Мертвый Бойфренд (ЛП)

Они обе откинулись на диванные подушки. Думаю, я наконец смогла до них достучаться.
Вскоре я ушла домой готовиться к свиданию с Блэйдом. Я долго сидела на краешке кровати, мечтая о нем. Я воображала, как он обнимает меня и крепко прижимает к себе. Я представляла взгляд этих странных серо-зеленых глаз, так глубоко проникающий в меня. Я думала о том, как мы дразним друг друга, о том, как нам легко общаться.
Я представила, как целую его… целую, пока не растворяюсь полностью… пока не оказываюсь где-то в другом мире… где далеко от всего, что мне известно.
Пискнувший мобильный спугнул мои приятные грезы. Я схватила сумку и, нащупав, вытащила телефон.
Я прочла короткое текстовое сообщение на экране и охнула.
— О нет.
10
Сообщение от Блэйда было кратким: «Сегодня не получится. Пришлось задержаться».
Я перечитывала его снова и снова, как будто надеясь узнать что-то новое. Почему он не объяснил, что случилось? Почему он хотя бы не извинился?
Я попыталась убедить себя, что у него неприятности. Что он так же разочарован, как и я.
Я набрала на телефоне его номер и поднесла сотовый к уху. Моя рука дрожала. Я знала, что реагирую слишком остро, но была очень разочарована. После своих мечтаний я с ума сходила от желания увидеть его.
Сразу включилась голосовая почта. Я услышала его голос: «Это Блэйд. Вы знаете, что делать». Я не стала оставлять сообщение. Я знала, что позже мы с ним поговорим. Знала, что он все объяснит. И, возможно, позже вечером мы сможем встретиться.
Ужин с родителями, казалось, длился целую вечность. Я не особо рассказывала им о Блэйде. Обычно я выбалтывала им все о своей жизни. Я не из тех людей, кто может удержать что-нибудь себе. Но о Блэйде я почему-то решила не распространяться.
Мои родители вообще-то отличные люди. Они не лезут мне в душу и чаще всего обращаются со мной, как со взрослой. Они мирятся с моим энтузиазмом, моими дикими скачками настроения и общей чудаковатостью. А еще они не пытаются постоянно влезать в мою жизнь.
Думаю, они бы очень хотели узнать, о чем я пишу в дневнике. Но, поверь мне, им сюда доступа нет. Как я уже говорила, я запираю его и ношу ключ на цепочке на шее.
Мой папа — крупный и здоровый мужчина. Думаю, его можно даже назвать большим. Он постоянно хвастается, что в сорок три года у него еще все волосы на месте. Мама подшучивает, что это его самое большое достижение.
Ей нравится опускать папу на землю, когда он чересчур зазнается. Говорит, это ее хобби.
Три раза в неделю папа ходит в спортзал, а еще он велосипедист. Почти каждое утро он встает в шесть часов и проезжает на своем гоночном велосипеде десять миль вдоль Ривер-Роуд.
Папа работает администратором в больнице Шейдисайда. По его словам, он целыми днями перекладывает бумажки и разбирается с проблемами персонала больницы. Вот почему перед работой он любит поупражняться и подышать свежим воздухом.
Мама могла бы быть настоящей красоткой, если бы уделяла внимание своему внешнему виду. Но ей абсолютно безразлично, что она носит, какая у нее прическа и все остальное. Она в основном ходит в мешковатых футболках и жутких мамочкиных джинсах.
Ее светлые волосы почти всегда собраны в тугой хвост, и она отказывается пользоваться косметикой. Говорит, ей нравится естественность. Хотя, использовав чуть-чуть румян и немного помады, она могла бы выглядеть лет на пять моложе.
Мама преподает деловую этику в техникуме в Мартинсвилле. А еще выступает с лекциями по этой теме в организациях. Я не особо понимаю, о чем она рассказывает, но она читает по три онлайн-газеты в день и каждую издаваемую книгу о бизнесе.
Итак, мы ужинали. Когда мы только втроем, мы едим в маленьком уголке для завтрака рядом с кухней. Это уютное крохотное местечко, залитое солнечным светом из окон, со столом для пикника и скамейками, где мы чаще всего принимаем пищу. Столовая предназначена для приема гостей, ее мы чаще всего используем только по праздникам.
Папа принес домой еду на вынос: жареного цыпленка и картофельное пюре с подливой. Это мое любимое блюдо, но в этот вечер у меня не было аппетита. Ты знаешь почему, Дневник.
