Измены (СИ)

В конце концов, его измены ведь только физические. Духовно он мне верен.
Это был ничем не примечательный августовский день. Я ехала с работы домой и, как обычно, встала в пробке на перекрестке у метро Тульская, где Люсиновская улица переходит в Варшавское шоссе.
Я слушаю музыку, погрузившись в свои мысли, как неожиданно чувствую очень сильный удар сбоку. Я не сразу понимаю, что в меня въехали. Какое-то время я просто тупо сижу в оцепенении, не понимая, что произошло. Когда шок проходит, я выскакиваю из машины. Из автомобиля, который в меня въехал, выходит мужчина.
— Девушка, вы не видели, что вам зеленый загорелся? — возмущенно кричит.
Я мгновение смотрю на него, потом на свою машину, потом снова на него.
— Если мне загорелся зеленый, значит, вам загорелся красный! Почему вы ехали?
— Я завершал маневр!
— То есть, вы проехали на желтый!? — упираю руки в боки.
— Говорю еще раз, я завершал маневр!
— Да вы летели так, что не успели остановиться!
— А вы тупо стояли на перекрестке, когда вам горел зеленый! — возмущенно жестикулирует руками.
Я понимаю, что нет смысла спорить с этим типом, поэтому возвращаюсь в машину и звоню в ГИБДД. Мужчина тоже возвращается в автомобиль и тоже кому-то звонит. Потом достает из багажника знак аварийной остановки и выставляет его в 15 метрах от своей машины по направлению туда, откуда он ехал.
Я первый раз в дтп за все то время, что вожу машину. А это уже где-то 10 лет. Вылезаю из авто и иду посмотреть на вмятину. На всякий случай фотографирую ее и снимаю видео. Этот придурок въехал мне в заднюю дверь. В принципе, думаю, можно будет ее поменять. Ну и так, по бокам от двери выровнять вмятины и закрасить. Ладно, ничего страшного. С кем не бывает.
Тип выходит из авто, смеряет меня злым взглядом, закрывает свою машину и уходит в сторону «Макдональдса». Я смотрю ему вслед, просто поражаясь этой наглости. Бросил меня тут одну и пошел жрать. Я возвращаюсь на водительское сиденье и включаю погромче музыку, стараясь игнорировать сигналы проезжающих мимо машин.
— Сразу видно, баба за рулем! — кричит один придурок на «Мерсе», явно недовольный тем, что мы преградили путь.
Я только качаю головой. В России сексизм неискореним.
— Ладно, я признаю свою вину, — доносится в открытое окно слева, и я резко оборачиваюсь. Тип, что в меня въехал, незаметно подошел ко мне. — У вас осаго или каско?
— Осаго.
— Я думаю, вам все компенсируют. Хотите кофе? — и протягивает мне в открытое окно стаканчик из «Макдональдса». — Это капуччино.
Кофе сейчас — в самый раз. Несмотря на жару.
— Спасибо, — забираю из его рук бумажный стакан, удивляясь, что он купил напиток не только себе, но и мне.
— Можем оформить европротокол и разъехаться. Вы же не пострадали?
— Не пострадала, но я уже позвонила в ГИБДД. Сейчас приедут.
Он пожимает плечами.
— Ну ладно, подождем. Меня Олег зовут, — представляется.
Я снова поворачиваю к нему голову.
— Анна.
— Очень приятно! — и смеется.
— Я бы так не сказала, — бурчу и делаю глоток обжигающе горячего кофе.
— Да ладно, — машет рукой. — Как говорят евреи, спасибо, Господи, что взял деньгами. В жизни бывают куда более страшные потери. А мы с вами даже и не потеряли ничего. Вам страховая все компенсирует, потому что виноват в дтп я. Действительно проехал на красный. Мне страховая тоже все компенсирует, потому что у меня каско.
Мне становится душно, и я вылезаю из машины. Становлюсь напротив парня и пристально смотрю на него. Он моложе меня. Высокий, подтянутый, светло-русые волосы, карие глаза, на щеках легкая щетина. Симпатичный.
Пока мы ждем полицейских, у нас завязывается непринужденный разговор. О чем? Я не знаю, о чем. Просто трепимся о разном.
Наконец-то приезжают менты. Все протоколируют и действительно признают виновным Олега. У него, оказывается, в машине авторегистратор, который зафиксировал, как парень проехал на красный. Он еще отстегивает ментам, чтобы не лишали его за это прав, и мы готовимся разъезжаться.
