Волчица (СИ)

Сейчас Настя пыталась разглядеть в чертах его лица монстра, который может вот так запросто запороть до смерти ни в чем не повинную девчушку. Но ничего патологического не находила. Мужчина, как мужчина — благородные, породистые черты лица, карие глаза — тут практически у всех карие глаза. Как он может требовать от нее ТАКОЕ?! Он ведь был настолько…интеллигентен, что даже ни разу не напомнил о ее положении, не потребовал сделать что-то такое…что Меррель делала для своего хозяина. Он и пальцем к ней не прикоснулся! И вот такое!
— Это невозможно! — повторила она, недоверчиво мотая головой — Вы не можете просить от меня сделать это! И вообще — как вы можете так с ней поступить? Это же девочка, она ничего плохого не сделала, за что ее можно было бы наказать! Прекратите! Вы же цивилизованный человек! Вы…вы музыку любите! Вы же так много знаете!
— Ты должна сделать это, иначе пострадаешь — так же благожелательно, не повышая голоса сказал Сирус — Ты выпорешь ее, а потом мы пойдем к тебе, и ты поиграешь мне на…как ты назвала? Гитара? У тебя очень приятный голос, как у настоящей певицы. Мне нравится тебя слушать. А девочка…да она ничтожество! Грязь! Посмотри — она никому такая не нужна! Некрасивая, даже уродливая, не то что ты. Ты одарена богами, ты красива, как посланник небес. Что тебе до нее? Возьми, бей! По-настоящему бей! Если ты убьешь ее с нескольких ударов — ей же будет легче, она не станет мучиться. Ее закопают, и ей станет легче. А мы с тобой пойдем в сад, кормить рыбок. Я знаю, тебе нравятся мои рыбки. Красивые, правда? Бей!
Рыбки и правда были красивыми — что-то вроде китайских карпов. Разноцветные — белые, синие, красные, каких только не было! Они суетились, носились в толще воды, выскакивали на воздух, сверкая чешуей, и это на самом деле было прекрасно. Настя хотела погладить одну из них, но Сирус не позволил, сказал, что они не любят, когда их трогают, и могут от этого заболеть. Да, Настя вспомнила, что читала о том, как дикие существа не переносят прикосновения людей, и на самом деле могут заболеть и умереть.
— Держи! — Сирус ткнул кнут в руки Насте, и она автоматически его схватила. А потом с отвращением бросила на землю, с яростью взглянув на хозяина дома:
— Нет! Ни за что!
— Ладно — легко согласился Сирус — Пойдем к рыбкам, прогуляемся…
Он сделал Насте приглашающий жест, и они медленно пошли по направлению к саду, туда, где виднелись высокие деревья, очень похожие на тую. А может это и была туя — Настя уже поняла, что этот мир с Землей некогда очень тесно сообщались, и вообще возможно был когда-то с ней единым целым. Так что многие растения и животные идентичны с земными.
Пока шли, Настя успокоилась. Слава богу, все как-то обошлось. Она ждала совсем плохого, о чем даже думать не хотела. Слишком уж все вокруг было благостно и розово, не так, как о том говорила Меррель. А Меррель ведь не та девушка, которая будет привирать. Значит, где-то таится ловушка.
Девочку жалко. Неужели ее все-таки запорют?! Настя никак не могла прогнать из головы картинку того, как та на нее смотрела. Глаза обреченного человека, понимающего, что исхода нет и все уже кончено. Страшные, безжизненные глаза.
— Простите девочку! — вздохнула Настя, и посмотрела в глаза обернувшегося к ней Сируса — Отпустите ее! Пожалуйста!
— Конечно же, отпущу! — усмехнулся мужчина — Как ты могла подумать, что после этого ее накажут кнутом?! Отпущу! Присаживайся на скамью. Хорошо здесь, правда? Люблю цветы. У меня в саду всегда что-нибудь цветет. Я подобрал растения так, что сад в цвету в любое время года. Тебе нравится мой сад?
Настя хотела сказать: «Да!» — но не успела. Мимо нее охранники под локти пронесли девочку, которая только что стояла у столба. Девочку подвели к краю бассейна, и двое стражников, что ее держали, оглянулись на хозяина, явно спрашивая его позволения. И он, улыбаясь, милостиво позволил:
— Отпустите ее! Я же обещал! — и он улыбаясь повернулся к Насте — А обещания нужно выполнять!
