Ни сегодня, ни завтра, никогда! (СИ)

— Правда? — Лациф печально улыбнулся. — У меня есть желание подарить ему новую жизнь, а у тебя есть один час.
— Да, мой король, — друидка подхватила полы длинного белого платья, что запачкалось зеленью травы и помчалась со всех ног в темницу, а Лациф посмотрел на теплую землю под ногами. — Подслушивать плохо, Гаут.
«Ой, да брось. Я тут и так местными ушами подрабатываю. Тебе ли жаловаться. К тому же, я и сказать то никому не смогу, — преобразовался демон из нити в пса, что тут же сел на подстилку изо льда рядом со скамьей. — Не можешь его убить да?»
— Могу, но не хочу.
«И чего ты делать собрался?»
— Если согласится, засуну его в котел, — ухмыльнулся Лациф, глядя на закрывшуюся за друидкой дверь темницы.
«Никогда это из тебя не выветрится», — пробурчал демон.
«Что?»
«Человечность твоя», — фыркнул пес и, свернувшись клубком, закрыл глаза.
Бредли пришел с учебы и, закинув куртку в гардеробную, крикнул:
— Мам, пап, сеструх?!
В ответ тишина.
— Отлично, — довольно улыбнулся парень и, поднявшись по лестнице через ступеньку, уселся за ноутбук сестры.
С того момента как он увидел ту зеленоволосую, он только и думал о том, как заполучить ее. Он не забыл зачем шляется по Старому городу, но что такого, если он позволит себе немного поразвлечься?
Парень загрузил Цивитас и Брут очнулся в маленькой комнатке хостела.
Уже стемнело и светили звезды, когда он подошел к веранде.
Наконец, по ступеням зашелестели красивые ступни, обутые в сандалии, оплетающие стройные длинные ноги до самых колен. Аппетитная фигура, обтянутая довольно откровенным, но поношенным нарядом. По плечам и спине струились изумрудные шелковые волнистые волосы. А на лице замерло выражение неприступности и гордыни.
— Привет, — с широкой улыбкой преградил ей путь Брут.
— Кого я вижу. И что ты здесь делаешь? — совершенно безразлично спросила эльфийка, остановившись.
— Тебя, конечно, жду, — снова улыбнулся во все тридцать два Темный. — Не хочу, чтобы такая красавица одна по этим улицам ходила.
— Раньше я с этим как-то справлялась, — хмыкнула девушка и пошла вперед.
Брут тут же зашагал рядом.
— А может мы тогда с тобой зайдем куда-нибудь выпить?
Девушка остановилась и со свирепым взглядом резко повернулась к нему. Но Бредли лишь снова улыбнулся.
— Если ты меня так напугать хочешь, то зря, — приблизился он к ней. — Я не из пугливых. — Парень не стал церемониться и притянул к себе статную эльфийку. — Если хочешь, можем пойти сразу в мою комнату. К чему все эти выкрутасы? Характер показываешь или цену набиваешь?
— Да ты совсем безголовый! — хмыкнула эльфийка и толкнула Брута, но тот сделав шаг назад, следом сделал два вперед и, насильно вжав девушку в стену, поцеловал.
Первые мгновения эльфийка вырывалась и огрызалась, пытаясь оттолкнуть и укусить, но вот ее хватка ослабла, удары в грудь стали не такими сильными, и она податливо обняла высокого стройного Брута.
Он с ухмылкой посмотрел на нее:
— Ну так выпить? Или сразу ко мне?
— Выпить, кретин, — отвела она взгляд, а ее смуглые щеки залились румянцем.
— Так-то лучше, — улыбнулся Бредли и, покрепче обхватив одной рукой тонкую талию, повел девушку в сторону таверны, подальше от чужих глаз.
Они сели за плохо обтесанный деревянный столик, им принесли пенного, и Брут неторопливо стал болтать, а вот зеленоволосая чувствовала себя зажато и шугалась от любого звука. Ее маска вмиг спала и перед ним обнажилась настоящая эльфийка.
— Что с тобой? — наклонился он к ней.
— Нам запрещено уединяться с теми, кто не состоит в гильдии, — проговорила девушка, устремив на него пристальный взгляд.
— Да брось. Чушь все это! Ну что они нам сделают? — Брут улыбнулся своей белоснежной улыбкой и прильнул к пухлым девичьим губам. — Давай сегодня не будем думать про остальных, — прошептал он, целуя её, — плевать на них. Сегодня только мы.
Он не дал ей времени подумать, он просто сжал ее в своих объятиях и совершенно потерялся в этих ощущениях. С этой зеленоволосой эльфийкой ему было не на шутку здорово, и он не был готов отказываться от этих эмоций из-за каких-то гильдейских правил гадких «слуг». Именно поэтому он и не заметил Первого, что сидел на втором этаже за дальним столиком в полумраке ночи.
 
