Оружие возмездия (СИ)

Сгруппировавшись, сумел остановиться и, ухватившись за тонкий ствол, осторожно встал. Он чувствовал, что драма подходит к концу и тот, кто незваным гостем явился в Россию, прячется где-то поблизости.
Внезапно вверху треснула веточка и, реагируя на опасность, тело само дернулось в сторону. Однако изготовившийся к прыжку вампир имел солидный опыт в подобных делах и заранее знал, что в подавляющем большинстве случаев, противник непроизвольно делает попытку уклониться, и заранее просчитал траекторию. Мужчины сшиблись и, повинуясь закону инерции, подобно лавине заскользили по склону, с треском ломая сухие ветки, в клочья рвущие одежду и до крови раздирающие кожу.
Беркутов прижал к груди подбородок и, обнажив клыки, глухо зарычал. Заметив, что справа блеснул узкий, остро отточенный клинок, молниеносно поставил блок и наотмашь ударил кулаком.
Дерущиеся достигли дна и, на беду, Иван оказался снизу. Курт Ульрих, чьё лицо, вывалянное в грязи и с налипшими прошлогодними листьями, совсем не походило на фотографию, уселся сверху и, поигрывая кинжалом, прохрипел по-немецки:
— Что, русская свинья? Думал, можешь одолеть высшее существо?
Левая рука невыносимо болела и, даже не глядя, Иван знал, что она сломана в двух местах. Здоровую, налегая всем весом, удерживал беглый вурдалак. Положение было практически безвыходным и, скорее повинуясь инстинкту, чем сознательно, лейтенант напрягся в отчаянной попытке освободиться. Словно на борцовских матах в академии он встал на мостик и упырь, подброшенный словно пружиной, отлетел на полметра.
Окованная серебром полоска стали тут же пригвоздила землю в том месте, где только что распласталось изломанное тело. А Беркутов уже выхватил из-за голенища точно такой же нож и, метнул его, скорее по наитию, чем действительно целясь в наиболее уязвимое место.
Утробный вой заполнил балку и Иван посторонился. То, что ещё недавно было Куртом Ульрихом, каталось по грязи, разбрызгивая кровь и пытаясь выдрать торчащий из правой глазницы клинок. Бросок был столь силён, что кинжал вошёл по самую рукоятку. Победитель с содроганием подумал, что, промахнись на полсантиметра, и точно так же над ним стоял бы немецкий пилот.
Несомненно, мозг вампира был уже мёртв. Но тело, способное к регенерации, практически немыслимой для любого другого создания во Вселенной, не желало признать поражение. Конвульсивные судороги волной проходили по мощной фигуре, и Беркутов, всерьёз опасаясь, что тот, подобно выпотрошенной акуле, ухитряющейся откусить руку или ногу убившему её моряку, может в последний момент выкинуть что-либо похожее, обошёл агонизирующего врага и, подняв его оружие, вонзил обречённому в сердце.
В смертельных поединках нет места благородству.
Когда всё было кончено, труп начал быстро чернеть. Ионы серебра, попав в кровь, вступили во взаимодействие с изменёнными тканями, удерживаемыми в состоянии стабильности лишь обеззараживающим действием радиации. Тело распухло, и Беркутов, вспомнив слова Игоря Владимировича о необходимых доказательствах, брезгливо морщась, отрезал голову.
Кто знает, возможно, в дальнейшем, когда заслужит соответствующую репутацию, статус свободного охотника позволит избегать столь омерзительной процедуры. Сейчас же, было не до чистоплюйства, и он счёл нужным следовать инструкциям до конца.
Распоров одну из штанин, менее всего выпачканную и почти без зияющих дыр, Беркутов завернул трофей и, забросав тело камнями, двинулся на восток. В душе поселилась звенящая пустота и, стараясь оставить между собой и местом бойни, как можно большее расстояние, Иван пустился бегом. Он возвращался по собственным следам, безошибочно находя примятую траву и сломанные ветки. Надеясь быстрей принести ужасное подтверждение и позвонить в Куйбышев. А те уж сами распорядятся, чтобы посылку забрали и переправили адресату.
До района, куда без риска подхватить лучевую болезнь проникали жители фронтита, дообрался с наступлением темноты. И, поборов трусливое желание бросить голову Карла Ульриха в ближайшей заброшенной деревне, двинулся вглубь российской территории. Ненадолго отвлёкся, так как для полноценного восстановления требовалась свежая кровь. Что, собственно, не заняло много времени, и вскоре Беркутов продолжил путь.
 
