Годы мечты

— Да? — с сомнением произнесла та. — Послушай, ведь вы с ним старые друзья и ты его хорошо знаешь. С ним хорошо, пока нет никаких забот, но он не из тех, кто готов взять на себя серьезную ответственность.
Пожав плечами, Джинни сказала:
— Мне кажется, что ты недооцениваешь Фила. Думаю, тебе надо откровенно поговорить с ним, прежде чем принимать окончательное решение относительно ребенка.
— Я сохраню беременность во чтобы то ни стало! — горячо воскликнула Дороти, инстинктивно прикрывая рукой живот.
Джинни довольно улыбнулась:
— В таком случае ты просто обязана поставить Фила в курс дела. Это же не только твой ребенок, но и его тоже. Ваш младенец нуждается и в матери, и в отце.
— Конечно! Именно поэтому каждый раз, глядя на малютку Рози, я думаю: а что, если бы такое случилось с моим ребенком? Если я скрою беременность от Фила, а потом со мной произойдет что-нибудь ужасное... — Она вздрогнула. — Ты права. Мне надо набраться храбрости и поговорить с ним. Но я боюсь даже представить, как он может отреагировать на такую новость!
— И все же лучше сказать ему правду, — печально произнесла Джинни, безумно сожалея, что сама не поступила так с Дэвидом пять лет назад.
Потом она вдруг подумала, что тогда на свете не было бы Колина, и поняла, что окончательно запуталась.
Дороти со вздохом встала.
— Спасибо тебе, Джинни. Мне не с кем было поделиться, и последние несколько недель я безумно нервничала.
— Прекрасно тебя понимаю, — тепло улыбнулась ей девушка. — Но, думаю, тебе нечего опасаться — из Фила получится отличный отец.
И они разошлись, каждая по своим делам.
Странно, но когда Джинни помогла Дороти разобраться в своих чувствах, ей и самой стало легче.
Тем не менее, надо было решать, как быть и что делать. Джинни не была уверена, что сможет и впредь спокойно работать вместе с Дэвидом. В то же время она любила свое дело и не хотела уходить из больницы святой Анны.
Перед ней снова стоял нелегкий выбор.
  
13
 
За следующие несколько недель никаких особых событий не произошло.
Дэвид держался с Джинни подчеркнуто вежливо и дружелюбно, но она чувствовала, что он старается держать дистанцию
А ее не оставляли несбыточные мечты о том, как они идут по жизни рука об руку. Ситуация с Филом и Дороти по-прежнему, оставалась неразрешенной. Очевидно, молодая женщина так и не решилась рассказать любовнику о своей беременности. Джинни хотелось сделать что-то для них, но она боялась, что только все испортит.
Счастье почти никогда не дается легко, и влюбленным приходится много страдать, с грустью говорила себе девушка.
Тем временем в отделении многое изменилось. Одних детей выписали, на их место поступили другие. Рози и Джон уверенно шли на поправку, и мальчика даже перевели в специальную палату, в которой мать находилась вместе с ребенком в ожидании выписки.
Персонал больницы с энтузиазмом готовился к вечеринке, посвященной дню Святого Валентина.
Джинни не хотелось туда идти, поэтому, когда одна из сестер попросила заменить ее в этот день на дежурстве, она с готовностью согласилась.
День святого Валентина — это праздник для тех, у кого есть вторая половина, с горечью сказала себе девушка. А ты одинока. Зачем тебе веселиться!
Праздничный вечер выдался очень напряженным. Назначений было так много, что некогда было даже передохнуть.
С трудом выбрав минутку, Джинни перебросилась несколькими словами с Софи Блейк. Эта женщина не переставала удивлять ее своим оптимистическим отношением к тяжелой болезни сына. Она, не переставая, изучала все, что касается синдрома Дауна, чтобы встретить предстоящие трудности во всеоружии.
Джинни пообещала дать ей адрес ассоциации родителей детей с синдромом Дауна и посоветовала немного вздремнуть, пока Джон не проснётся к следующему кормлению.
Было около десяти часов вечера. Почти все дети уснули, и в отделении стояла тишина. Лишь изредка из столовой доносились звуки музыки.
 