Девочка полетела в пруд, плюхнулась в воду, подняв в воздух сверкающие в солнечных лучах брызги, а Настя судорожно вздохнула и вскочила на ноги, желая помочь девчонке — не дай бог утонет! Но тут же ее тело потеряло чувствительность и застыло, как статуя. А тем в временем в бассейне начали твориться очень нехорошие дела. На всплеск со всех сторон бассейна-пруда стаями собрались цветные рыбки, и девочка закричала — страшно, захлебываясь криком, исторгаемым из самых глубин души. А вода вдруг сделалась розовой, запенилась красными хлопьями, и через несколько секунд крик несчастной оборвался на высшей ноте. А рыбки, прекрасные, цветные существа прыгали, метались, стараясь вырвать из еще трепещущего тела кусочек повкуснее, и казалось, что в воде сидит огромный, переливающийся всеми цветами радуги монстр.
 
— Вот видишь, что ты наделала? — скучающим голосом сказал Сирус — Она ведь могла бы и выжить, если бы ты своей рукой отвесила ей полновесных «горячих». Я ведь мог бы ее еще и простить. А ты ее убила. Всякий раз, когда ты откажешься исполнять мою волю — будет умирать один раб. Или два раба. Или три. Я сам решу — сколько рабов умрет из-за твоей строптивости. В твоих руках жизнь этих рабов. Они стоят денег, но я не пожалею ничего, чтобы сделать так, как хочу. А хочу я, чтобы ты была моя — телом и душой. Именно душой, потому что тело и так мое. Я всегда могу приказать тебе встать на колени, и взять тебя так, как мне хочется. Но мне нужно, чтобы ты просила меня это сделать, чтобы уговаривала позволить ублажить. Поняла теперь? Я знаю твои слабые стороны. Ты добра, и ты готова пожертвовать собой, только бы не испачкать душу. Но готова ли ты жертвовать ради этих ничтожеств? Посмотри, как они грубы, некрасивы и необразованны (он указал на рабов, копошившихся под деревьями дальше, у стены). Разве ты такая? Твой удел — быть подле меня. Исполнять все мои желания, и жить в неге и довольстве. Забудь про них! Я для тебя главная ценность в жизни! Я твое счастье! Только от меня зависит твоя жизнь! И ты должны быть счастлива, что находишься возле меня.
Сирус помолчал, усмехнулся:
— Помнишь, ты хотела сунуть руку в воду и погладить рыбку? Хе хе…это южный орнас, одна из самых опасных рыб южного континента. Живет в джунглях, в тихих лесных реках, и поймать их живьем и доставить сюда стоило больших денег. Два мага денно и нощно поддерживали чистоту бочек, в которых жили орнасы, перемешивали воду, кормили их свежатиной. Да, они любят свежее мясо, а если к ним попадает такая добыча, как сегодня — не остается даже костей. Их могучие челюсти перемалывают все, не оставляя ни одной целой косточки. Представляешь, что было бы с твоей рукой, если бы ты ее сунула в пруд? Так что ты мне обязана. Тебе было бы очень больно. Мы бы, конечно, отрастили тебе новую руку, но это занимает много времени, а тебе было бы больно и обидно. И не переживай — после смерти девочка все равно бы оказалась в этом бассейне. Чем-то ведь нужно кормить орнасов.
Он помолчал, и с широкой улыбкой закончил:
— Пойдем, тебе нужно осмыслить все увиденное, и подумать есть над чем. Завтра в полдень я приду к тебе, и ты попробуешь уговорить меня позволить сделать мне хорошо. Готовься.
Настя «отмерла», и первым ее желанием было прыгнуть на мерзавца и разбить ему башку. Но при этом она прекрасно понимала, что ничего у нее не выйдет — мысль быстрее движения, и она не кошка, чтобы двигаться со скоростью молнии. Это кошки ловят крыс и могут загрызть змею, умудряясь уклониться от ядовитого укуса. Настя так не сможет. А значит — она упадет парализованная и будет валяться на земле как кусок дерьма. Нет, ей придется выдумать что-то совсем хитрое, такое, чтобы…чтобы наверняка! Чтобы не ускользнул!
Впервые она с полной ясностью поняла, что Меррель была права, и то, что сейчас происходит, укладывается в рамки ее прогноза. Выхода нет. И если уж погибать, надо сделать так, чтобы нанести как можно больший вред этому гаду. И в идеале совсем грохнуть этого мерзавца. И тем спасти десятки, а может и сотни людей.