Вздох

  
Дмитрий Горюк
 
Эзотерик. Вздох
 
© Дмитрий Горюк, 2023
© ООО «Издательство АСТ», 2023
Выпуск произведения без разрешения издательства считается противоправным и преследуется по закону
Глава 1
Сколько себя помню, я всегда слышал голоса – то чётко разговаривающие на знакомых и незнакомых мне языках, неразборчиво нашёптывающие, порой истерично визгливые, а порой и вовсе немые, ощущаемые скорее как чужеродные мысли. Обращались ли они напрямую ко мне, комментировали происходящее или же я слышал бессвязный бред – мне они не отвечали. Да это, наверно, и к лучшему. В общем, не буду таить: я шизофреник. Не буйный, слава богу, и чётко понимающий свою проблему.
Но так было не всегда. Точнее не так – я таким был всегда. Диагноз мне поставили только к семи годам. Не то чтобы у нас были проблемы с определением шизофрении в раннем возрасте, но под давлением социума я достаточно быстро понял, что со мной что-то не так. Поэтому ничего удивительного в этом нет. В итоге меня вычислили, обследовали, назначили курс лечения и отпустили, наказав своевременно принимать таблетки. Поэтому никто из моего окружения не знает о моём диагнозе. Ведь каким бы мелким я ни был, я сразу оценил преимущество нормального состояния. Не каждый это знает, но хорошо, когда в голове тихо, – без сарказма.
И прямо сейчас я, как самый адекватный парень, пусть и не самого адекватного возраста, прыгал на одной ноге по квартире, снятой для меня родителями, в поисках своих таблеток. Глупо? Может быть, даже спорить не буду. Но я ведь уже обулся. Да и обычно я оставляю таблетки в трюмо. Но некая волнительность выпускного несколько выбила из колеи такого педантичного и аккуратного меня. Даже излишне педантичного и аккуратного, сказал бы мой психотерапевт, но я предпочитаю об этом особо не задумываться.
В любом случае, если я не хочу опаздывать, надо выходить прямо сейчас. К чёрту, за один день ничего страшного не случится. Хотя и звучит так, как будто я пытаюсь оправдаться перед собой же. Ладно, всё остальное? Ключи, бумажник, презерватив оптимиста, телефон, взъерошить волосы, оправить брюки, последний взгляд в зеркало – и мне сам чёрт не брат.
Поздоровавшись с кем попало – знакомых тут на толпу эта самая толпа и есть, – я протиснулся сквозь толпу любителей помять сигаретку на входе в школу, что, конечно же, запрещено, но сегодня как бы можно, и отправился в столовую, где уже звучали первые тосты, поздравления и нравоучения. Найдя свой класс, я подсел на свободное место, хапнул бутерброд и чокнулся с соседями полупустым пластиковым стаканчиком. Ммм, шампанское, да ещё и несладкое – вот ведь гадость противная.
Последний день все вместе. Не то чтобы я был особо дружен с одноклассниками, но в целом наш класс можно назвать хорошим. Без этих издевательств и глупостей, о которых в последнее время всё чаще говорят по телевизору. Поэтому, закончив на ностальгической ноте и тепло попрощавшись с учителями и одноклассниками – кто-то даже пустил слезу, – мы собрались небольшой компанией желающих продолжить и отправились в парк.
– Нет, ребят, без закуски пить – себя не любить. По крайней мере, мне точно здоровья не хватит. – Я решительно отставил в сторону пустую пластиковую стопку и окинул взглядом компанию.
Четверо парней, считая меня, и три девушки напротив – мы сидели на сдвинутых друг напротив друга скамейках. Смотря на то, как морщились парни после выпитого, я с лёгкой завистью посмотрел на девчат, закусывающих последними корнишончиками.
– Ну ты даёшь, Лёня, это же не по-пацански. У нас ещё тары вон два бутыля, хотя бы ещё один осилить должны. И без тебя, значится, ну никак нельзя. Чего компанию огорчаешь? – укорил меня Алексей.
Иначе как полным именем его не звали, потому что для разного рода сокращений он был слишком большим – и физически, и духовно. Два метра и двадцать сантиметров роста вкупе со ста двадцатью килограммами доброты и нежности, упакованные в стальные мускулы тренированного борца.
 
