Мастер гендзюцу: проснись, если сможешь (СИ)

  
Глава 10. Скорлупа
 
Сая давила всеми силами на миниатюрный островок с бетонными плитами и желтыми одуванчиками на швах. Кругом вместо деревни открылось жерло вулкана, и убежище Мэй захлестывала лава. Дышать было трудно. Волны лавы накатывались на остров и огибали его поверху и по бокам, словно их убежище защищал невидимый сферический купол.
— Где мы? — в который раз повторил Хибари.
Он разговаривал, с трудом шевеля языком. Небось, пересохло во рту от страха.
Мэй не пыталась ему объяснять. Не могла. Она и сама знала не так уж много. Знала только, что мира на самом деле было два: один этот, а второй внешний. В этом мире были только они с Саей, а все жертвы приходили из внешнего.
Мэй не помнила, что было там — во внешнем. А когда пыталась вспомнить… что-то мешало. Она хотела вспомнить и в то же время не хотела. Там было что-то нехорошее, грязное. Иногда она думала о том, что, возможно, Сая была такой безжалостной, потому что свободно могла выходить во внешний и видела… Может, Сая даже была права.
Мэй покосилась на Хибари.
Нет, он не заслуживал смерти. Никто не заслуживал смерти. Сая ошибалась.
Несколько крупных капель лавы просочились через прохудившийся купол и капнули на одуванчики.
И вдруг все исчезло. Лава сменилась нечетким вихрем красок и громких голосов. Сая ушла во внешний мир. С чего вдруг?
— Эй! — прокатился по миру голос Шисуи.
Мэй дернулась и лихорадочно вглядывалась в мелькающие образы. Колени задрожали.
— Ты слышишь меня?
Мэй крикнула:
— Да!
Она хотела, чтобы он пришел. Сейчас она не боялась за него, видела: Шисуи может управлять их миром так же сильно, как и Сая. Он мог остановить Саю и заодно спасти этого мальчика.
— Шисуи!
Хибари встрепенулся. Он все еще ничего не понимал, но, видимо, догадался, что ситуация может сложиться благоприятная.
По хаосу красок прокатилась дрожащая волна перемены, и вокруг острова снова появилась древняя Коноха. Сая свалилась в заросли травы на дороге и в панике отползла спиной чуть подальше, будто ее кто-то преследовал. Но никто не гнался за ней. В мире по-прежнему были она, Мэй и Хибари.
Сая вскочила на ноги и огляделась, запрокинула голову и подняла руки. Видеть ее напуганной было непривычно. Серое небо над головой, затянутое слабой дымкой тумана, вдруг окаменело. Сверху послышался треск нарастающих слоев скорлупы.
— Что ты делаешь? — с тревогой спросила Мэй.
— Защищаюсь, черт возьми!
Треск прекратился. Мэй осторожно прощупала границы мира. Если раньше вытолкнуть мальчика во внешний не удавалось, то теперь не удалось бы тем более: Сая нарастила оболочку и открыть двери наружу не получилось бы гарантированно.
Хибари, плотно сжав губы, вглядывался в каменное небо.
Убедившись, что защита выстоит против вторжения нежелательных для нее гостей, Сая выдохнула и обернулась.
— Отдай его.
Мэй заслонила Хибари плечом.
— Сейчас он мне нужен как никогда. Он — единственное слабое место моей защиты и свободный источник топлива. Отдай.
— Нет.
— Почему ты на его стороне, а не моей? — набросилась Сая с нетерпением и недоумением. — Это наш мир. Наш. Эти, — она кивнула на Хибари, — хотят его разрушить. Ты же не хочешь обратно во внешний мир, Мэй?
Мэй хотела возразить, но так и не вымолвила ни слова.
— Потому он и появился. Наш мир… — напомнила Сая. — Потому что тебе не нравилось во внешнем. Мы сумели создать свой.
— Мы?
Рука, которую она подняла, чтобы заслонить Хибари, предательски задрожала.
Мэй и правда не помнила, с чего все началось. Не помнила, что снаружи и кто она такая. Все эти воспоминания терялись где-то в безумии красок и образов, в хаосе их мира… Ей казалось, что всегда существовали только она и Сая, и это цветное безумие вокруг, которое она могла менять в радиусе пяти метров от себя, в то время как Сае доставалось все остальное. Мэй была слабее. Временами ей было завидно, а еще ей не нравились методы Саи, и потому между ними уже давно установилось противостояние, в котором до последних пор был один победитель.
 
