Волчица (СИ)
Император широко улыбался, слушая шепот супруги, и щурился, глядя на арену. Ему было хорошо. Очень хорошо!
Нет, все-таки здорово придумал добрый друг Сирус, Гелла так возбудилась от вида сражающихся девушек, что не слезала с него почти два удара колокола. И ведь сколько силы в этой маленькой, фигуристой женщине! У него никогда еще не было таких страстных женщин, а он перепробовал тысячи и тысячи, самых красивых, самых экзотичных и сочных!
И очень умна, очень. Ее советы помогают ему больше, чем советы всего Совета Кланов! Эти мерзавцы думают только о своей прибыли, а она, эта маленькая зеленоглазая демоница думает только о нем, о своем мужчине. И старается любым способом доставить ему как можно больше удовольствия. Но еще лучше — это то, что она получает удовольствие с ним! Она наслаждается с ним вместе! Он чувствует это всей своей душой. Она не играет! Не обманывает!
— У тебя все готово, Файлер? — спросил Император, откинувшись на высокую спинку кресла — Девушка готова? С ней все в порядке? Она была так исхлестана…
— Все в порядке, мой повелитель — поклонился Файлер — У нас служит один из самых лучших магов-лекарей столицы. Ставит на ноги раненых бойцов за совсем недолгое время. Вы будете довольны, мой повелитель, и вы, Благородная Супруга. Все так, как пожелаете.
— А народ еще не разошелся — император обвел взглядом амфитеатр — Мне кажется, что зрителей стало больше?
— Вы правы, мой повелитель. Народу прибавилось. Горожане прослышали о бое Волчицы с убийцей, и о том, что сегодня у нее будет еще бой, и пришли посмотреть. Даже в проходах стоят, так как мест не хватило. Все ждут, когда выйдет Волчица.
— Это хорошо — глубокомысленно сказал император, и украдкой потискал упругое бедро супруги — Народ должен получать лепешки и развлечения, тогда он меньше бунтует. И тотализатор работает, так?
— Да, мой повелитель! Ставок очень много, ваши подданные любят делать ставки на бои.
— Хорошо, очень хорошо. Милая, не хочешь сделать ставку на Волчицу? — обратился он к супруге, и та улыбнулась:
— Я уже сделала главную ставку! И выиграла! И ты, мой повелитель, самый крупный выигрыш в моей жизни! И другого мне не надо!
— Моя радость — расплылся в улыбке Император, и в его свите вздохнули и засопели с такой ненавистью, что та буквально напитала воздух. Если бы другие жены могли, они бы распяли эту мелкую сучку, и вытащили все ее внутренности через задницу. Но не могли.
А вот она может! Стоит ей только попросить императора. Так что лучше им будет помалкивать и сопеть дальше, надеясь, что когда-нибудь эта проклятущая тварь ему надоест. Все они когда-то были фаворитками, но у Императора есть одно нехорошее свойство — он быстро охладевает к своим забавам. В том числе и к своим женщинам.
Пока объявляли прегрешения очередной преступницы, Император и его свита пили разбавленное холодное вино (жарко!), ели засахаренные фрукты. Ничего особо интересного не было — убила мужа и двух его жен. Все как всегда. Большинство преступлений — семейные. Убивают мужей, любовников и любовниц. Ну а за убийство мужчины смерть гарантирована, даже если это был тиран и негодяй. Женщина должна терпеть!
Эта преступница была высока ростом, выше чем предыдущая, и отличалась крепким сложением. Потому убила мужа не ядом, как это принято у женщин, а топором. Как его жен. Файлер мрачно пояснил, что эта дама раньше была наемницей, потому владеет оружием очень даже неплохо.
— Господин Файлер! — Гелла вытаращила глаза, и недоверчиво помотала головой — И вы эту здоровенную бабу выпустили против…постельной рабыни?! Зачем?! Неужели нельзя было найти какую-нибудь…не менее отвратительную женщину, но гораздо более слабую? А если сейчас она убьет нашу Волчицу?
— Да! — вмешался Император, глядя на возлюбленную масляными глазами — А если убьет? Мы бы хотели смотреть на нее почаще, хотели пригласить во дворец, чтобы она дралась перед нами отдельно, не в Арене. А ей сейчас пробьют голову, и что тогда? Ты расстроил меня, Файлер…
— Ваше величество — Файлер низко поклонился Императору, и на лице его промелькнула тень досады. Он и правда слегка облажался. Как так получилось, что против Насты вышла профессионалка?! Должна была выйти совсем другая!