Порой я задавался вопросом: а человек ли он вообще? Сильный, добрый, красивый и умный – и это даже с точки зрения половозрелого мужчины здоровой ориентации, что уж говорить про девчонок. По нему сохла как минимум половина из нашей школы, а уж сколько из соседних – не сосчитать. И при всём при том он оставался нормальным свойским парнем.
– Так давайте ещё закусить возьмем, на углу как раз есть круглосуточный магазин, – подала голос Женя.
Милая, в общем-то, девушка, но уж больно много она пьет. По ней это, конечно, незаметно, но сдаётся мне, что только пока. Лично я вручил бы ей золотую медаль по поглощению спиртного. Впрочем, как я уже сказал, пока её это совсем не портит.
Кирилл и Света, наши тили-тили-тесто, активно закивали, а Антон грустно заключил:
– Нам с Настей уже выезжать пора, так что могу составить компанию в походе до магазина, а там вызову такси. – Согласна, сеструха?
Не отрываясь от телефона, Настя помахала брату ручкой:
– Сам поезжай. Я с Женькой завтра гулять хотела, так что останусь у неё. И не ждите меня с утра.
Обычно я не пью, всё-таки любые таблетки и выпивка сочетаются плохо, но если не злоупотреблять, то изредка расслабиться можно. Адекватность я не теряю, компания хорошая, а еле слышный потусторонний шум в ушах какое-то время можно просто игнорировать. Правда, я уже пропустил дневной и вечерний приём, и шум понемногу усиливается, впрочем, особо не мешая.
– Ладно. – Поднимаясь и успешно сохраняя равновесие, я обратился к Антону: – Пошли, провожу тебя и возьму что-нибудь.
Антон попрощался с оставшейся компанией, и мы, выйдя из парка, направились к магазину. Ещё светло – или уже? Белые ночи, беззаботные годы, свежий воздух и приятная компания. Это даже, наверное, романтично. Не в плане, что я к кому-то что-то испытываю (не довелось), просто настроение такое.
– Бывай, мужик, и присмотри там за ребятами, чтоб не разгонялись.
Кивнув, я пожал ему руку и отправился чуть дальше, к магазину.
Как же всё-таки хорошо. Немного постояв у входа, я зашёл в магазин и набрал в корзину закусок. Очереди в час ночи не было, поэтому я свободно прошёл на кассу и оплатил покупку.
Пришлось немного ускориться: у перехода как раз мигнул зелёным светофор. Хотя всё равно дорога пустая. На дороге меня слегка повело, и я чуть не столкнулся с маленькой девочкой, идущей навстречу. Пробормотав извинения, я потопал дальше.
Кстати, а что делает ребёнок на улице поздно ночью? Потерялась, может?
Обернувшись, я, не задумываясь ни на мгновение, отпустил пакет и прыгнул обратно к замешкавшейся девчонке: на неё летел байк, и он не думал ни тормозить, ни сворачивать.
«Странная девочка», – лениво размышлял я, тихо растворяясь в пустоте.
Очнулся я внезапно и даже рефлекторно попытался отпрыгнуть в сторону от рвущего спидометр мотоцикла. Хотя какой мотоцикл? Мотоцикл – что это? Так, минуточку, а где я? Или даже… кто я? Ничего не помню. Меня сбили? Или должны сбить?
Странное чувство – как будто я что-то теряю или потерялся сам. Темно, и что-то будто давит на глаза. Но, попробовав их ощупать, я ничего не почувствовал. Вообще ничего: ни повязки, ни даже глаз. Такое ощущение, что я или промахнулся, или у меня попросту нет глаз. Ни глаз, ни головы, ни даже рук. Меня как будто нет. Тогда что есть? Что вообще происходит?
– Эй, – попробовал я позвать кого-нибудь.
«Тут невозможно разговаривать так, как ты привык. Если ты хочешь, чтобы тебя услышали, тебе следует просто думать чётче», – раздалась у меня в голове чужеродная мысль. Мысль. Хорошее слово, надо бы запомнить.
А подумать – это как? Чем дальше, тем странней.
Вспомнил! И вместе с этим воспоминанием в меня хлынули и другие: вот их не было, рассеянных вокруг, – и вот они вернулись обратно, вновь формируя мое «Я». И ничего в этом сложного нет.
Немного сосредоточившись, я как можно более чётко подумал: «Что со мной и кто ты? Где я?»