Волк, которого я ненавижу (СИ)

— Я хочу сказать, что у тебя есть за что подержаться.
— Отвали, волк! — пытаюсь оттолкнуть его руками в грудь, но даже при своей силе я не способна его сдвинуть. — Не за что тебе будет у меня держаться, понял? Держись от меня подальше.
— Увы, это невозможно, — шепчет зловеще. — Подумай хорошенько, нужна ли тебе эта война.
Если придется, то буду воевать.
— Я все тебе сказала, Райан. Между нами ничего не будет. Это тупик.
— А я не отойду в сторону, даже не надейся, — пожимает плечами. — Что тогда прикажешь делать, Джейн? Может ты на любовь втроем согласишься? Как тебе такое?
Я вытаращилась на этого больного округленными глазами. Не верю, что именно это услышала.
— Хочешь быть поделенной на двоих? — продолжил волк, приближаясь ко мне лицом. — Или может еще кого-нибудь позовем?
— Ты… ты… — задыхаюсь.
Райан улыбается и чуть отстраняется.
— Страшно стало? — да я вижу ему просто неземное удовольствие приносит пугать меня до дрожи костей. — Тебе повезло, что я не из таких. Я не делюсь.
По нему и видно, что собственник до мозга костей. Однако я все равно испугалась. Надо было слышать каким голосом он говорил это и как смотрел на меня, будто и правда готов меня со своими дружками по кругу пустить.
— А я не вступаю в связь с подонками, — парирую я злобно. — Выметайся ко всем чертям, Райан!
— Немного позже, — и снова приближается ко мне.
Вплетает пальцы в мои волосы и за них же тянет меня к себе, в то время как я пытаюсь оттолкнуть его от себя, несмотря на боль в голове.
— Я тебя покусаю, — шепчет мне в губы. — И не раз… Я раздеру всю твою шею… Знаю, ты выдержишь это, — я тяжело сглотнула. — А еще мне следует самому тебя хорошенько отмыть. Ты грязная. Ты чертовски грязная…
В нем сейчас говорит не жажда связи со мной, а месть. Он хочет отомстить мне, я знаю. Думаю, самое время нам кое-что выяснить. Я готова спросить его нормально.
— Прекрати это, Райан…
— Почему я должен это прекращать?
— Я хочу спросить тебя.
— А я разве запрещал тебе задавать вопросы? — хмыкнул волк.
— Почему… почему ты объявился только сейчас?
— Я был далеко, Джейн, — отводит взгляд. — Я не только учился, но и работал. Это была воля отца.
Это не причина.
— Тебе стоило хотя бы позвонить мне и сказать…
— А чтобы это изменило?! — рычит на меня. — Ты бы бросила его? Ты ведь и при мне только его и видела. Ну, позвонил бы я, и что, Джейн? Ты бы послала меня к черту, и я бы стал вдвойне сходить с ума, не имея возможности вернуться раньше срока.
Да, скорее всего, так бы и было. Я бы послала его к черту.
— Так не может продолжаться, Райан. Ты меня и себя мучаешь. Отпусти меня…
— Даже не думай, — вертит головой. — Ему придется о тебе забыть. Я говорить и бегать за ним не стану, чтобы донести это до него. Просто пусть даже не думает приближаться к тебе. Если я хоть раз узнаю о вашей встрече… ты себе даже не представляешь, что я сделаю, — в его взгляде читалось безумие, он ни черта не шутил. Это не пустые угрозы.
Как у него все просто… Я должна забыть Эда и точка. А что, если я не хочу и прежде всего не могу? Хотя, разве ему интересно, что я чувствую…
Волк отстраняется от меня на несколько шагов и опять же сканирует меня своим взглядом от головы до пят.
— И что ты сделаешь, если я не подчинюсь?
— По-твоему я такой дурак, чтобы рассказывать тебе о своих возможных планах? — усмехается. — Одно могу сказать тебе, Джейн, ныть ты будешь долго.
  
Глава 17. У тебя есть 24 часа
 
Должно быть, у него родился до безумия извращенный план, как удержать меня рядом с собой и заставить подчиниться. Но при этом, как он сказал, я буду обливаться слезами. Охрененная у меня пара, ничего не скажешь.
— Может ты еще вздумаешь убить нас обоих?
На что он смеется, но недолго.
— А ты хочешь довести до того, чтобы в моей голове возникли подобные мысли? — заговорил он вдруг серьезно.
— Ты правда болен. Кажется, у тебя горячка, — вполне возможно, ведь со дня на день полная луна.
 