— Ваше величество — повторил Файлер, стараясь говорить как можно более убедительно — Волчица подготовлена очень неплохо. А преступница уже давно сидит в темнице, потеряла форму. Да и наемницей она была давно. К тому же не все наемники мастера единоборств. Просто охранники, которые ходят с караванами. Уверен, что все будет в порядке.
— Ну…смотри, Файлер! — строго заключил Император — Не расстраивай…нас. Надеюсь, все будет в порядке.
Сирус был строг и торжественен, но внутри у него все просто пело. Ему стоило приличных денег сделать так, чтобы против этой мерзкой девки вышла та, кто может сто очков вперед дать любому из обычных бойцов. Он уже понял, что никто не собирается убивать эту проклятую Насту, наоборот, все сделают так, чтобы она продержалась на арене как можно дольше. А ему хотелось, чтобы тварь выпотрошили прямо сейчас, пока горячи воспоминания о нанесенной обиде. Все, что он мог сейчас получить от Императора — уже получил. И получит еще больше. Так зачем смотреть на то, как развлекается эта белокожая тварь, и мечтать о ее смерти? Покончить с ней здесь, и сейчас! Вот это будет замечательно! Да и Файлеру неплохо бы щелкнуть по носу…что-то он много о себе возомнил. Император не простит ему оплошность.
— Что-то я не вижу, чтобы эта девка потеряла в форме, сидя в темнице. По ее виду можно с уверенностью сказать, что она может порвать пасть и Твари Пустоши, не то что победить постельную рабыню — с сомнением сказала Гелла, разглядывая стоящую на арене женщину. Та была обнажена, и яркий свет, падающий на ее мускулистое тело, не оставлял сомнений в том, что справиться с ней будет совсем не просто. Если бы жена императора знала, что по сценарию представления Волчица должна выйти на арену еще и с голыми руками — скорее всего она остановила бы схватку.
Файлер поклонился и заторопился на выход из ложи, прекрасно понимая, что уже не успеет ничего сделать. Он хотел предупредить Эллерса, понял, что вся его карьера понеслась под уклон. Стоит этой девке остаться на арене куском мяса, и Файлеру конец. Вот что такое любовь властителей. От нее до плахи — всего один шаг.
— Наста, Белая Волчица! — прокричал глашатай, в животе Файлера все натянулось и задрожало. Он прикрыл глаза, сжав их так, что слезы потекли из глаз. Столько лет он шел к успеху! И вот…все-таки зря подал эту идею Сирусу. Демон бы с ней, с этой девкой, пусть бы Сирус ее выпотрошил!
— Охх! — услышал он возглас Геллы, и вздохи свиты императора. Сам император издал неопределенный звук — нечто среднее между мычанием и рычанием. Файлер открыл глаза, и…судорожно вздохнул. Наста стояла на арене, вся такая нежная и воздушная, розово-белая, как облако. Волосы слегка встрепаны, будто в них недавно запускались чьи-то пальцы. Глаза девушки смотрели туманно и влажно, казалось, она только что выбралась из постели и сладко зевая прохаживается по спальне, почесываясь и поглаживая затекшие во сне конечности. Настоящая постельная шлюха высшего уровня! Именно такими их все себе и представляют!
Образ слегка разрушался длинным шестом, на который она опиралась с изящностью танцовщицы. Пухлые губы девушки чуть улыбаются, будто вспоминая проведенную ночь, а небольшие груди с розовыми сосками оттопыривали прозрачную ткань, острые, совершенно девичьи, которым еще расти и расти.
Зал охнул, заревел, восторженно вопя и скандируя: «Волчица! Волчица!», а та, кто стояла напротив нее, презрительно, с кривой усмешкой осмотрела девушку с ног до головы, и ребром ладони изобразила, как разрежет горло этой милой шлюшке. А потом сложила пальцы в неприличный жест, и показала его всему залу — раз, другой, третий! На все стороны! Что вызвало еще больший гвалт, свист и рев восхищенных зрителей.
Файлер не помнил такого ажиотажа лет двадцать. Не меньше. И было ли такое здесь хотя бы раз?