«Почему ты на его стороне, а не на моей?»
— Я на его стороне, просто потому что… это неправильно… — неуверенно произнесла Мэй.
Сая усмехнулась, обнажая кривые зубки. Даже так, она была красива. Неправильный прикус ничуть ее не портил.
— Мэй, ты слишком долго не выходила наружу, иначе бы твое мнение о том, что правильно, а что нет, совпадало бы с моим.
— Не слушай ее! — встрял вдруг Хибари. — Она тебя провоцирует!
Мальчик, не будь дураком, понимал, что вне зависимости от того, что за чертовщина творилась вокруг, единственным, что спасало его от гибели, была площадка с одуванчиками, которой управляла Мэй. А еще он наверняка заметил, что Сае удалось заставить Мэй сомневаться.
****
Шисуи облизнул губы, вглядываясь в лицо мальчишки из Яманака. Солнечные ожоги на переносице и щеках выделялись ярким красным пятном на фоне неестественно бледной кожи. Голову покрывали тонкие светлые волосы, короткие, не в пример Иноичи.
Шисуи и сам не отдавал себе отчета, что побудило его вдруг связать собственные ночные попытки прорваться в гендзюцу Саи извне с помощью медитации и затянувшийся обморок парнишки из Яманака.
Но если я прав, он погибнет с минуты на минуту.
Обычная отмена гендзюцу ни в какой форме не сработала.
Шисуи посмотрел на Итачи и понял по глазам, что они думали об одном и том же.
Было всего два варианта. Мальчик в действительности мог просто столкнуться с особенностями клановых техник Яманака. Это объясняло бы, почему его невозможно пробудить тем способом, которым их возвратила из мира Саи Микото. Или же он и правда был новой жертвой, просто жертвой нестандартной, потому что провалился в гендзюцу Саи своим особенным образом, а обратно его не отпускали.
Шисуи колебался. У него было слишком много вопросов, немыслимых теорий и слишком мало ответов.
Еще не улеглись как следует сомнения по поводу той свидетельницы. Он шел в дом, где погибла девушка из гражданских, с тайной уверенностью, что погибшая — Мэй. Однако девочку звали иначе. Шисуи чуть успокоился, но это одновременно и сбило его с толку. Похожее созвучно имя на «Мэй» было у старшей девушки — выжившей и сумасшедшей. Она была ничуть не похожа на Мэй внешне, но Шисуи на всякий случай допустил, что это может быть она, хотя вся его натура этому сопротивлялась.
Сумасшедшая девушка вызывала у него отвращение. Он понимал, что Мэйса не виновата, но не мог себя перебороть.
Тем не менее он попытался. Говорил с ней, присматривался… Без толку.
Потому он и хотел подвергнуть девушку ментальному допросу. Возможно, это было несправедливо и жестоко по отношению к ней, но времени на сентиментальности не было. Шисуи хотел раскрутить этот клубок, и ему было плевать с какого он заходил конца.
Мэй точно знала что-то о Сае. Они каким-то образом были связаны.
Попросить Иноичи провести ментальный допрос, как они и планировали? Подготовка будет долгой. Попробовать вторгнуться в мир Саи с помощью гендзюцу через этого парнишку?
Шисуи уперся ладонью в постель и приподнял мальчику веки. Девушка из Инузука и Итачи тут же засуетились.
— Эй, что ты…
— …что ты собираешься делать?
— Попробую вернуть его.
— Ты не можешь так просто взять… — возмутилась девушка.
Ее перебил Итачи:
— Если Мэй погибла, ты не сможешь сопротивляться!
— А если наша теория верна, то он погибнет, — ответил Шисуи.
— Какая теория? — насторожился Иноичи.
Это затянется надолго, если так пойдет. У нас нет времени.
— Итачи, объяснишь. Я пошел.
— Шисуи!
Чакра жарко хлынула к глазам.
Если сознание этого парня не здесь и его не получилось вернуть обычным способом отмены гендзюцу, то моя попытка попасть к Сае может провалиться.