Джинни даже не заглянула туда, решив перекусить на кухне при отделении. На свете существовал только один человек, с которым ей хотелось бы быть рядом, и только с ним она согласилась бы танцевать на празднике. Но все это были несбыточные мечты!
Девушка быстро вернулась в отделение, потратив на свой перерыв не больше получаса.
Каково же было ее удивление, когда она не обнаружила малыша Джона Блейка в кроватке!
— Миссис Блейк, давайте все еще раз проверим. Когда вы выходили из комнаты, Джон лежал на своем месте?
Полицейский инспектор Кларк, прибывший по вызову Джинни, расспрашивал Софи о том, что предшествовало исчезновению Джона. Остальные полицейские беседовали с персоналом и помогали службе охраны обыскивать здание. Все это напоминало какой-то ночной кошмар, и Джинни уже с трудом понимала, что происходит.
— Да, верно. Джон заснул, и я прошла в ванную, чтобы принять душ. Я уже одевалась, когда услышала его плач. Потом он замолчал. Я быстро вышла, но в кроватке его не было. Я подумала, что кто-то из сестер забрал его в отделение на какую-нибудь процедуру и пошла туда. Но оказалось, что там его тоже нет...
Голос Софи задрожал, и она разрыдалась. Джинни взяла ее за руку.
— Все образуется, Софи. Я уверена, полиция найдет Джона живым и невредимым.
— Это я во всем виновата! Если бы я не оставила дверь палаты открытой, чтобы услышать, когда он заплачет... — Больше молодая женщина ничего не могла произнести.
— Дорогая, не терзайтесь так! Как можно было ожидать, что кому-то понадобится похищать ребенка с таким серьезным заболеванием! — воскликнула Джинни и вопросительно посмотрела на инспектора Кларка. Может быть, он хочет допросить и ее?
— Пройдемте, — предложил он, и они вышли в коридор, оставив Софи на попечении других сестер.
— Мне нужно полное описание ребенка плюс некоторые детали его болезни. Насколько я понял, у мальчика синдром Дауна?
— Да, это верно. Поэтому его легко будет узнать, — подтвердила Джинни. — У таких детей глаза навыкате и уплощенная форма головы. А у Джона Блейка, помимо этого, есть еще и шрам после операции на сердце.
— Хорошо, — кивнул инспектор. — Это важно, для того чтобы опознать его. Вы сказали, что заведующий отделением скоро будет здесь? — спросил он.
— Доктор Кэмпбелл? — переспросила Джинни. — Да. Ему не с кем оставить маленького сына. Как только приедет няня, он сразу же примчится сюда.
В этот момент двери лифта открылись.
Оттуда вышел Дэвид и направился к ним. Девушка с облегчением вздохнула.
— А вот и он.
Мужчины пожали друг другу руки.
— Мне кажется, нам надо сделать заявление для прессы, — предложил Дэвид.
— Вы правы, — согласился инспектор. — В таком случае, как этот, необходимо публичное освещение дела. Вы не возражаете, если мы соберем журналистов на пресс-конференцию через час?
— Хорошо, — тяжело вздохнул Дэвид. — Не могу представить, кто мог забрать отсюда ребенка! Это просто не укладывается в голове.
— Однако это произошло, а следовательно, тот, кто похитил Джона Блейка, либо не знает о том, что мальчик тяжело болен, либо не совсем нормален психически, — задумчиво произнес инспектор. — Пойду к своим подчиненным. Интересно, что им удалось узнать у обслуживающего персонала. Надо же, чтобы такое случилось именно тогда, когда в здании полно народу. Кажется, почти все сотрудники пришли на вечеринку?
— Да, и я не могу понять, как похитителю удалось проникнуть в здание больницы, — задумчиво произнесла Джинни. — Все двери на ночь запираются на замок, а у приемного покоя дежурит охрана. Пройти на территорию незаметно практически невозможно.
— Может быть, кто-то воспользовался праздничной суетой и пробрался сюда заранее... — предположил инспектор. — Но вот как этому человеку удалось выйти незамеченным вместе с ребенком, я просто не представляю! — Он недоуменно пожал плечами. — Ну ладно! Сейчас все выходы уже перекрыты, так что нам остается только ждать результатов обыска. — И он поспешил к своим подчиненным.