ближе, у меня есть для вас подарок.
Но Темные стояли, словно прибитые к земле, и остекленевшими глазами смотрели как горят те, кто не давал им спокойно жить. Они не решались сделать и шага, пока из толпы неуверенно вышел тот самый лучник, который не сумел достать стрелу из колчана. Он нерешительно подошел к королю и склонился, не имея сил поднять голову от страха и судорог, что сводили его конечности.
Кардамон приблизился к нему и прикрыл глаза, переключая стойки.
— Ты ведь не убьешь меня, Кард? — прошептал лучник.
— Нет. Все хорошо, — и фиолетовая волна накрыла Темного с ног до головы.
Несколько секунд молодой парень знакомился с наложенным бафом и, подскочив, радостно закричал:
— Это оберег! Оберег от чужого колдовства!
Темные, что снова напугано попрятались, увидев колдующего генерала Бессмертных, стали выходить из своих укрытий. Эльфы окружали площадь. Кардамон, снова переключив стойки, замер, готовый в любой момент вытащить стрелу; генералы и наместники напряженно ждали, сжимая рукояти своего оружия. Бессмертные держали ухо в остро, следя за каждым движением возможных противников. Но Темные остановились в паре десятков метров от Лацифа и напугано, кто, молясь, а кто, дрожа всем телом, опустили головы, отдаваясь на волю короля.
— Я дам вам второй шанс. Второй и последний. У вас будет только три часа, чтобы изменить свою жизнь! — он взмахнул рукой и исчез с площади, не забыв подтвердить смерть двух персонажей темной расы, что вмиг замолчали, а его генерал залился фиолетовым сиянием, в которое окунул всех присутствующих собратьев.
«Наложен эффект: Покровительство Лацифа».
«Отсутствие возможности наложения дебафа. Время действия 3 часа. И пусть длань врага принадлежит самому богу, вы останетесь невредимы, покуда вас хранит король вулкана».
Темные с недоверчивыми, удивленными лицами смотрели друг на друга, а генерал убийц Бессмертных носился в стелсе по площади в поисках одной единственной эльфийки. Но как бы долго он не искал, ее нигде не было.
— Не может быть! — Галиш со всего маха воткнул кинжал в стол зала совета, за что получил нехилый подзатыльник от Верммута. — Какого хрена? — завопил он, схватившись за голову.
— Это тебя спросить надо! — заорал Эрик в ответ. — Совсем уже? — указал он на клинок, торчащий в дереве. — Сначала тебя угробит Алекс, а потом отхватишь от главы!
— За что? — в дверях появился Лациф и парни, моментально столкнувшись боками, закрыли собой дыру в столе.
— Ни за что, глава! — растянули они на лице невинные улыбки. — Все отлично!
— Тогда почему в столе, который Томас так усердно выбирал, торчит кинжал? — король недовольно приподнял бровь.
Верммут снова дал подзатыльник своему другу, а тот, уже смирившись с неизбежным, вытащил кинжал и сел на стул.
— Прости, глава.
— И?
— Тери не пришла.
— Твоя эльфийка? — Лациф глядел на оставшуюся прорезь на темном дереве и аккуратно коснулся ее пальцами. — И это удивляет тебя?
— Она не трусиха, она должна была прийти! — парень был на взводе. — Можно я схожу в Старый город еще раз? Пожалуйста, мне нужно поговорить с ней.
Король внимательно поглядел на Галиша:
— Здесь будут жить только те, кто решил так сам. Невольники мне не нужны.
Генерал зло цыкнул и подскочил.
— А если ослушаешься, я ее убью! — резко осек его король.
Галиш застыл на месте.
— Ты привел нужные доводы, и мы позвали Темных. Но я уже говорил, мы никого не будем уговаривать! — король поднял на своего генерала тяжелый неприятный взгляд и по его подбородку поползли клыки.
Галиш был зол, был растерян, но с таким Лацифом спорить не стал. Клыки и когти недобрый знак.
— Да гла….- и тут убийца упал без сознания.
Верммут удивленно уставился на друга:
— Он…вышел, — растерянно пробормотал командующий.
Лациф зло оскалился:
— Алекс! — тут же из портала вышагнул статный дворецкий. — Отнеси его в гостиную.
— Да, глава.
— А ты, — глянул король на озадаченного эльфа, — бегом к Барги и проследи, чтобы все шло гладко.