Несколько раз, заслышав шум двигателей, пришлось прятаться и пропускать истинных хозяев этих мест. Сначала это была легковушка с ссыльными, судя по лёгкому аромату духов и ментоловых сигарет, ездивших в одно из заведений "мадам". Столь любезно предоставившей лейтенанту скидку, которой он так и не успел воспользоваться. Да грузовик с до зубов вооружёнными солдатами. К счастью, новые способности предупреждали о возникшей опасности задолго до того, как даже тень подозрения возникала у бывших начеку но, всё же, совершенно нормальных людей.
Наконец, достигнув городка с гарнизоном, Иван, держась в тени, подошёл к почте. Положил ношу на крыльце и выудив из кармана огрызок карандаша, нацарапал на клочке бумаги: "Курт Ульрих, немецкий пилот, бежавших из-под стражи в Саранске". И подписался. "Лейтенант Беркутов".
Затем двинулся в сторону одного из довольно редких в этих местах телефонов. Номер, заученный наизусть, мгновенно всплыл в памяти и, вставив в щель специально запасённую мелкую монетку, набрал шесть цифр.
— Дежурный слушает. — Раздался на другом конце провода заспанный голос.
— Агент пятьдесят четыре — шестьдесят семь. — Доложил он. — Первое задание выполнено. Жду дальнейших инструкций.
— Понял вас. — Заверил невидимый собеседник. — Перезвоните через пятнадцать минут.
Вновь послышался звук мотора, и Иван торопливо отступил к кустам.
Четверть часа провёл, осторожно поглядывая вокруг и, когда время истекло, вновь снял трубку.
— Вам приказывают двигаться в квадрат тридцать семь — сорок восемь. — Словно робот отчеканил безличный голос. — Место дислокации — посёлок Приречье. Можете выбирать любой дом, по своему усмотрению. В здании старой школы, в подвале, найдёте действующую рацию. Частота волны и позывные вам известны. Это всё.
— Конец связи. — Машинально подтвердил Беркутов, но в Куйбышеве уже отключились.
Карта области была у Ивана с собой, в висевшем на поясе и пристёгнутом к бедру непромокаемом планшете. Но он и так помнил, где находится указанная точка. В сорока километрах к северо-западу от нынешнего местонахождения. И, судя по сведениям трёхлетней давности, до нейтральной полосы облюбованной вампирами для сброса высокотоксичных урановых отходов, было всего ничего. Что, обуславливало стопроцентное отсутствие в тех местах людей и, конечно же, не исключало возможности столкновения нос к носу с не боящейся радиации нежитью.
Лейтенант выбрался за пределы городка, подавив желание угнать первый попавшийся автомобиль. Народ здесь настороженный и заряд, пусть даже и свинцовой картечи — последнее, чего жаждал в нынешней ситуации. Да и, что такое четыре десятка вёрст для того, в кого превратился волею обстоятельств?
Беркутов лёгкой трусцой бежал по пересечённой местности, раздумывая, не поймать ли кого-нибудь на обед. В конце концов, сообразив что, насытившись, поддастся искушению немного поспать, решил вначале покинуть населённую местность. К тому же тело, побывавшее в заражённой зоне и таким образом прошедшее активацию работало как хорошо отлаженный механизм. Переломы срослись, на что хватило энергии всего лишь пары лисиц, словленных по дороге. Так что, он без труда смог бы преодолеть расстояние раз в пять большее.
Ему не нужен был компас, чтобы держать направление. Так же, как не требовался счётчик Гейгера, дабы понять, что уже полчаса как вошёл в зону, где любой нормальный давно бы лишился сознания а, без оказания немедленной медицинской помощи — и жизни.
 
Когда Беркутов достиг места назначения, за спиной вставало солнце. Заброшенные, скособочившиеся дома с выбитыми стёклами встретили гнетущим молчанием. Покосившиеся заборы и сгнившие скамейки у буйно разросшихся палисадников создавали жуткую картину.