Ни сегодня, ни завтра, никогда! (СИ)

Из-за порога нерешительным шагом к нему направилась сестра. Она села на диван и, молча уставилась на свои руки, в которых теребила платочек.
— Как ты? Давно не видел тебя.
— Я просто помогаю Майку освоиться. Да и одиноко ему тут одному, — не смотря на брата, ответила Бетти.
— Очень великодушно, — улыбнулся Лациф. — Чего прячешься от меня?
— Ты чуть меня не придушил!
— А ты чуть меня не убила!
— Но не лично же я!
— Так и я к тебе руками не прикасался.
Девушка крепко сжала челюсти и фыркнула:
— Ты даже не раскаиваешься?
— А ты?
На нее уставились два ярких желтых глаза с пульсирующими внутри черными паутинками. Они не были страшными или пугающими. Они были невероятно красивыми и бездонными. Но тот, кому они принадлежали, действительно ее пугал.
Элизабет опустила голову и отвернулась.
— Я каждый день думаю об этом. И понимаю, что виновата. Мне нужно было быть более бдительной. Мне не нужно было во всем полагаться на тебя.
— Я хоть и король, но, все же, я один. А вы моя опора. Если вы начнете творить глупости мне не на кого будет положиться.
Бетти кивнула и всхлипнула. Она торопливо вытерла платком уголок глаза:
— Как Верммут?
— У него почему не спросишь?
— Не могу смотреть ему в глаза, — снова всхлипнула девушка. — Наверное, он ненавидит меня.
— Нет. Он тебя не винит. Только себя, — шумно выдохнул Лациф и обнял сестру. — Впрочем, как и всегда.
Та уткнулась в его плечо и немного поплакала.
— Брат, я, — отстранилась Флами и торопливо вытерла слезинки. — Я хотела попросить тебя на счет школы.
— Чего? — вот тут он удивился. — Школы?
— И детского сада, — неуверенно пробормотала Бетти, глядя как высоко поднялись брови брата.
— Объясни.
— Это все ради Бессмертных, ради всех нас и нашего будущего. Ты видел, как они растят деток? Многим приходится брать их с собой на работу. А поля? Солнце? Дети прямо на спине у матери привязаны на платках. Ты поможешь всем, открыв детсады и школы!
— Погоди, Бетти. Ты хоть понимаешь, о чем просишь? Собрать детей в одном месте! Да это прямо мишень номер один!
— Лациф! — всплеснула руками девушка. — Ты все сводишь к этому. Но есть ведь барьеры, щиты, охрана!
— Хорошо. Учителя? Няньки? И чему ты вообще собралась их учить?
— Всему! Лациф, сам подумай. Наши дети, они ведь не знают этого мира, только то, что вокруг них. А те дети, что рождаются от смешанных союзов? Ты ведь даёшь добро на запросы о рождении. Разве нет? Сколько уже детей родилось с момента твоего прихода к власти?
— 74, - вздохнул Лациф, уже поняв к чему она клонит.
— И эти дети не знают кто они, как им выбирать кем стать если их отец жрец, а мама жнец? Как выбрать? Как лучше сделать? Рожденные у кулинаров обречены быть кулинарами, а мы сможем им помочь. Мы научим их выбирать! Ты сделал их свободными! Так научи их теперь свободно жить!
Лациф молчал. И это молчание длилось настолько долго, что Бетти уже начала сомневаться ответит ли он вообще. Но король все же принял решение.
— Ты права. Мы должны дать новому поколению шанс идти своей дорогой. Займись этим. Теперь ты официально советник по образованию. Жду от тебя бизнес-план. Уверен, как человек с двумя высшими образованиями, ты создашь хороший проект.
— Правда? — Бетти не верила своим ушам. — Правда?
— Конечно.
— Спасибо, братик, — счастливо завопив, кинулась она его обнимать. — Ты не пожалеешь! Ни одна монетка не уйдет на ненужное. Вот увидишь, это поможет Бессмертным! Это поможет родителям и детям!
— Да, и немало обчистит нашу казну.
— Как нет денег?! — Элионор рвала и метала. Акционеры были в панике. Счета фонда опустели до последней монеты. — Этого не может быть! Только сам Маклей мог управлять денежными средствами!
— Видимо, его заставили это сделать, — Геллер тоже нервничал, покусывая нижнюю губу.
— Кто?!
— Убийца!
— Тот убийца? Этого быть не может!
Все притихли и уставились на нее, а Сайчел попыталась успокоиться и уже тихо проговорила:
— Я имею в виду, что это вроде было ограбление, зачем вору забирать вещи, если он украл миллионы долларов!
 