 
— Есть, — отчеканил Эрик и поторопился выйти из зала, как вдруг остановился и указал на белый след на одежде Лацифа.
— Это что? Кровь Кролуса?
— Я сказал иди!
— Но ты же не? — указал снова на мерцающую полосу Эрик.
— Ты же видишь, со мной все в порядке.
— А дебаф? На экране что?
— Ой, мамуля, спасибо за заботу, — отмахнулся Лациф. — Пару дней назад Мариэнна дала мне очередной наряд. Не знаю, что уж она там наколдовала, но он спас меня от удара РИЯ.
— То есть, если бы шмот был другой, ты бы, — у Эрика не хватало нервов на то, чтобы оставаться спокойным. — Глава! Ну чего опять? А если бы попал! А если бы…
— Зато я знаю, что и у него есть уязвимые места.
— Это и так было понятно!
— Серьезно? А ну-ка убей его, — взмахнул он рукой и перед эльфом возник огненный пес. — Давай!
— Ну об этом что говорить, у него даже тела нет.
— Есть у него тело, просто ты об этом не знаешь. А я теперь знаю, что не обязательно раздевать Сияющего или скидывать с него шлем. Чтобы его убить достаточно будет очень точно ударить, — задумчиво произнес Лациф.
— И сколько раз?
— Один, — подытожил король, — или он снова сбежит.
— Да он после этого случая перестрахуется весь.
— На той стороне у него больше нет помощников, а значит будет использовать то, что сам имеет. Так что все нормально.
— И все же вернемся к разговору о Кролусе!
— Иди, я сказал!
— Мама? — Бредли понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя. — Ты что творишь?! — увидел он УВВИ в ее руках.
Женщина раздраженно смотрела на сына:
— Я просила, чтобы ты учился! Думаешь, если запер дверь, то я ничего не пойму!
— Нельзя вот так резко вырубать УВВИ!
— Не переводи тему! — мама Бредли выходила из себя. — Я предупреждала тебя, что будет если ты ослушаешься!
— Хорош меня доставать! — вскочил парень и зло уставился на мать.
— Ах так! — шлем из ее рук полетел в стену.
— Какого?! — Бредли кинулся за ним, но облегченный и почти невесомый УВВИ пошел трещинами. — Что за хрень?! — в ярости заорал парень. — Ты в конец сбрендила?! Сначала чуть не отправила меня в кому из-за своих психов, а теперь разбила УВВИ, на который я пол года копил! — Бредли, больше не мог сдерживать гнева. — Раз тебе плевать на меня, то и я тебя слушать не должен!
— Что ты там сказал? — закричала в ярости его мать. — Пока ты живешь в этом доме ты БУДЕШЬ слушать меня!
— Вот оно что, — Бредли недобро улыбнулся, — тогда, думаю, мне пора съезжать! Можешь не помогать, я сам прекрасно справлюсь со сборами! — он практически вытолкал мать из комнаты и захлопнул за ней дверь. Придавил ее спиной и уселся на пол.
— А ну-ка открой! Немедленно открой! — стучала с той стороны мама.
— Что за день? Что за дурацкий день! — парень нехотя заныл, уткнувшись в свои колени.
Лациф дождался перемещения Эрика и тут же отправился к Лиари. В комнате царил мороз. Она лежала на шелковых простынях, укрытая атласным зеленым покрывалом. Все ее тело было похоже на огромное увечье. Ее раны не заживали, напротив, волдыри лопались и кровоточили, каждый час лишая девушку очередной порции хитов. Лечить ее не удавалось, то ли сама она не позволяла, то ли раны и вправду не исцелить, но, в любом случае, было понятно одно, сутки Лиари не протянет, да и продолжать ее мучения было хуже убийства.
Лациф присел на край кровати и склонился над ней. Прислушался. Беспокойное дыхание успокоительным ударило по уху. Он внимательно посмотрел на нее.
 
«Насколько сильно отец должен ненавидеть, чтобы вот так покарать собственное дитя».
Хранительница открыла глаза и попыталась улыбнуться ему.
— Пора?
— Да. Просто перед тем как пойти…Если ты передумала, я пойму.
— Знаю, — улыбнулась Лиари, и правый уголок рта снова чуть приподнялся, — но я пойду до конца.