Волк снова приближается.
— Она у меня будет, если ты и дальше будешь пытаться оттолкнуть меня от себя, — неожиданно прижимается ко мне. — Ведь несмотря на всю злость к тебе…
— Ты не злишься на меня, Райан, а ненавидишь. Это разные понятия. Не путай.
— О, нет, — качает головой. — Именно злюсь. Так вот, несмотря на эту больную злость, а она правда больная, ведь я знаю, что все сейчас выглядит охренеть как ненормально, я все равно готов тебя простить. Если, конечно, ты одумаешься прямо сейчас.
Он готов меня просить. Охренеть… Да что я ему сделала, чтобы прощать меня? Я жила своей жизнью, не подозревая, что мы вообще когда-нибудь еще встретимся, а тут он упрекает меня за то, что я распоряжалась своей жизнь как хотела.
И плевать, что там гласит закон. С одним из них — я не согласна.
— Не надо меня прощать, — упираюсь ладонями ему в грудь, чувствуя ими, как под слоем мышц бьется волчье сердце. — Я грязная шлюха, забыл? Я недостойна тебя. И я…
Тогда он хватает меня за шею и начинает несильно сжимать ее ладонью.
— Ты еще пожалеешь о своем каждом сказанном слове, — цедит еле слышно. — А грязной шлюхой ты перестанешь быть через месяц.
— Пошел ты… — хриплю я.
— Вообще запру тебя в доме, поняла? Жизнь тебе раем не покажется, — одни угрозы. — Хватит скулить, — отпускает шею. — Я не делаю тебе так больно, как ты заслуживаешь.
— Ненавижу тебя…
— Я еще тебе понравлюсь, — ухмыляется мерзавец, продолжая приперать меня к стенке своим телом. — Вот увидишь… Рано или поздно наша связь сделает свое дело, и ты еще со стоном будешь умолять меня, чтобы я тебя…
Раздалась звонкая и хлесткая пощечина. Да, я ударила его. Давно пора было. Поводов для этого он дал мне достаточно.
— Вот ты, значит, какая, Джейн Вэйр, — даже не прикасается к своей щеке, а ведь уверена прижгло не хило. — Такой ты мне больше нравишься, — хватает в охапку и целует, вцепившись до боли пальцами в мою талию.
Полуволки, как и волки — притупленно чувствуют боль. Даже тогда, когда я выпрыгнула на щебенистую обочину из его машины не было так больно. А сейчас я очень остро чувствую эту боль… Мало кто делал мне больно в этой жизни. Непривычно.
— Что, больно? — отрывается от моих губ. — Ты делаешь мне больно уже не первый день. И эта боль не утихает ни на секунду.
— Ты…
— Я с большим трудом пересидел эту бессонную ночь, чтобы не сорваться к твоему любовнику, — отталкивает меня ладонью назад к стене. — Но на утро понял, что лучше поехать к тебе. Подумал, вдруг ты меня как-нибудь остудишь…
Как-нибудь остужу?!
— Что ж, — закатила глаза. — Тогда предлагаю тебе поехать домой, достать из холодильника ведерко со льдом и засунуть в него свой член. Остудишься как следует, — произношу на одном дыхании.
Волк испепеляет меня взглядом около двух секунд, после чего рывком разворачивает меня лицом к стене, заставляя столкнуться с ней лбом.
— Райан! Райан, прекрати! Что ты делаешь?! С ума сошел?! — кричу я, пытаясь оттолкнуться руками от стены.
Волк нагло задрал подол моего халата наверх до пояса и по-хозяйски ухватился за мою правую ягодицу так, что взвизгнула.
— К черту лед, когда есть ты, — холодно произносит мне на ухо, а целует в шею горячо.
— Отпусти меня сейчас же! — кричу до визга, по-прежнему упираясь лбом в стену. — Перееестань! — протянула я громко, когда волк вздумал залезть ко мне в трусы.
Не просто залез, а решил снять их.
Одной рукой он давил мне в спину, а другой старательно, зацепляясь за кружевную ткань стягивал их с меня.
— Больноооой! Отойди от меня!!
Он все это проигнорировал.
Белье упало до щиколоток, и тогда он мне приказал:
— Переступи с ноги на ногу.
— Что?!
— Переступи с ноги на ногу, — потребовал тем же тоном.