До дрожи (СИ)
— Да, торсик что надо, — хмыкает Зара, надевая поверх купальника вязаный топ.
— Зато мозгов нет, — бурчу, злясь на них. Нашли на кого смотреть!
Как кошки мартовские…Ну и подружки у меня!
Хотя, если честно, я действительно из них самая целомудренная. Нет, я не ханжа, но так вышло. Просто у Сони был парень ещё в школе, с которым она рассталась полгода назад — их любовь не выдержала расстояния, когда она поступила в Москву. А Зара давно помолвлена с каким-то деловым партнером её отца, и помолвку они скрепили лишением девственности невесты ещё перед её отъездом на учебу, хотя свадьба планируется только после окончания Зарой универа. Теперь её будущий муж часто приезжает к ней на выходные, и все каникулы она проводит в его семье. Для меня до сих вопрос — любит ли она этого Наиля, сурового худощавого мужчину ближе к сорока. Но точно уважает.
А я… Я хочу, чтобы моим первым был Наумов.
— Для этого дела мозги не нужны, — хихикают хором девчонки за моей спиной и заливаются, смеясь.
— Ниже бы посмотреть, а то может там ключик маленький из шкафа выпадает, вот тогда точно можно и мозгах стрёмных заодно порассуждать, — Соня толкает меня бедром, чтобы подвинулась, и тоже принимается за макияж.
— Да нет, я слышала, как девчонки с третьего курса в туалете переговаривались, что нормально у Базова там всё, — вещает Зара сзади с видом знатока, — Ебёт как Боженька, и болт на пять.
Я вспыхиваю бордовым до корней волос, а подружки мои масляно ржут. Ну класс…Третьекурсницы переговаривались, делясь впечатлениями. То есть он еще и шлюх.
Впрочем, судя по его повадкам, более, чем ожидаемо…
— Ты что так покраснела, Алис? — хитро щурится Соня, — Может, хватит уже о Яныче мечтать и с нами пойдешь? Базов ведь явно запал на тебя. Видишь, отзывы хорошие…Ах-ах-аха!
Заливается, толкая меня в плечо. Шиплю невразумительно и возмущенно. Зара подходит сзади и меня обнимает. Смеётся тоже.
— Всё, не обижайся, Алиска, мы шутим. Но ты правда бы лучше с нами пошла. Нормальные они парни, ну да, немного шумные…Зато повеселимся, отдохнем.
— Что-то не тянет меня на этот шум, — поджимаю раздосадовано губы, чувствуя, как червяк сомнений поднимает уродливую голову, — Вы забыли уже, как они в поезде себя вели?
Девчонки только глаза закатывают.
— Мы тоже не паиньки были, признай, особенно ты, — дует Соня подсвеченные блеском губы.
Смотрю на неё, на миг задумавшись. Может правда пойти, а?
Н-нет…Нет!
— Не нужен мне ваш Базов. Мне вообще на него плевать! — говорю горячее, чем хотелось бы, отметая эту идею.
— Но то, что плевать, вся столовка утром видела, Лиса! — девчонки опять угорают.
Да так заразительно, что я наконец расслабляюсь и хохочу вместе с ними. Все видели, да.
15. Алиса
Разделив пальцами подкрученные на концах локоны, кидаю на себя в зеркало последний оценивающий взгляд, наполняясь искрящей уверенностью в себе. Платье мне объективно идет. Небесно-голубое, наивное и в то же время невероятно эротичное: открытые плечи и ключицы, ниспадающие по рукам рукава-фонарики, игривые завязки на груди, приталенный силуэт и воздушный короткий подол колокольчиком.
Я чувствую в нём себя лёгкой как перышко и соблазнительной как мороженое в сорокаградусную жару, пока, перекинув распущенные волосы через плечо, завязываю на щиколотках атласные бантики своих сандалий.
— Ты точно к костру, а не на бал собралась, Алиска? — подначивают меня, хихикая, девчонки.
На них одежда попроще — практичные шорты, футболки, под ними купальники.
— Точно, видите обувь к ногам привязываю, чтобы как Золушка не потерять, — отзываюсь в тон.
Выходим из корпуса вместе и идем к открытой кухне за торцом здания.