— Тоже верно, но не аргумент, — покачал головой Дойл.
— Нам нужно срочно принимать меры. Нам нужно найти выход, иначе корпорации конец!
Акционеры снова загомонили. Они кричали друг на друга. Вопили об ужасе происходящего и ненавистно смотрели в опустевшие строки банковских счетов. В зале наступил настоящий хаос, как вдруг, огромный экран засветился и на нем появилась полоса загрузки, по которой медленно пополз черный дым.
Все затихли и уставились на экран.
— Что это? Цивитас?
— Мисс Сайчел?
— Я не знаю, — женщина тоже настороженно ждала.
Полоса дотекла до своего окончания и перед сильными мира сего предстал во всем своем величии король вулкана. Одеяния, полыхающие огнем, длинный плащ и черный капюшон, из-под которого виднелись два острых длинных клыка.
— Всем здравствуйте. Мое имя — Лациф.
— Самостоятельное игровое ядро? — ошалело прошептал один из акционеров.
Король ухмыльнулся и скинул капюшон:
— Ядро? Нет. Я весь Цивитас! Я сама игра!
  
Глава 11
 
В конференц-зале повисла гробовая тишина. Акционеры пытались разобраться в происходящем, а могучий двухметровый гомокул молчал. Мелкие трещины на его лице и руках мерцали ярким оранжевым пламенем, что сильно отвлекало общее внимание. Наконец, изображение на экране ожило и резкий хриплый бас наполнил зал:
— Теперь, когда вы вдоволь насмотрелись, хочу поговорить. Особенно с вами, мисс Сайчел. Неужели вы думали я не узнаю о том, что вы заказали убийство Бернарда Маклея?
Все взгляды обратились к ней.
— Чушь, — хладнокровно ответила Элионор.
— У меня есть неоспоримое доказательство, — улыбнулось изображение с экрана. — И оно уже выслано на ваши адреса. Ознакомьтесь.
Акционеры торопливо уставились в свои виртпады. Сайчел занервничала и принялась рыскать в своей почте, но там новых сообщений от Лацифа не было. Она напугано огляделась, видя, что все больше гневных взглядов обращается к ней.
— Не может быть! — ошарашенный мистер Геллер поднял глаза на Элионор. — Так это вы?!
— Что он вам прислал? Что бы это ни было — это ложь!
— Ложь?! Так это вранье?
На экране, в верхнем левом углу, поверх застывшего гомокула, раскрылось видео. Сайчел в кафе с каким-то мужчиной, который сидит спиной к камере. Они ведут разговор о работе и обязанностях. Их голоса прекрасно слышно, а особенно ее слова: «Я хочу, чтобы вы убили главу фонда Бернарда Маклея».
— Это по-вашему не доказательство? — Роберт Дойл был в ярости.
Дополнительный экран захлопнулся и снова заговорил СИЯ:
— Разобрались? А теперь смотрим другое видео.
Глазам всех присутствующих предстало изображение, как два медицинских сотрудника торопливо вывозят из палаты человека в мешке.
— Не хочу вас пугать, но это мистер Бошман. Недавно почивший от рук вашего погибшего главы фонда.
Все снова онемело застыли.
— Ларри, — только и смог произнести мистер Дойл.
— К сожалению, в палатах для вип клиентов нет видеокамер, это единственное свидетельство того, что Ларри больше нет. Но когда я найду где скрыли его тело, об этом узнают все. Общественность любит подобные истории. Журналисты накинутся как вороны, поверьте мне, — на хмуром лице расплылся клыкастый оскал. — Уж я об этом позабочусь.
Зал молчал, а Сайчел все больше впадала в истерию. Ее затрясло.
«Компания, да и свобода уплывали из ее рук. Как все сумело так быстро измениться? Хомгер предал ее? Или же этот Лациф следил за ней? А может это изначально было их планом? Когда именно из охотника она превратилась в добычу?»
 
— Чего вы хотите? — первым пришел в себя Роберт Дойл, мужчина за пятьдесят с выразительным лицом и умным проницательным взглядом.