 
Я сидела и смотрела на ножку и бедрышко, лежащие на моей тарелке. Мама рассказывала о каком-то иске против компании, о которой я никогда не слышала, и почему он должен быть отклонен. Папа поцокал языком и наложил себе на тарелку еще пюре.
— У тебя сегодня свидание с тем мальчиком? — мамин вопрос вырвал меня из моих мыслей.
— Э… не сегодня, — ответила я. — Думаю, я просто пойду к Миранде, посмотрим с ней фильмы.
Мама наклонилась ко мне через стол.
— Повтори, как его зовут?
— Блэйд, — сказала я. — Блэйд Хэмптон.
— Забавное имя, — пробормотала мама. — Сейчас ни у кого нет нормальных имен. Ты знаешь кого-нибудь, кого зовут Джек, Джо или Билл?
Я засмеялась.
— Нет, не знаю.
— Вы с ним уже не первый раз встречаетесь, — встрял папа. — Почему бы тебе не пригласить его к нам как-нибудь.
Я бы предпочла оставить Блэйда себе. Не то чтобы я хотела держать отношения с ним в тайне, но я не жаждала делиться им с родителями.
— Да, ладно, — сказала я. Всегда лучше согласиться и не ввязываться в спор.
Папа сменил тему и начал рассказывать, как он потянул мышцу, катаясь на велосипеде, и как напряжена его нога. Одно из лучших качеств моих родителей — это то, что они быстро теряют интерес. Они не могут обсуждать одну тему больше минуты или двух.
Я немного погрызла ножку цыпленка и заставила себя поесть картошки с салатом из капусты. В основном для того, чтобы мама с папой не начали задавать вопросов. Я не могла перестать думать о Блэйде. Задаваться вопросом, что происходит.
После ужина я переоделась в кофту с длинными рукавами. На улице похолодало, а небо затянуло тяжелыми дождевыми облаками. Я пожелала родителям спокойной ночи и поспешила к машине.
Пока я ехала к дому Миранды, на ветровое стекло упала пара дождевых капель. Миранда живет в Хезэр-Корт в Норт-Хилз, богатом районе Шейдисайда. У нее большой, но уютный дом с бесчисленным количеством комнат. Ее родители коллекционируют огромные постеры к старым фильмам, поэтому у них в доме на тебя со всех стен смотрят такие величайшие звезды, как Чарли Чаплин и Хамфри Богарт.
Миранда тоже любит старые фильмы. Когда мы с Джули проводим время у Миранды, обычно все заканчивается тем, что мы смотрим по Netflix какое-нибудь старое черно-белое кино сороковых или пятидесятых. Я обожаю рассматривать странную одежду того времени — все постоянно носят шляпы, даже в помещении — и забавные автомобили.
Дождь еще только моросил, но я включила дворники. Они со скрипом начали чистить ветровое стекло. Я повернула на улицу Мишэн, огибающую улицу, где живет Миранда. Снизила скорость. На Мишэн было много машин. Водители используют ее в качестве короткого пути к Ривер-Роуд.
Проехав знак «Стоп», я вскрикнула:
— Эй!
Это машина Блэйда там впереди? Я присмотрелась через покрытое каплями стекло.
Да, скорее всего.
Вообще-то, это машина его отца, но Блэйд часто на ней ездит. Красный «Мустанг» 95-го года. На дорогах Шейдисайда таких совсем не много. Наклонившись к рулю, я рассмотрела номерной знак. Да. Да. Машина Блэйда.
Я нажала на педаль тормоза, не желая, чтобы он меня увидел. Я не хотела подъезжать слишком близко.
Но… кто это там рядом с ним в машине?
Ярко-белые фары попутного грузовика осветили машину Блэйда, как будто подожгли ее.
И я увидела ее. Девушку. Рядом с Блэйдом. Девушку с короткими светлыми волосами. Я видела только ее затылок. Лица мне видно не было.
Его машина сорвалась со светофора и погрохотала вперед.
Мои руки судорожно сжали руль. Они вдруг стали влажными и холодными.
Я нажала на газ. Я знала, что должна делать.
Я должна ехать за ними.
11
Мои фары осветили заднюю часть красного Мустанга. Я притормозила, чтобы расстояние между нашими машинами стало больше. Внезапно у меня возникло непреодолимое желание вдавить газ в пол и въехать прямо в него. Чтобы блондинка вылетела через лобовое стекло.