Здесь уже все собрались. Летняя веранда, обвитая виноградом, ломится от количества набившегося туда народу, большой костёр развели практически сразу у начала выложенного старой плиткой пола. Сбоку поставили два мангала. Хоть все и ужинали, но кто же откажется от ночных сочных шашлыков. Стулья притащили из номеров, а кто и просто прикатил какие-то бревна.
Дневная жара, так мучившая нас целый день наконец отступила, и в воздухе, наполненном стрекотанием сверчков, разлилась солоноватая, влажная от близкого моря прохлада, которую вдыхаешь поглубже и хочется петь. И звёзды над головой, до самого горизонта. Бездонное ночное небо и чернеющая степь под ним. А если прислушаться, то слышно волны…
Когда я пропитываюсь этим вечером, идя к кухне, внутри зарождается тревожный, сладковатый трепет. Тело охватывает едва ощутимая, на уровне вибрации, дрожь.
Будто предчувствие, что что-то случится, что-то произойдет со мной сегодня — будоражащее, новое, важное…
Глеба Яновича замечаю сразу — он сидит на бревне у самого костра и что-то весело рассказывает внимательно слушающим его студентам. Закусив губу, иду прямо к нему, больше ни на что вокруг не обращая внимание, пока буквально не врезаюсь в чью-то широкую, обтянутую белой футболкой грудь.
— Ну что, девчонки, идём? — глубокий голос Базова раздаётся аккурат над моей макушкой, и горячие мужские лапы, обжигая, ложатся на оголенные плечи.
Вскидываю вверх взгляд, но встретиться глазами с Артёмом мне не суждено, потому что всё его внимание утонуло в моём декольте. Настолько красноречиво, что, кажется, катать на катере он собрался только мою грудь!
Жарко вспыхиваю от этой возмутительной мысли и резко дёргаю плечами в попытке вырваться из его рук, но Базов лишь сильнее впивается стальными пальцами мне в кожу.
Но глаза всё же к лицу поднимает — хоть какой-то эффект.
— Милый сарафанчик, — хрипит, выразительно облизывая губы.
Озабоченный болван!
— Убери от меня свои клешни, — шиплю, снова недовольно поведя плечами.
Артём моргает заторможено и медленно убирает руки с таким видом, будто и сам не понял, когда успел меня схватить.
— Извини, — на губах кривая ухмылка и ни капли сожаления в голосе, — Ну что, пойдёмте, там Ярик с Мотом уже на пристань катер пригнали, ждут.
Только сейчас замечаю стоящего рядом с Базовым Кирилла. Правда Киру тоже не до меня — он занят тем, что пожирает глазами делающую вид, что ничего не замечает, Зару.
— Да, пошли, — отзывается Соня.
Делаю шаг в сторону от них и машу девчонкам.
— Отлично время провести, пока!
— А ты? — замирает Артём.
— Я же сказала, что не поеду.
Встречаемся глазами. Молчаливая дуэль. Упрямо поджимаю губы, видя, как у Базова желваки перекатываются под острыми скулами. Строптиво выгибаю бровь в ответ, всем видом показывая, что он, конечно, может потратить ещё одно желание и приказать, но сама я никакого желания проводить с ним время не испытываю.
И сердце вдруг срывается вскачь от мысли, что он всё — таки заставит. Настоит на своём, а я не смогу возразить, потому что такой договор. И потому что у него есть надо мной определенная власть. От этого почему-то слабеют колени и низ живота странно влажно печёт. Рвано вдыхаю воздух ртом, размыкая сухие губы.
Прикажешь? Скажи…
— Эй, Баз, ты идёшь? — где-то на заднем фоне раздаётся голос Кира, взявшись под локотки моих девчонок.
Артём моргает и, щурясь, разрывает наш наэлектризованный зрительный контакт.
— Да как хочешь, — бросает глухо через плечо, разворачиваясь.
«Слабак!» — в сердцах мысленно кидаю ему в спину.
Я не хотела с ними идти. Я хочу посидеть с Глебом Яновичем у костра. Но я разочарована.
16. Артём
Старенький рыбацкий катер, кашляя, шумно урчит, когда выжимаю скорость и плавно захожу в поворот. Сзади на ватрушке, подскакивая на бьющих волнах, истошно и счастливо визжит Зара. А вот Кир, устроившийся с ней рядом и крепко держащий девчонку за руку, особо не визжит, потому что занят разглядыванием её подлетающих вверх от тряски оливковых ног.