Измены (СИ)

— Решил одновременно приударить за двумя девушками, чтобы уж наверняка одна да клюнула?
Твою ж мать!
— Нет, конечно. Мне сразу Аня понравилась, а Свету пришлось проводить из вежливости, она же Анина подруга.
— Юра, а чем твои родители занимаются? — Надежда Дмитриевна снова пытается перевести тему.
— Мама учительница алгебры в школе, а отец погиб в начале 1990-х. Но он занимался предпринимательством.
— В начале 1990-х, да и сейчас тоже, предпринимательством занимались только те, кто связан с криминалом. — Опять лезет в разговор Виктор Иванович.
Я уже тяжело сглатываю, со всех сил пытаясь подавить в себе бурю.
— Мой отец не был связан с криминалом, но погиб действительно из-за него.
Мама говорила, что он не смог договориться с очередной «крышей», вот его и убили. Хотя предпринимательство у отца не Бог весть какое было. Иначе бы мы жили намного богаче.
— А чем ты увлекаешься? — Анина мама снова переводит тему.
— Рыбалкой, машинами и книгами.
— Пф, рыбалка — это проще простого, а вот ты попробуй на кабана пойди с ружьем. — Кажется Аниному отцу доставляет особое удовольствие весь этот разговор.
— С удовольствием бы попробовал.
— А стрелять умеешь?
— К сожалению, нет. Но с радостью научусь.
— Ну ты хоть в тир сходи что ли.
— Обязательно схожу.
Аня справа от меня уже в полуобморочном состоянии. Я не хочу, чтобы она продолжала мучаться, поэтому, думаю, самым лучшим вариантом будет, если я уйду, и все это закончится. Хотя тогда ее отец, возможно, начнет выедать ей мозг, но в любом случае чем раньше я отправлюсь восвояси, тем раньше все это прекратится.
— Спасибо большое за гостеприимство, — вежливо им улыбаюсь. — Очень рад был наконец-то с вами познакомиться, но я не рассчитывал сегодня идти в гости, а потому мне уже пора уходить.
— И куда тебе пора? — Спрашивает Виктор Иванович.
— На работу. Ночная смена. — Вру и поднимаюсь со стула. Я даже не притронулся к еде в тарелке.
Я встаю из-за стола, Аня поднимается следом за мной, и я замечаю, что ее дыхание стало ровнее. Значит, я правильно делаю, что ухожу. Она сейчас немного выслушает от своего отца, какой я ужасный, а потом уйдет в свою комнату, и никто ее больше трогать не будет.
Аня и ее мама собираются проводить меня до двери, но на выходе из кухни я останавливаюсь и поворачиваюсь к оставшемуся сидеть за столом мужчине.
— Виктор Иванович, пользуясь случаем хочу вас предупредить, что я взял нам с Аней билеты на концерт, поэтому в субботу она вернется домой в 12 ночи. Не переживайте, я ее провожу. Рад был познакомиться. До свидания.
И не дожидаясь от него ответа, я выхожу из кухни. Никаких билетов на концерт у меня нет, но теперь обязательно куплю. И не только на концерт, но много куда еще. Пора уже положить конец этой патриархальной диктатуре, а то Ане через месяц 20 лет, а она до сих пор обязана возвращаться домой строго по часам.
Бесит.
  
Глава 11. До и После
 
POV Юра
Наши дни
В понедельник после работы Аня неожиданно приезжает домой. Я уже и не надеялся, если честно. Хотя о чем это я? Это ведь квартира, которую нам подарили ее родители и которую Аня после развода хочет забрать себе. Так что это я тут в гостях.
— Ты сильно давил на Васю? — Аня появляется в дверях моей комнаты.
— Нет, а что?
— Она звонила мне в слезах и жаловалась, что ты никуда ее не выпускаешь.
— Я сказал ей, что она не выйдет из дома, пока я не познакомлюсь с ее парнем.
— И когда у нас с ним знакомство?
— Завтра. Он придет сюда в восемь вечера.
Аня хмурится.
— Я не успею вернуться и приготовить.
— Я заказал доставку из ресторана.
— Хорошо.
Она разворачивается и уходит, закрыв за собой дверь.
Я отобрал у Васи телефон и установил на него программу слежения. Если она выйдет из дома, лишится на месяц карманных денег. Она, конечно, может уйти, оставив смартфон в квартире, но на этот случай я договорился с консьержкой. Может, я, конечно, и перегибаю, но меня категорически не устраивает, что моя несовершеннолетняя дочь уже два года встречается с каким-то непонятным тату-мастером. Я, как минимум, должен с ним познакомиться, чтобы знать, с кем дочка проводит время.
 