— Оставьте мне на всякий случай свой номер, — неожиданно говорит мне, когда я уже сажусь в машину.
 
— Зачем? — удивленно на него смотрю.
— Я теперь буду за вас переживать. Если вдруг ваша страховая начнет выделываться, я хочу компенсировать затраты на ремонт вашего автомобиля.
— Все будет в порядке, не переживайте.
— Но все-таки оставьте мне свой номер. — Настаивает.
Мгновение я просто смотрю в его глаза, а потом делаю это. Диктую парню свои цифры. Сама не знаю, зачем. Просто… А вдруг страховая компания действительно начнет выделываться? Пусть тогда компенсирует мне стоимость ремонта! Тем более что он сам это предлагает.
Незнакомый номер звонит мне через три дня.
— Привет! Это Олег, который в тебя въехал несколько дней назад. Ничего, что я на «ты»?
— Ничего, — удивленно говорю в трубку. Признаться честно, я не думала, что он позвонит.
— Все в порядке со страховой?
— Да, все нормально.
— Знаешь, я все равно испытываю чувство вины.
Я непроизвольно смеюсь.
— Все в порядке. Бывает.
— Нет, ну мне правда очень неудобно перед девушкой. Может, я могу искупить свою вину, например, за счет ужина в ресторане? Я понимаю, что урон для твоего автомобиля куда серьезнее, но все-таки.
Я впадаю в ступор. Просто сижу с трубкой в руке, смотрю в одну точку на стене и молчу.
— Аня, ты там?
— Да-да, я тебя слышу, — поспешно говорю.
— Ну так что насчет ужина? Если ты не согласишься, вина за дтп будет грызть меня ооочень долго.
Я снова молчу, не зная, что ему ответить. С одной стороны, это ведь просто ужин. А с другой, я замужем.
— Извини, не думаю, что это уместно. Я замужем.
Теперь его очередь молчать в трубку.
— И у меня двое детей, — добавляю.
Снова в трубке его тяжелое дыхание.
— И мне 39 лет, а ты явно моложе, — ставлю окончательную точку.
— Ты так говоришь, как будто я тебя замуж зову. Я просто предложил поужинать. — Наконец, отвечает. — Вот правда, все женщины одинаковые! — Возмущается. — Ты ее просто поесть зовешь из-за чувства вины, а она себе уже надумала невесть что!
Я громко смеюсь.
— Извини, — говорю сквозь смех. — Я на тебя не обижаюсь. Спасибо большое за приглашение, но я правда не смогу пойти. У семейной женщины нет времени на ужины в ресторанах. Нужно варить мужу борщ.
Собеседник недовольно цокает.
— Но все поняяятно, — тянет. — Ладно, рад был познакомиться. Если все-таки будут проблемы со страховой, то звони.
— Хорошо, — улыбаюсь в трубку. — Пока. — Отбиваю звонок.
Отложив телефон в сторону, я еще долго удивляюсь этому парню. Да, он проехал на красный, но я все-таки стояла на месте, когда горел зеленый. Казалось бы, он должен меня ненавидеть и орать «Баба у руля — это хуже, чем обезьяна с гранатой!», но он купил мне кофе, несколько раз извинялся, был готов компенсировать затраты на ремонт моего автомобиля, а теперь зовет поужинать.
Удивительный человек.
Вечером после работы я действительно стою у плиты и варю Юре борщ. Дети перед началом учебного года на даче, мы сейчас с ним в квартире вдвоем. Он заходит на кухню с пакетами из продуктового магазина, раскладывает их в холодильник, параллельно, спрашивая, как у меня дела и рассказывая про свои.
— А, Ань, у меня тут командировка намечается.
Я резко поворачиваю к нему голову.
— Куда? — спрашиваю слегка севшим голосом.
— В Новосибирск.
— Что там у тебя? — пристально на него смотрю.
— Мы участвуем в тендере на строительство школы. Надо поехать познакомиться с местным департаментом строительства.
Я непроизвольно сжимаю в руке нож. Мы месяц, как вернулись из отпуска, а он уже собрался туда снова. С любовницей.
— Зачем? — у меня не получается сдержать яд. — Заявки на участие в торгах же подаются электронно!
Юра смеется.
— Ань, это не запрос предложений, где побеждает тот, кто предложил наименьшую цену. Это аукцион, а там много на что смотрят. Лучше предварительно поехать и познакомиться.