Мариэнна вбежала в темницу и, увидев Фила, крепко обняла его сквозь решетки. Рыцарь прижал друидку к себе и уткнулся лицом в ее плечо:
— Ты пришла! Я так ждал!
— Милый! У нас есть шанс все исправить! — зашептала она ему на ухо. — Я знаю как все это сделать! Прошу, соглашайся! Мы сможем жить вместе! Ты останешься жив! Наша мечта исполнится!
Он ошарашенно уставился на друидку:
— Что ты такое говоришь?
— Фил, просто кивни и ты останешься жив! Прошу тебя!
Рыцарь непонимающе, взглядом полным размышлений и догадок, смотрел на Мариэнну и вдруг лицо его расслабилось, и он тепло улыбнулся:
— Тебя послал Лациф. Мой друг, в отличие от меня, верен до конца.
— Он простил тебя, милый! Он дал тебе шанс! Он дал нам шанс! Прошу, давай воспользуемся им!
— Он не простил, — грустно усмехнулся Фил. — Как можно простить гибель стольких созданий?
— Но не ты их убивал! — воскликнула друидка.
— Но по моей вине они мертвы! — он протянул к ней свою грязную руку и оставил темный след на белоснежной щеке, вытирая женские слезы. — Мари…
— Нет, — закачала она головой, — только не говори, что ты решил…
— Я ведь правда всегда во всем винил других, и никогда не брал ответственности на себя. Это тот самый случай, когда я должен ответить за свой поступок, несмотря ни на что.
— Но король, он…
— Он поймет, — улыбнулся Фил, глядя влюбленными глазами на свою Мариэнну. — Я был так рад повстречать тебя. Ты самое прекрасное, что произошло со мной, — ласково улыбнулся рыцарь. — Веришь?
— Верю, — плача прошептала друидка.
— Тогда не проси сбежать.
— Ну почему ты решил поступить именно так сейчас?
— Потому, что в твоих глазах я не могу пасть так низко. Я совершил ужасную ошибку и приму расплату за нее, как и положено предателю.
— Фил, — она снова крепко обняла его и держала так до тех пор, пока один из стражей Бессмертных не подошел.
— Извини. Я просто попрощалась, — не отпуская руки своего рыцаря пробормотала Мариэнна
— Я понимаю, — кивнул парень, — но вам пора.
Мари закрыла рот своей белой ладонью, чтобы сдержать накатывающие рыдания и посмотрела на Фила:
— Останься…с нами, — последний раз попыталась она.
— Я тут останусь, — показал рыцарь на свою грудь. — Пока будешь помнить, я никуда не уйду, — и он отпустил ее руку.
Мариэнна зарыдала и бегом выбежала из темницы. Не видя ничего из-за слез, она неслась по дороге, ведущей во двор, когда уткнулась прямо в короля.
Этот тяжелый взгляд желтых волчьих глаз лег на ее плечи и придавил к земле.
— Он отказался?
Друидка кивнула.
— Тому и быть.
Король больше ничего ей не сказал. Отвернулся, посмотрел на голубые небеса, тяжело вздохнул и прогромыхал:
— Да начнется казнь!
Народ собирался у ворот. Именно там установили два столба. Вся равнина перед замком была заполнена созданиями, они ждали.
В темнице царило пугающее молчание. Отчего-то даже старые пленники пригорюнились. Фил смотрел в клетку напротив, на убийцу, что напугано металась внутри и, то и дело, присушивалась.
— Никто тебе не поможет, — покачал он головой. — Такая как ты не заслуживает помощи.
— Ты ничем не лучше меня! — огрызнулась Кристен, зло поглядев на рыцаря.
Фил улыбнулся:
— Поэтому я и отправлюсь с тобой. Мы были вместе и в горе, и в радости, а теперь и умрем в один день. Все как ты и хотела.
 
Верммут и Лиур пришли за пленниками. Эльф молча открыл решетку, завязал руки Фила и замер на мгновение, стоя за его спиной.
— Я не ожидал от тебя такого, — прошептал он.
— Прости меня, Эрик.