Во вторник мы с Аней возвращаемся со своих работ почти одновременно. В семь вечера приезжает доставка, и жена накрывает на стол. Она больше не поднимает тему развода, я тоже молчу. Сейчас мы общаемся с ней, как ни в чем не бывало. Но что-то мне подсказывает, что это затишье перед бурей.
— Мам, пап, — Андрей заходит на кухню. — Мне нужен новый телефон. Я этот уронил, и экран треснул. — Сын демонстрирует нам свой новомодный айфон за 100 тысяч с небольшой трещиной сбоку.
— А экран поменять нельзя? — Спрашиваю его.
— Можно, но я хочу новый. Уже вышла другая модель, так что все равно мой телефон уже старый.
— Мы купили его тебе полгода назад!
— Но уже вышла другая модель.
— И что? Я не собираюсь тебе каждые полгода покупать новый телефон за такие деньги.
— Ну это сейчас так получилось, что через полгода, потому что экран треснул. А так обычно я раз в год беру новый.
Я задумываюсь. Действительно, и Андрею и Васе я каждый год покупаю новый телефон за какие-то космические деньги.
Зачем я это делаю?
— Хочешь новый телефон за сто тысяч — устройся на работу, — категорично отрезаю.
— На какую еще работу? У меня же институт!
— Можно подумать, ты в нем учишься.
— Так меня еще не берут никуда по специальности, а даже если и возьмут, то зарплата будет на уровне стажера.
— Андрей, мне все равно, где ты будешь работать. Я больше не собираюсь платить за твои понты. У тебя очень хороший телефон, у которого достаточно просто поменять экран. А на понты зарабатывай себе сам. Это касается не только телефона, но и всего остального тоже. Кроссовки за 30 тысяч я тебе тоже больше покупать не буду. Иди работай давай, как раз у тебя летние каникулы. А в институте ты все равно еле-еле с двойки на тройку учишься.
— Юра! — Аня отшвыривает кухонное полотенце в сторону. — Хватит тиранить детей! Васю из дома не выпускаешь, она вся в слезах опухшая, Андрея куда-то работать гонишь! Кем и куда он устроится в 20 лет? Официантом?
— Да хоть официантом! Я в его возрасте водителем работал!
Аня машет на меня рукой и поворачивается к сыну.
— Андрюша, я сейчас перечислю тебе на карточку.
Довольный Андрюша уходит из кухни к себе.
— Аня, зачем ты потакаешь этим капризам? Тебе не кажется, что наши дети зажрались? Они в этих телефонах сидят круглосуточно, до них не докричишься.
— Ты слишком поздно взялся за воспитание детей, — сухо отрезает мне и отворачивается.
Я ничего ей не отвечаю, потому что иначе начнется скандал. Но в целом за эти несколько дней с момента объявления Аней о желании развестись я много думал, как мы дошли до этого. Я быстро определил точку невозврата, которая навсегда разделила нашу жизнь на «до» и «после». Но вся проблема в том, что я был готов через это переступить, а Аня нет.
Через час стол на кухне накрыт, раздается звонок в дверь, и Василиса идет встречать своего парня. К слову, все эти дни дочь со мной не разговаривает. Ничего страшного, пообижается и перестанет.
— Здравствуйте, — раздается громкий бас.
Я поворачиваю голову на голос и на секунду теряю дар речи. Боковым зрением замечаю, что Аня, сидящая справа от меня, застывает, не двигаясь.
— Пап, мам, это мой парень Никита, — представляет дочь. — Никит, это мои родители Юрий Витальевич и Анна Викторовна.
Я продолжаю пялиться на парня во все глаза. Он в черной футболке с короткими рукавами. При этом руки полностью от запястий до плечей покрыты татуировками. Но это еще полбеды: его шея тоже полностью в татуировках. В губе, носу и брови пирсинги. В левом ухе сережка, а в правом и вовсе тоннель.